и сделал пару шагов.
— Ты в порядке? — не дойдя пары шагов, я остановился в нерешительности.
— Да, я в порядке, — махнула она рукой. — Просто мутит.
— Мы можем не идти дальше, — предложил я.
— Нет, — она обернулась и сверкнула глазами. — Мы пойдём.
— Но ты же понимаешь, что скорее всего твой отец… — вырвалось у меня.
— Мёртв⁈ — она скривилась. — Если это так, то я должна похоронить его. Я никогда не прощу себе, если сейчас поверну обратно.
— Хорошо, — пожал я плечами, мы вместе с тобой.
В этот момент сталагмит операционного аппарата сорвался с потолка и упал вниз на операционный стол.
* * *
Мы прошли мимо, и спустились ниже. В помещениях здесь творился полный беспорядок. Видимо небольшое количество людей встретило восстание автоматонов здесь, внизу. Страшно подумать, что с ними произошло потом. Мы не нашли отца Нины нигде. Как я и думал, скорее всего чёртов аппарат не сделал для него исключения. И он также как остальные был превращён в одного из этих мунтантов и теперь его без специального ДНК теста и не узнаешь. А может он был в этой рухнувшей башне? Мало ли где. Найти его в этих развалинах невозможно, и теперь нет ни одной живой души, у кого это можно было бы спросить.
Но в самой нижней комнате мы нашли небольшой офис. На столе лежали несколько листов.
'Дорогая Нина, я не знаю, переживёшь ли ты всё это. Но если ты когда-нибудь увидишь эти строки, знай, я делал это не только для тебя, но и для всего человечества в целом. Не вини себя. Имплантация частей машины могла сделать для нас многое. Мы могли бы быть богами, имей мы способности машин. Да и что есть родовой имплант, как ни слияние человека и машины? Так я говорил Ему, так я говорил Им. Меня двигала не корысть, не грех, я был частью проекта только потому, что я хотел помочь всем… всем и тебе тоже. Люди, которым я помог материально, были альтруистами, они не положили ни копейки себе в карман. Они создали то, что могло спасти тысячи жизней.
И даже со всеми этими аргументами я остался неуслышанным. Мне пообещали кару бога, за то, что я сделал. Но я никогда не верил ни в множество богов. Ни в одного. А зря. В этом мире существует один бог, и он ненавидит, когда ему перечат. Мои люди умирают там, пытаясь отбиться от безумия, что здесь происходит. Видимо, мне тоже придётся умереть. Я дописываю эти строки и слёзы капают у меня из глаз. Если в этом мире есть хоть что-то справедливое, сегодня же мы встретимся с тобой в раю.
Навсегда твой отец,
Прости меня'.
Нина сидела потерянная в кресле своего отца. Она не плакала, а смотрела в одну точку. И поэтому это было страшно. По настоящему страшно и невыносимо. Она прочитала письмо молча. Положила его на стол, а затем его перечитал я. Когда Всеволод потянулся за листком, я свернул его и отдал ей, а она сунула в карман куртки.
— Оставь здесь парочку гвардейцев за дверью, пусть её не беспокоят, а мы пройдёмся ещё по помещениям, — шепнул ему я.
Когда мы все вышли, я услышал, как Нина разрыдалась.
На этом этаже располагалась серверная, из которой я приказал достать все жёсткие диски и распределить их между гвардейцами. Мы не получили ровным счётом ничего от этой вылазки. Мы спасли Нину, и это прекрасно. Но в остальном, нам нечего привезти обратно на базу, что могло бы изменить наше положение, или хотя бы улучшить его.
На обратном пути, мы встретили Неонилу. Она отплакала своё. Хоть её глаза и опухли, походка и взгляд были тверды.
— Мне нужно вступить в права наследницы рода, — объявила она.
— Ну, принимая во внимание, что прошло два месяца, а в твоей ситуации даётся три месяца на поиск наследника, то это возможно, — согласился Всеволод. — Но зачем?
— Моему роду всё ещё принадлежат земли. Мы можем восстановить производства. И те изобретения, чертежи которых содержаться на жёстких дисках, которые хранились в серверной, тоже принадлежат моему роду.
Мы с Всеволодом переглянулись.
— Затем я свяжу свой род с твоим. Так как из моего рода осталась я одна, я не смогу себя защитить, — заявила Нина. — Твой дар, как я понимаю, это Дар Теслы. А значит ты не сможешь жить в этом мире, не борясь с Ним. А я отомщу ему, отомщу в любом случае.
— Связать свой род со мной? — я нахмурился и взглянул сначала на Всеволода, а потом на неё. — Ты предлагаешь мне жениться на тебе?
Я получил пощёчину быстрее чем смог моргнуть. К тому же она была такая увесистая, что мои зубы скрипнули.
— Что это такое? — возмутился, я, схватившись за щёку. По руке непроизвольно пробежало несколько разрядов.
— Стой, стой, — вклинился между нами Всеволод. — Нина, Вадим долго был в симуляции, куда его поместил отец, и есть вещи, которых он не знает. Вадим, связать род, не всегда значит взять кого-то замуж. Иногда люди берут других, как названных братьев и сестёр. Иногда это как усыновление. Обычно усыновляют вассалов. Часто в контракте по объединению родов прописывают то, как распределится имущество, если род снова распадётся.
Я хотел сказать «как в брачном контракте», но посмотрев в глаза Нины, понял, что лучше промолчать. Глубоко вздохнув, я слегка успокоился.
— То есть ты хочешь, чтобы я взял тебя в сёстры? — задал вопрос я как можно более нейтральным тоном, получилось всё равно звеняще холодно.
— Старшей сестрой, — также холодно проговорила Нина.
— А сколько тебе лет? — спокойно проговорил я.
— Двадцать.
— А мне… — я покосился на Всеволода.
— Двадцать два, — подсказал он.
«Серьёзно? Время в симуляции
