ему стали мерещиться загадочные перемещения в пространстве. А Карина, которую он спас, неужели ее тоже не существовало?
Кружа на машине по городу в растрепанных чувствах, Максим чувствовал, что залезает в такие дебри, из которых потом может просто не выбраться. Остановившись на светофоре, он глубоко задумался и очнулся, когда сзади послышались недовольные гудки. Ехать домой не хотелось, в баре напиваться тоже и он, остановившись неподалеку от метро, отправился в переход.
Помнится, Алиса хотела послушать местных музыкантов. Интересно, где она сейчас? Он стоял, сунув ладони в карманы пальто и подняв воротник. На улице моросил мелкий дождик, но в метро было сухо и тепло.
Проведя полчаса в переходе, Максим поднялся наверх и вдруг на противоположной стороне улицы увидел Алису. Она стояла в темном пальто, мокрые волосы свисали сосульками со лба. Руки она держала в карманах, потом достав, поднесла ко рту, дуя в озябшие ладошки.
При взгляде на Покровскую сердце Максима забилось сильнее, и он уже собирался перейти дорогу, как вдруг увидел Лекса. С пластиковыми стаканчиками горячего напитка он приблизился к Алисе и, протянув один, раскрыл над ней желтый зонтик.
Они медленно удалялись прочь, а Нестеров, словно к земле прирос. Это что же такое происходит? Значит, он ждет ее, волнуется, а Алиса преспокойненько себе прогуливается с другим мужчиной. Поймав себя на дикой ревности, Максим мысленно обозвал себя глупцом. Возможно, это болезнь так действует на мозг. Он стал слишком сентиментальным.
Решив послать и Алису и Лекса куда подальше, Нестеров вернулся обратно к машине. Забрался в салон, включил кондиционер и настроил приемник на первую попавшуюся волну. Как назло из динамиков полилась печальная мелодия о несчастной любви. Переключив частоту, Нестеров опять натолкнулся на романтическую песню. Да что же это такое! В сердцах он выключил магнитолу и надавил на газ.
Недолго покружив по городу, Максим остановился на остановке. Даже сам не понял почему. Просто притормозил.
- Привет. – Неожиданно дверь открылась и в салон автомобиля, как ни в чем не бывало, забралась Покровская. – Давно ждешь? У тебя тут тепло. - Подставив замерзшие руки под воздушную волну, она потерла ладони друг о дружку. – Поехали. – Она посмотрела на растерянного Нестерова.
Сказать, что он ничего не понял, значит, ничего не сказать. Не соображая, что происходит и почему Покровская вдруг оказалась в его машине, Максим только и мог, что тупо пялиться на нее без единой здравой мысли в голове.
- Что происходит? - Вместо того чтобы надавить на газ осторожно поинтересовался мужчина.
Алиса внимательно посмотрела на него, потом ее глаза расширились и она выдохнула.
- Ты ничего не помнишь? – По тому, как Максим удивленно смотрел на нее, Алиса поняла, что не помнит. – Понятно. – Алиса кивнула. – Мы договорились встретиться здесь. Думала, ты меня ждешь, а ты просто так стоял.
Ну да, стоял. Сам не понимал почему, а оказалось, Алису ждал. Этого Нестеров от себя никак не ожидал. Чтобы, даже забыв кого-то, подсознательно ехать в назначенное место. Смахивает на паранойю.
- И много я чего пропустил? – Его раздражали собственные провалы в памяти. В чем дело в этот раз? Обещал ей не забыть, а получается, что не сдержал слово.
- Не очень. Так, по мелочи. – Алиса подозрительно пожала плечами. – С завтрашнего дня ты не живешь в своей квартире. – Она подняла глаза вверх. – Ты в обед сдал ее одной симпатичной семье. - Алиса повернула голову и мило улыбнулась Нестерову.
- А где я в таком случае живу? – Что же это получается, натворил дел и не помнит? Нестеров нервно повернул ключ зажигания. Нужно хоть чем-то себя занять, иначе он просто с ума сойдет.
- Могу показать, как проехать. – Пристегнувшись, Алиса охотно приняла на себя функцию штурмана. - Тут недалеко. Театральный проезд. Прямо, а на следующем светофоре налево и до упора.
Нестеров с мрачным выражением лица перестроился в третий ряд.
Подъехав к Большому театру, он посмотрел на Алису, и она показала на широкий въезд, перекрытый шлагбаумом.
- Пропуск в левом кармане пиджака, - подсказала она и Максим, расстегнув пальто, с удивлением обнаружил в левом кармане пластиковую карту, которую протянул через опущенное стекло охраннику. Пожелав приятно провести время, их сразу же пропустили.
Пропетляв по извилистой дороге, они остановились напротив пятиэтажного длинного здания. К ним тотчас же подбежал странного вида мужчина в униформе. Распахнув дверь Алисе, он взял ключи у Максима и, сообщив, что поставит машину на стоянку и сразу же вернет ключи хозяину, сел в машину и уехал.
- Что это только что было? – Максим проследил взглядом вслед отъезжающей Прадо и вернулся глазами к Алисе.
- Ты снял люкс «Гранд» в гостинице «Метрополь» на два месяца. – Взяв за руку ошарашенного Нестерова, она потащила его к парадному входу.
- Какой еще люкс «Гранд»? – Освободившись из ее цепких пальцев, Максим остановился как вкопанный. – С чего бы мне снимать номер в гостинице, когда у меня есть своя квартира?
- Я же объясняю, ты ее сдал. – Алиса рассмеялась. – Просто я подумала, зачем мне покупать тебе дом, в котором надо еще будет поддерживать чистоту, когда я могу поселить тебя в королевских апартаментах с видом на Кремль. Это ведь здорово! – Она подняла большой палец вверх.
- Ты сумасшедшая. – Он покачал головой, не зная, что еще можно добавить. Неприятно сознавать, что за твои развлечения платит кто-то другой, даже если она уверяет, что это доставляет ей большую радость.
- Просто я забочусь о тебе. - С прежним рвением Алиса ухватила его за руку и потащила к входу. Нестеров не отбивался, но мысленно прокручивал в голове возможную цену номера за сутки. Сколько он может стоить? Сорок, пятьдесят. А если умножить все это дело на шестьдесят. Даже страшно представить сумму. До конца жизни ему явно не расплатиться. Он и так должен кругленькую сумму за ужин в ресторане.
- Сколько стоит номер? - Войдя внутрь, Максим остановился перед ресепшеном. Можно сбежать пока не поздно, вот только стоимость узнает и сбежит.
- Для тебя это так важно? – Нахмурилась Алиса.
- А ты как думаешь? – Максим заметно нервничал. Наглость Алисы переходила все границы. А он наивный думал, что ее размышления об обустройстве его жизни пустой звук.
- Семьдесят. – Сдалась Алиса.
У Максима даже челюсть отвисла. Прикинув в
