Через полчаса Нора не выдержала и зашла на почту Weber.
Ответ от Линн пришел.
Здорово, что ты спросила! Я прислала, если тебе интересно. На эту рукопись надо дать редакторский ответ через пару месяцев, хочу услышать твое мнение.
Нора с такой ретивостью щелкнула по вложению, что сразу открылось два окна. Закрыв одно, Нора начала пролистывать текст и тихо ахнула: перед ней была рукопись художественного произведения! С вымышленными героями, диалогами и все такое. Это вам не пресная корпоративная каша с дурацкими примерами, цитатами и отсылками на другие источники. Настоящая проза, призванная развлекать, овладевать воображением, а не учить всяким глупостям, да еще высокомерным и назидательным тоном. Нора прокручивала колесико мыши, надеясь, что хоть теперь сможет сосредоточиться на книжке хотя бы потому, что это нужно по работе, которая ей очень-очень нравится.
Свернув окно, Нора прочла приложенную Линн аннотацию. Это был роман-антиутопия. Нора редко читала такую литературу, но сейчас была готова отнести этот жанр к наилюбимейшему, ведь первый раз в жизни ей дали в работу художественное произведение.
Пальцы ее летали по клавиатуре, набирая текст. Нора что-то стирала, добавляла, снова стирала и добавляла, пока не получился ответ без признаков телячьего восторга.
Отправив письмо, Нора откинулась в кресле. Пожалуй, все-таки Эндрю оказался прав. Получилось.
Она знала, что сегодня, а потом и завтра засидится дома до двух часов ночи, а то и позднее. Но теперь, помимо всего остального, у нее была эта прекрасная проза, и Норе не терпелось погрузиться в нее с головой.
Ночное упорство начало давать свои плоды, и сегодня Нора получила первый денежный перевод от Weber. Два раза в месяц она проверяла поступления от Parsons, еле сводя концы с концами. И вдруг сегодня на балансе появилась лишняя сумма! Что ж, эта надбавка ей не помешает.
Нора рассказала маме, что нашла подработку, и мама успокоилась, поинтересовавшись, хватает ли ей теперь денег. Нора сказала, что хватает, не вдаваясь в детали. А потом трубку взял отец и поведал, как из-за буйно растущего на улице фикуса переругались все соседи.
– От Сантоса есть какие-то новости?
Нора оторвалась от компьютера. Рита стояла возле стены ее кубикла с планом сдачи книг в печать. После того случая в переговорной Нора стала совсем дерганой. Закинув ногу на ногу, она постаралась принять непринужденный вид.
– Нет, никаких новостей. – Тем самым она почти призналась в своей бесполезности. – Но думаю, что он объявится, – прибавила Нора. В каком-то смысле это было правдой, так как Эндрю пригласил ее на ланч.
– Отлично, – кивнула Рита. Нора хотела вернуться к работе, но Рита продолжила: – А ты слышала, что некоторые из наших авторов подписали договоры с Weber?
Рита никого не обвиняла, а просто спрашивала, но у Норы перехватило дыхание.
– Серьезно? – наивно удивилась она. Действительно – откуда ей знать, она всего лишь помред.
– Да, я узнала об этом в LinkedIn. Пара наших авторов с радостью сообщают, что подписали договор с Weber. – Рита умела быть язвительной. Задумчиво уставившись на Нору, она спросила: – Ты ведь общаешься с Линн?
Это был вопрос под дых. Крепко сжав подлокотник, Нора ответила:
– Конечно, общаюсь.
– Вряд ли, конечно, но она тебе ничего не говорила об этом? – Нора и соврать не успела, как Рита ответила сама: – С другой стороны, чему тут удивляться. Это же ее авторы, вот они и ушли к ней.
Да, эти двое из LinkedIn были авторами Линн. Только Рита даже не догадывалась, что скоро Weber снимет еще один урожай из авторов Parsons, а их уже перетащила Нора. Договор с Винсентом Коббом был почти в кармане. Нора взглянула на Риту и соврала на голубом глазу:
– Наверное, так и есть, но я ничего об этом не слышала.
– Ну да. – Рита выкинула файл с графиком в мусорную корзину, и он неприятно царапнул о металлический край. – Дай мне знать, когда объявится Сантос. Если уж авторы уходят от нас косяками, мы не можем потерять и этого.
– Да, я сообщу тебе, – упавшим голосом пообещала Нора. Она старалась дышать и моргать естественно, но Рита так сверлила ее взглядом, что у Норы пошли мурашки по коже. Когда Рита ушла, Нора еще долго приходила в себя.
Она и не думала, что Parsons так быстро заметят утечку авторов, пусть и не столь прибыльных. Именно поэтому и надо добиться, чтобы Эндрю все-таки подписал договор. Плевать на то, что он сомневается и что пригласил ее на ланч таким своеобразным способом, заставив ее улыбнуться. Дела – прежде всего. Нужно стереть с себя подозрения и сохранить работу.
Глава 15
– А почему названия книг не сделаны капслоком?
Звонки Генри Брукса огорошивали.
– Этот же для внутреннего пользования, – втолковывала Нора. Переложив телефон к левому уху, она открыла только что высланный Бруксу список. – Я достала его из базы данных и не могу влиять на то, в какой форме они предоставляют информацию.
– Знаю. – У него еще хватало наглости изображать терпеливость, когда именно Норе приходилось его выслушивать. – Но названия книг должны быть набраны капслоком, таковы издательские правила.
Нора тихо вздохнула.
– Я знаю. – Тоже мне открытие – да она тут сто лет работает. Если уж на то пошло, этот капслок выглядит так же дико, как посты ее бабушки в Facebook[27], один ЗМЧ чего стоит. ЗМЧ – это, оказывается, «замечательно». Или зачем, например, в Parsons принято писать «согласия»? Ну при чем тут множественное число?
– Набранные капслоком названия бросаются в глаза, – нудел Брукс. – Только нет у меня времени самому перенабирать. Не могли бы вы исправить это недоразумение?
После того как Нора отправила ему аннотации по семидесяти пяти книгам, Брукс прицепился к ней, словно репей. Он заставлял ее заниматься самой черной работой, потому что у него, видите ли, нет помощницы. Он даже потребовал, чтобы они ежедневно созванивались в твердо оговоренное время.
– Вы же можете сделать это за полминуты в Excel, – упиралась Нора.
– Да не разбираюсь я в этом вашем Excel.
Нора устроила ему маленькую лекцию, как пользоваться Excel. Это ему за то, что в прошлый раз пытался объяснить ей, что такое хештег.
Хотя Нора по видеосвязи продемонстрировала Бруксу, как за пару секунд в Excel превратить строчные буквы в заглавные, Брукс остался непробиваем. Строчные, прописные – у него мозг, что ли, минускульный?[28] Увидев ее «рабочий стол», он заявил, что он сильно замусорен. И пятнадцать минут объяснял, как его почистить.
Нора уже впилась ногтями себе в руку, только бы не разораться от бешенства. Пришлось пообещать, что почистит свой «рабочий стол», чтобы отвалил.
Через минуту телефон снова зазвонил. Сначала Нора не хотела снимать, думая, что это опять «неизвестный» абонент со своими разглагольствованиями.
– Привет, Нора. – Это была секретарша Сара. – Тут к тебе пришел Эндрю Сантос.
– То есть… он прямо тут? – Черт, он мог просто прислать эсэмэску, а не отсвечивать в издательстве.
– Да, только на него нет пропуска.
– Ммм, сейчас я подойду, спасибо.
Нора поспешила на ресепшен. Завернув за угол, она услышала голос Эндрю:
– …Только представьте, как приятно будет публике, если вы выставите тут мой портрет и мои «Лидерские замашки».
Нора ускорила шаг. Эндрю лег грудью на стойку, развлекая (как он считал) Сару. Бедная девушка кивала, не зная, как отвязаться от него.
– О, Нора! – воскликнул он, обернувшись.
– Привет, – сказала Нора. Не выговаривать же ему при Саре… – Значит, вы пришли.
– Ну да, – сказал он. – Оказывается, на меня нужен пропуск. – Тоже мне, секрет Полишинеля.
– Ну да, только вам его никто не выписывал. – Он так искренне удивлялся, что вся злость прошла. Вот же человек – веселый, необидчивый, живет себе и в ус не дует.
