стройные ножки и притираюсь членом к влажной малышке.
— М-м-м, — постанывает Лиза. Длинные реснички дрожат от предвкушения.
Я от одних манипуляций готов кончить. Меня конкретно ведёт. Она горячая и мокренькая от возбуждения. В очередной раз игнорирую презерватив, хочу притираться членом к её тугим стеночкам, чувствовать её в полной мере, на все 10D.
Упираюсь головкой в дырочку, она по прежнему сопротивляется моему размеру. Мягко толкаюсь, растягивая киску. В ней по прежнему тесно и горячо, интимные мышцы плотно обхватывают член. Р-р-р… Волоски дыбом на руках встают — настолько приятно быть внутри неё. Под томные стоны, двигаю бедрами, протискиваясь всё дальше и дальше. Какая же узенькая… Как будто не бывал в ней вчера.
Трахаю малышку, а пальцем стимулирую набухший клитор — Лиза задыхается, облизывает пересохшие губы, срывает стоны. Ох, как красиво она кончает… Вечно бы смотрел на это. Очень сексуальная. Это я довожу её до экстаза. Подо мной она теряет рассудок и льется водопадом. Я — пока единственный, кто вкусил плоды её страсти, и я мне пиздец как этого гордо. Я любуюсь ей и хочу доставить высшее удовольствие, чтоб дрожала в оргазмических судорогах.
Её рванные вздохи и пронзительные стоны ласкают уши. Лиза кусает свои губки и манит сделать тоже самое. Наклоняюсь и оттягиваю её нижнюю губу. Сплетаемся языками в диком поцелуе. Ладонями держу её запястья и под звучные шлепки врываюсь в её волшебные глубины. Погружаюсь в неё как в океан, в котором хочется затеряться навсегда и не вылезать.
Но с Лизой невозможно откладывать оргазм, я хочу её так сильно, что кончаю сравнительно быстро. Мне как будто опять мало… Извергаю сперму на плоский животик и ловлю приятные волны по всему телу. Падаю на спину рядом с девушкой и перевожу дух.
— Доброе утро, малышка, — поворачиваю голову и приподнимаю один уголок губ.
— Доброе, — рассеянно улыбается Лиза.
Щечки покрылись розовым румянцем, ясные глазки весело блестят.
— Разбудил, не дал поспать, — ласково возмущается она.
— Ну простите-извините, — довольно обнажаю зубы.
Подобрав простынь с полу, запачканную в девственной крови, уголком подтираю следы с её животика.
Не торопимся в душ, а просто лежим и балдеем. Я бездумно вывожу пальцем узоры на её спине. Хорошо настолько, что аж тревожно.
— Почему ты так грубо прогнал меня вчера? — переворачивается на бок Лиза и вопросительно смотрит мне в глаза.
Вздохнув, опускаю голову на подушку и закрываю глаза. Блядь, что за допрос. Отлично же лежали…
— Был не в настроении, — отвечаю первое, что приходит на ум.
— М-м, — недоверчиво поджимает губы девушка. — Но занятия тебе больше не нужны?
— Нет, — поворачиваюсь лицом к ней и уже говорю правду. — Занимался, чтобы быть ближе к тебе. Ты мне нравишься.
— Нравлюсь и только?
— Сводишь с ума, — прилипаю к её губам. Целую, чтобы заткнуть слишком говорливый ротик.
Телефон пиликает.
— Это мой, — спохватывается Лиза. Переворачивает подушки и ахает. — Сколько времени? Блина…
Она прочищает горло и с серьезной интонацией отвечает:
— Здравствуйте. Конечно, в силе. Уже еду, немного опаздываю, но скоро буду.
Меня веселит её наглое враньё. Сидит голенькая, растрепанная и важно ведёт диалог с какой-то женщиной. Игриво щипаю её за сосочек — она шлепает в ответ по ладони, сверкая строгими глазками.
Завершает разговор и подскакивает с кровати, как ошпаренная.
— Урок перенесла и забыла! Здесь недалеко, отвези меня, — скрывается её голая задница в душевой.
— Да без проблем, — хохочу я, лениво растягиваясь на кровати.
Кто-то опять звонит. Только уже на мой телефон. Вот пристали с самого утра.
— Здарова, — разрывает динамик бодрый голос Дрона. — Че как там девчонка, не сильно ушиблась?
— Нормально. Зато на Бэхе теперь вмятина. Из-за тебя, гаденыш, — предъявляю другу, который в нас врезался. — Сильно Ламбо пострадала?
— То есть здоровье друга тебе не колышит, да? — умело разыгрывает оскорбленные чувства Дрон. — За тачки переживаешь. Вот сучоныш.
— Да ты живее живых, — ржу. — Смотри, ремонт за твой счёт. Вернешь в том же виде, в котором забрал.
— Да кто тебе её отдаст? Видео не предоставил, гонку не выиграл.
— Не охуевай! Из-за тебя гонка сорвалась. Нормально ездить не можешь.
— Не бузи. Действуем по факту, я итак тебе на уступки пошел. Можем собраться в следующие выходные, ну или все-таки девчонку соблазнишь — вы вроде как сблизились.
Я стреляю глазами в потолок, где стоит камера. Они у меня в каждой комнате. Так что видео есть. Только вот я не хочу показывать на всё обозрение Лизу, чтобы все пялились на неё. Что-то ревностное и собственническое противится этому.
— Тебе показалось, — твердо отвечаю я. — Собираемся в следующие выходные. Чини тачку и найми инструктора.
Он отвечает что-то каверзное в ответ, но я отлепляю телефон от уха, потому что из душа выходит Лиза. Увидев, что я до сих пор валяюсь на кровати и болтаю, она возмущенно выпучивает глаза и напоминает о времени.
— Одевайся, — шипит, как змеюка. — Быстрее! Где мои трусы?
Её искры раздражения — отдельный кайф.
Я смеюсь, и в меня летит подушка. Перехватываю её и прыжком вскакиваю с кровати.
— Да иду-иду, — прохожу мимо и шлепаю её по заднице.
Она взвизгивает, вызывая во мне улыбку. Мечется голенькая по квартире в поисках разбросанных вещей.
— Трусики, кстати, на кухне, — напоминаю не без усмешки. Игриво дергаю бровями. — Их неплохо было бы постирать, они вчера насквозь промокли… Могу одолжить свои.
— Гера! — в меня летит новая порция её искр. Обожаю!
Громко хохоча, скрываюсь в душевой.
Глава 21
Лиза
Звук входящего сообщения в мессенджере нарушает тишину, царящую в читальном зале. Под неодобрительный взгляд библиотекаря, ставлю телефон на беззвучный режим и читаю всплывшее окошко.
Герман: Я соскучился.
Улыбнувшись, отправляю ему поцелуйчик.
Перевожу взгляд на учебник и пытаюсь найти абзац, на котором остановилась. Не успеваю сосредоточиться, как темный экран опять загорается.
Герман: Ты где? Щас приеду.
Мои губы опять растягиваются. Подумав, набираю ответ.
Я: Я в библиотеке. К докладу готовлюсь. Не мешай. Позвоню, как освобожусь.
Убираю телефон в сумку, чтобы не отвлекаться.
Подобрав ноги под стул, упрямо вожу пальцем по строчкам этимологического словаря. Плавно погружаюсь в работу, не отвлекаясь на посторонний шум.
Спустя полчаса чьи-то скрипучие шаги сбивают внимание. Дергаю головой в сторону раздражителя и вижу массивные берцы. Они замирают возле моего стола. Скольжу взглядом вверх — брюки «карго» цвета хаки, черная толстовка, куртка, на плечах которой подтаивает снег. А еще выше — неизменно самоуверенное лицо Заславского с претенциозно выгнутой бровью.
Я теряюсь на его неожиданное появление. Скажем так, Герман вообще не
