запершило от «первого раза».
- Помнишь, когда у тебя впервые появились головные боли? – Максим помнил. Первые числа сентября. Но Алиса продолжала рассказывать дальше и он прислушался. - Ты приехал на работу и без остановки глотал таблетки. А потом вышел из кабинета и долго не возвращался. Все это время я просто наблюдала за тобой со стороны, а потом, когда прошло полчала, а ты не вернулся, я заволновалась. Побежала тебя искать и нашла на полу в уборной без сознания. Дверь была закрыта, но, сам понимаешь, для меня это не проблема.
К такому повороту событий Нестеров оказался не готов. Одно дело просто общаться на работе, а тут уже какой-то мелодрамой запахло. Сев на кровати, он уставился в пол, молча слушая дальше.
- Я позвала на помощь, тебе вызвали скорую. По дороге в больницу ты несколько раз умирал. У тебя даже судороги были, но я знала, что все будет хорошо. А на следующий день ты все забыл. Тогда я еще не знала, что все будет именно так, а когда поняла, то даже обрадовалась. Сам подумай. Никаких объяснений, неловких разговоров. Мы просто начинали каждый новый день с чистого листа.
- Действительно удобно. – Согласился Максим, чувствуя как лицо, будто огнем горит от ее рассказов.
- Я уговорила тебя обратиться в поликлинику, сдать анализы, чтобы ты понимал, что с тобой происходит. У тебя была такая странная истерика перед походом к онкологу. – Алиса слабо улыбнулась.
- Я не помню. – Максим покачал головой и поморщился. Он даже не мог поднять на нее глаза, так неловко было.
- А когда ты разнес половину лаборатории? Этого ты тоже не помнишь. – Алиса хмыкнула. - Тебя тогда едва в дурдом не упекли. Но я компенсировала ущерб и с трудом уговорила тебя отпустить.
Вот значит, как все было на самом деле. А он еще удивлялся, почему институт не потребовал возмещения убытков за испорченное имущество. Интересно, а его любовные похождения тоже стали достоянием Покровской?
- Да и они тоже. – Ответила Алиса и Максим понял, что произнес интересующий его вопрос вслух. – Я пыталась помочь по мере возможности. Несколько раз вытаскивала тебя из драк, когда ты приставал к замужним женщинам в баре. Один раз мы даже провели ночь в тюрьме. Не самое ужасное место, если учесть, что были мы там недолго. Тебе повезло, что ты всего этого не помнишь.
- Исходя из твоих слов, я приличный подонок. – Покачал головой Нестеров. – И почему ты до сих пор со мной церемонишься? – И тут вдруг его осенило. - Слушай, а раз уж на то пошло, - повернувшись к Алисе, Максим щелкнул пальцами, - может, ты мне расскажешь всю правду? Кое-что я уже знаю, остальное узнаю.
Он кивнул Алисе, призывая прямо сейчас раскрыть все карты.
- Не думаю, что это хорошая идея. – Сухо ответила она.
- Почему? – Изумление Нестерова было искренним.
- Я уже рассказывала. И не раз. – Она утвердительно покачала головой. –Пыталась рассказать. Первый раз ты мне не поверил и просто ушел, в другой раз накричал, обозвав сумасшедшей. В третий напился и устроил драку, после которой мы, кстати, и попали в тюрьму. С каждым разом твоя реакция была только хуже, но ты хотя бы все забывал, и я могла пытаться снова и снова. А в этот раз ты все помнишь. Даже не знаю почему. Может, из-за перемещения, может, есть другие причины. Но теперь я не могу так рисковать. Если ты разозлишься и уйдешь в этот раз, я не смогу тебе помочь.
- Я не разозлюсь. – В эти слова он вложил весь свой дар убеждения, который магически действуя на всех знакомых женщин, оказался совершенно бесполезным перед Алисой.
- Ты всегда так говоришь.
Печально улыбнувшись, Алиса встала и, прислонившись к косяку окна, принялась смотреть на океан. Он приблизился сзади и осторожно положил руки ей на плечи. Максим был ни в чем не виноват, но чувствовал себя таковым. И, черт возьми, он готов был все забыть, только бы она попыталась еще раз.
Остаток времени они провели на пляже, сидя у океана. Наслаждаясь влажным тропическим воздухом, прозрачной водой, жарким солнцем и пронзительным криком чаек в вышине. А когда до конца отпущенного времени оставалось не больше минуты, Максим взял ее за руку, твердо пообещав, что не забудет.
Сигнал будильника, известивший о начале нового дня, заставил его подскочить с кровати и, поставив чайник, быстро побежать в душ. Так же быстро выпив кофе и одевшись, Максим бегом спустился по лестнице вниз. На календаре пятница, и Нестерова интересовало, во сколько в очередной раз Алиса появится на работе. Прошлый раз около одиннадцати. Значит сегодня надо ждать примерно в это же время.
Прадо стоял на своем привычном месте, а с «девяткой» Максим даже попрощаться не успел. Столько лет она служила ему верой и правдой и теперь осталась лишь в воспоминаниях. Причем только в его.
Стола Алисы на прежнем месте не оказалось. Принтер, списанный один раз уже на его памяти и, видимо, добрый десяток раз до этого возвышался на обшарпанной тумбочке. Приветливо похлопав его по пластмассовому корпусу, Нестеров занял место за рабочим столом, включил компьютер и принялся ждать.
- Максим Николаевич, вы сегодня как на иголках. – Караванова, положив ему на стол папку с документами, наклонилась так низко, что Нестеров даже отвернулся, испытывая неловкость. С каких это пор он начал чувствовать себя неловко от лицезрения женской груди? – У вас все хорошо? – Полина сладко улыбнулась.
- Все отлично. Не беспокойтесь. – Жестом он пригласил ее вернуться на свое рабочее место.
Максима радовало, что Караванова забыла о неосторожном приглашении на свидание. Хоть в чем-то ему повезло. О его прогуле странным образом никто ничего не знал, словно все время, проведенное на экзотическом курорте, он рутинно работал в офисе. К концу дня Максим и сам уже стал сомневаться, что был на пляже и плавал в теплых водах океана.
Алиса на работе так и не появилась. Ни после обеда, ни вечером. Покровскую Алису Викторовну никто не помнил, и создавалось впечатление, что ее и вовсе не было.
А вдруг ее, правда, нет? Эта безумная мысль на одну только долю секунды заползла в голову и Максим засомневался. Но отрицание ее существования означало только одно, он сошел с ума, причем настолько серьезно, что
