— Сам-то понял что сказал? — насмешливо улыбнулся Гарриш. — Сдружиться с Факасом… Да он тебя ближе, чем на выстрел не подпустит к себе.
— А я попробую! — упрямо поджав губы, сказал я, сам понимая как по детски это выглядело.
— Даю тебе седмицу, после этого уже вместе начинаем думать, — решив видимо сегодня не настаивать, согласно кивнул парень. — Теперь слушай внимательно. На этот раз постарайся не пропустить мои слова мимо ушей, как всегда.
Раздумывая, брат прошелся вдоль окна и потом вероятно собравшись с мыслями, тяжелым взглядом окинул меня, и продолжил:
— Первогодкам тут очень трудно. Часто адепты со старших курсов берут себе подопечных, но ты сам понимаешь какая плата за это. Согласия первогодок никто не спрашивает, жалобы преподам — будет только хуже, станут общей игрушкой. Тебе, благодаря мне — это не грозит. К тому же стараются главным образом брать в подопечных себе вэзето, так что тут тебе будет поспокойней, но ты смазливый и приставать будут по-любому. Многие будут знать, что ты мой брат и лезть к тебе не станут, но у меня не одни друзья тут. Кто бы не приставал — сразу посылай ко мне. Без самодеятельности, это не шутки. Академия не везде защищена щитами. Вернее преподы считают, что защита полная, но адепты давно нашли дыры в ней, и не во всех местах стоит бродить без оглядки. Потом на коммуникатор тебе скину карту где сейчас дыры, но их быстро прикрывают, а адепты пробивают новые. Так что на карту сильно не рассчитывай. Мухлику прикажи, чтоб в невидимости сопровождал тебя по территории академгородка постоянно, в саму академию его конечно не пропустит, но хоть за ней буду спокоен за тебя. Я знаю сколько жрут после этого мухлики энергии, невидимость очень истощает их, но не жалей и корми. Если твоей энергии не хватит, у меня уже достаточный запас, или просто выйдем в город и закупим побольше камней подпитки.
— Гар, — робко позвал я его, когда заметил, что он уже направился к выходу.
Парень удивленно оглянулся на этот полушепот.
— Тут понимаешь какое дело… — я растерянно даже взглянул в сторону спальни, как будто Мих мог подсказать мне как правильно преподнести. — В общем после вчерашней драки…
— Да не тяни ты! — цыкнул парень, недовольно уставившись на меня.
— Я вэзето, — тут же отрапортовал и, чуть подумав, добавил:- Ну и маг. Кажется.
— Кажется? Тебя Факас хорошо по-моему по башке шибанул — вот что мне кажется! Что за ерунду ты несешь?
Понимая, что на словах всё равно не объясню, да и вряд ли поверит, а переругаемся мы снова — запросто, я молча стянул с себя кулончик, выданный деканом, и положил его на стол.
Брат непонимающе проследил за моими действиями и тут его глаза расширились. Он недоверчиво встряхнул головой, снова взглянул и, благо стена была рядом, со вздохом привалился к ней.
— Швах… — прошептал парень, только через несколько минут.
Дальше пришлось молча пронаблюдать как он, оттолкнувшись от стены, будто избитый, тяжело перебирая ногами, дошел до дивана и, упав на него, схватился за голову.
— Почему у всех братья как братья, а у меня гаденыш? — тоскливо уставившись в окно, непонятно кого спросил он.
Затем ещё раз взглянул на меня, будто удостовериться хотел, что я настоящий и, вздохнув, встал.
— Завтра с утра подойду с друзьями, запомни их хорошо. Первое время кто-нибудь из них будет постоянно рядом с тобой крутиться, их можешь не бояться. От всех остальных держись подальше. И не вздумай снимать кулон!
Даже не взглянув на меня, он, устало опустив плечи, молча потопал на выход.
* * *
Задумчиво уставившись на закрывшуюся дверь, я старался собрать в кучу всё то, что услышал от Гарриша. Да, трудно придется. Взглянув на кулончик, так и лежащий на столе, я с ужасом, наконец, понял, что только эта маленькая сосулька и есть моя настоящая защита. Вот теперь понятны стали крики декана и переменившееся отношение Кита, ведь вначале он вообще проигнорировал Яроша, но увидев меня, тут же как репей пристал и уже будь его воля, то вообще не отходил бы. Попал я на полную катушку. Надеюсь братик просто решил меня запугать и поэтому в таких красках описал положение первогодок в академии, а то у меня уже начало закрадываться желание свалить отсюда подальше и плюнуть на всё. Вот только куда? Вокруг всё непонятно и построено на магии, в которой я ни бельмеса не понимаю, мира не знаю, а то, что в памяти Яроша — явно мне во многом не поможет. Такое впечатление, что он вообще жил отрешенно от жизни и любопытством особым не отличался. Плюс родители постараются и закроют скорее мне доступ до жетона-кредитки, хотя…
Задумавшись, я даже дернулся, когда Мих настойчиво потряс меня за плечо.
— Мелкий, ты нормально держался, — видимо заметив мое мрачное лицо, решил, что я переживаю за скандал в начале с братом. — Привык видно прессовать Яроша, но ты прав, хрен ему, а не орать на тебя.
— Нет, — всё же пришлось объяснить. — Ты слышал, что он говорил про первогодок?
— Угум, — устраиваясь на диване, беззаботно взглянул на меня. Вот только переиграл — весь безмятежный вид портили бегающие глазки и, то и дело сжимающиеся, кулаки.
Поняв, что сегодня от парня ничего не удастся добиться, и он, как партизан на допросе, будет молчать, но не признается мне, что его тоже задел рассказ моего братца, решил не настаивать. Ладно, нужно хоть оговорить вопрос о сроке данном мне братиком на заведение дружбы с Факасом.
— Мих, — позвал я отрешенно смотрящего в окно парня.
Тот даже не повернулся. Решив не тормошить его, ведь ему не меньше моего досталось, я присел. Задумчиво оглядев так и не шевелящегося парня, растянулся уже во весь рост на диване и в наглую устроил голову на его коленях. Тело ломило немилосердно. Надеюсь просто не выспался, а не подхватил какую-нибудь магическую хрень и теперь не выяснится, что жить мне осталось с гулькин нос и семье пора начинать готовить венки и сбивать кресты… Даже поежился от этих мыслей. Не хочется мне назад в эту небесную канцелярию, лучше тут как-нибудь буду устраиваться.
Миха наконец стал приходить в себя и недоуменно взглянул вокруг, будто только сейчас начал понимать, что всё это по-настоящему, и не исчезнет как сон.
— Что надумал? Надеюсь умное? — не смог не съехидничать я. Видно парень и вправду был как будто в другом мире и теперь не получалось сразу сообразить с чего вдруг я оккупировал его колени и когда успел разлечься на диване.
— Хреновая у нас ситуёвина, — с умным видом провозгласил он и стал зачем-то наматывать мой локон себе на палец, надеюсь, он не решил таким способом оторвать мне скальп.
