прошли. А значит, и он для нее своим не станет. Не будет, как у родителей: ни любви на много лет, ни уважения, ни совместных шуток и только им одним понятных фраз... Это, может быть, и брак — но не семья.
— Дайки... ну что ты? — нежно спросил ее Дракон, проводя по волосам. — Так расстроилась? Не переживай. У меня, конечно, значительно меньше тайных знаний Драконов, чем я даю понять, но это пустяк. Если за восемьсот лет мой блеф никто не вскрыл, то и дальше не вскроют! Извини, что разом вывалил это на тебя. Серьезно, придумай мне какое-нибудь смешное прозвище — и будем квиты.
"Золотой мальчик" — вспомнила Даари.
Она зарылась лицом в его грудь — и... не зарыдала.
Стиснула зубы, овладела собой.
Сказала, стараясь говорить легкомысленно и естественно:
— Над глупым прозвищем я подумаю. Это слишком важное дело, чтобы так сразу решать.
— Эй, — сказал Дракон деланно обеспокоенным тоном, — только помни, что тебе же им и пользоваться!
"Ему все равно", — подумала Даари.
Вслух она перешла на деловой тон, сменила тему:
— Так вот один из тех вопросов, которые я хотела у тебя уточнить... Ведь не ты подбирал персонал для меня и для этой резиденции?
— Разумеется, нет. У меня нет времени на дела подобного рода. Я спустил распоряжение в министерство Церемониала, те в Дворцовую службу. Все кандидатуры там проходят утверждение службой безопасности, но если тебе кто-то не нравится, гони их в шею. Кандидатов — море, как и желающих услужить моей новой любимице.
Он снова ее погладил.
"А после меня будет другая любимица..."
Неважно, текущим фавором надо пользоваться.
— Мне не нравится лекарь, — прямо сказала Даари. — Его заменить можно?
Рука Дракона на мгновение замерла.
— Лекарь — дело серьезное, — проговорил он. — Необходимые допуски для работы с принцами и принцессами имеют немногие. Но если Аллират тебе так не нравится, вели своей личной помощнице подать заявку, я лично проконтролирую, чтобы тебе назначили самого квалифицированного кандидата.
Даари стало немного полегче. Как бы то ни было, сейчас, на настоящий момент, ее состояние — и состояние его будущего потомства! — чрезвычайно его заботит.
— Хорошо, — сказала она. — И... скажи, как ты относишься к идее назначить Гешвири моей придворной дамой?
— Хм... В целом, положительно. Она, пожалуй, немного юна, но ведь и ты моложе любой старшей жены. Тебе нужна наперсница твоих лет. Однако позиции Утреннего Тигра и так сильны, этим ты сделаешь еще крепче. Будут противники. Много мелких и крупных неприятностей. Сами Тигры могут не захотеть, как это не парадоксально...
— Перехотят! — решительно произнесла Даари. — Старшая супруга я или где? С последствиями разберемся.
— Похвально, — кивнул Дракон. — Своих людей нужно продвигать на ключевые посты. Ну, не буду тебе напоминать, чтобы ты лишний раз убедилась, что она именно твой человек, а не человек, например, Геона. Сама большая девочка. Кстати, одобряю, что ты, выбрала для укрепления союза с ней именно секс. Гешвири не умеет врать телом, это по ней очень видно. Может быть, со временем научится, но не сейчас.
Даари вздохнула.
— А откуда ты знаешь?.. Ну, про секс с ней? Ты и в пещере тогда принял ее облик...
— Это была догадка, но информированная, — подмигнул Дракон. — Если помнишь, я тебя сам возил в Аттону. Гешвири там видел. Правда, не узнал, но потом получил доклад о том, что вы встретились и провели несколько часов в отеле. Я мог бы предположить, что вы там строили планы и все такое, но я видел ваше выступление на Большом турнире. Очень много подавленного эротизма! К тому же, во время той поездки ты этак прожигала взглядом шинель Лаора, что я не мог не заметить: девушка созрела. Даже перезрела. А в кланах мораль на этот счет своеобразная, нетрудно было догадаться, что Гешвири тебе предложит, а ты согласишься.
Даари застонала, чувствуя, как к щекам приливает кровь.
— Я настолько для тебя очевидна? — теперь она уже не в силах была замаскировать досаду, даже боль в голосе.
— Нет, — сказал Дракон неожиданно серьезным тоном.
Вдруг он легко подхватил ее под мышками и усадил на себя сверху, одновременно перевернувшись на спину (до этого лежал вполоборота на боку). По-прежнему придерживая ее одной рукой под мышку, другой он откинул с лица растрепавшиеся волосы девушки. Даари задохнулась от жара странного, нестыдного стыда: Дракон смотрел на нее жестко, очень проницательно, и казалось, будто он глядит прямо в душу.
— Считая, что до конца понимаешь кого-то, отказываешь ему в свободе воли, — веско сказал Дракон. — Я не идиот, чтобы поступить так с выбранной мною женщиной. А ты, Дайки, уже не раз меня всерьез удивляла. И даже если тебе больше ни разу не доведется отмочить ничего подобного твоим прежним художествам — кстати, надеюсь, что так! — я всегда буду держать в голове, что от тебя можно ждать чего угодно. Ты же авантюристка, Дайки-погромщица, притом авантюристка удачливая. Хотя умело прячешь это за рассудительным обликом этакой отличницы.
— Я никогда не была отличницей, — буркнула Даари.
— Это-то и удивительно, — улыбнулся ей Дракон. — Ты даже книжки читаешь, как не в себя.
Настроение исправлялось стремительно и неудержимо.
"И это — ну, или нечто подобное — он тоже всем говорит!" — напомнила себе Даари.
Но глупое сердце хотело верить его лести — и верило.
Глава 9. Планы обустройства (без правок)
Громкий и звонкий вопль Даари услышала, еще спускаясь по лестнице на первый этаж:
— Ого! Вот это хоромы! Слушай, тут можно целую лабораторию забабахать...
— А то тебе лаборатории мало, — ответил гораздо более спокойный, невсерьез ворчливый голос. — Не веди себя как дикарь.
— Да ты что! Это же шанс! Сам подумай: тут с нами ничего не сделают. Хоть ори в голос, хоть кукарекай. Я бы на твоем месте воспользовался... А, погоди, я и так на своем! Ку-ка-реку!
— Пороть тебя некому...
Даари ускорила шаги: эти голоса она бы узнала где и как угодно, хотя более юный из них уже то и дело сбивался с детского тенора на ломкий юношеский басок и обратно — а она этого не помнило! Сердце забилось чаще. Вроде бы не так много времени
