Указала кивком и что-то негромко бросила на неведомом Хрофту певучем языке, в котором сейчас тем не менее явственно слышалась насмешка. Отец Дружин не повёл и бровью, пальцы его на ясеневом посохе не сжались крепче. Он слишком хорошо понимал цену этой встречи.
Один из спутников черноволосой красотки тотчас засмеялся следом, почти угодливо; другой же, в серо-чёрном плаще, остался невозмутим.
— Макран, Эстери, — начал он, и затем последовала длинная фраза на всё том же певучем наречии, неведомом Старому Хрофту. Как показалось Отцу Богов — сказанная с неким укором.
Девушка повернулась к спутнику в сером, усмехнулась — чуть покровительственно, уверенная в своей власти. Кивком вновь указала на Старого Хрофта, выразительно фыркнула.
Отец Дружин тяжело вздохнул, откинул капюшон. И в упор воззрился на троицу.
Черноволосая красотка осеклась и часто-часто заморгала. Её спутник в серебристо-голубом плаще застыл с разинутым ртом. Третий же, судя по всему, пытавшийся урезонить друзей, как-то мгновенно подобрался, глядя на Старого Хрофта с жадным, каким-то поистине детским любопытством и столь же детским восхищением, словно ребёнок на новую долгожданную игрушку.
Тяжело опираясь на посох, Отец Дружин пошёл им навстречу. Надо отдать должное смеявшемуся спутнику черноволосой — он тотчас проворно отодвинул её в сторону, загородив собой. Третий их товарищ выжидательно скрестил руки на груди, словно напоказ отстраняясь.
— Рад, что смог повеселить вас, друзья мои, — спокойно сказал Старый Хрофт, останавливаясь прямо перед троицей. — Всегда хорошо, если кому-то становится светлее, когда он глядит на тебя.
Он говорил на общем языке Большого Хьёрварда, возникшем ещё в те времена, когда асы, ваны и великаны владели почти всем сущим — ну, или вернее тем, что они сами считали «почти всем сущим». Отец Дружин не сомневался, что будет понят, и не ошибся.
— Кто ты, досточтимый? — вежливо осведомился третий из Истинных, тот самый, в серо-чёрном плаще. — Мы видим твою силу… но более ничего.
— Старый Хрофт прозывают меня в этой округе. А каковы ваши имена, дорогие гости?
— Эстери, — маг в сером указал на девушку. — Макран, — кивнул он на своего приятеля. — И я, зовущийся Хедином.
— Рад встретить Истинных Магов на нашем скромном деревенском торжище, — усмехнулся Отец Дружин.
— Тебе ведомо, кто мы такие? — девушка по имени Эстери держалась настороженнее и враждебнее других.
— Каждый, носящий в себе силу, ведает, кто вы такие, — пожал плечами Старый Хрофт. — Но не каждый решится заговорить, подобно мне.
— Но кто ты, прозывающийся Старым Хрофтом? — дерзнул спросить и Макран, бросив сперва украдкой взгляд на Эстери. Он, похоже, побаивался свою подругу и её неодобрения.
— Я — это я, — пожал плечами Отец Дружин. — Старый Хрофт. Живу я здесь, как могу, храню местные села и пажити. А вы, Истинные Маги Эстери, Макран и Хедин? Кто ваши отцы и матери, как зовут братьев и сестёр, чей стяг поднимаете вы, устремляясь в бой, за кого вы сражаетесь и кто правит вами?
— Ты задаешь слишком много вопросов, старик, — резко бросила черноволосая Эстери.
— Погоди, Эсти, — молодой маг Хедин положил ей руку на плечо, и Отец Дружин заметил, как Макран тотчас нахмурился, совершенно не умея прятать собственные чувства.
Против ожиданий Эстери вдруг улыбнулась, лукаво взглянув на мага в серо-чёрном.
— Ну, раз уж ты сам просишь меня погодить…
— У нас нет ни отцов, ни матерей, — спокойно глядя в глаза Старому Хрофту, ответил Хедин. — Нам неведомо, кто породил нас, ибо мы пришли в мир не младенцами, но теми, кого люди бы назвали «подростками». Также неведомо нам, откуда мы и можем ли мы назвать какое-то место своей «родиной». Замок Всех Древних на вершине Столпа Титанов — наш дом и наша истинная родина. Все мы, явившиеся вместе и разом в мир Истинные Маги, — названные братья и сёстры друг другу. Мы — великий предел, не свет и не тьма, не добро и не зло, но призванные служить границей меж ними.
— А Столп Титанов-то, он как, достроен? — улыбаясь, осведомился Старый Хрофт. — Стал ли он той самой великой осью, на кою нанизаны все прочие миры? И не вокруг него ли обращается всё сущее, наделяя Истинных Магов первородной мощью?
Эстери и Макран непонимающе уставились на Отца Дружин, словно воочию узрев говорящую лошадь. А вот глаза молодого мага Хедина вспыхнули.
— Диковинны и преудивительны слова твои, — медленно и явно стараясь не наговорить лишнего, сказал он, почтительно склонив голову. — Но Столп Титанов есть столп титанов, он и впрямь есть исполинская ось, скрепляющая множество миров, кои иначе подвержены неустойчивостям, но никто никогда и помыслить бы не мог что-то вокруг него «вращать»! Такое чревато ужасными, неописуемыми катастрофами, и Совет Поколения бы никогда…
Эстери что-то прошипела, довольно чувствительно пихнув молодого мага Хедина локтём в бок. Тот лишь досадливо поморщился, однако продолжал речи:
— …не допустил бы подобного. Ответственность Истинных Магов…
— Ты, брат Хедин, вещаешь сейчас, точно Мерлин, когда на него находит, — хохотнул тот, кого называли Макраном. Специально или нет, но заговорил он на языке Большого Хьёрварда, так, чтобы понял Старый Хрофт.
— Что ж, коль не станет никто ничего вращать, то и ладно, — усмехнулся Отец Дружин. — Нам, простым обитателям, и того довольно. Бывайте здоровы, господа Истинные Маги, доброго вам дня и лёгкой дороги. Да, чуть не забыл! Пиво лучше всего варят во-он там, у Торвальда, мёд с первоцветов у Предславы берите, а если поесть — то ничего достойнее целикового вепря на вертеле, что у Лодина в Заречье, вы не найдёте.
— Пиво! — передёрнула плечиками Эстери, тоже снизойдя до понятной Старому Хрофту речи. — Вепрь на вертеле! Варварство какое. Небось руками едят, жир с пальцев слизывают, рыгают да вшей на себе по ходу дела давят!
Отец Дружин только пожал плечами. Мол, моё дело предложить, ваше дело — отказаться. Никто гостей дорогих неволить не станет.
— Доброго дня вам и лёгкой дороги, — Старый Хрофт кивнул Истинным и, не роняя достоинства, отправился своей дорогой.
(Комментарий Хедина: так-так-так, очень интересно. Ту встречу с Отцом Дружин я, конечно же, помню прекрасно. Не так оно всё было! Совсем не так. То есть по словам-то вроде так, а на самом деле… Во-первых, Эстери никогда не выбирала между мной и Макраном, мы тогда дружили, именно что дружили втроём, общались, смеялись, вместе путешествовали, забираясь в самые потаённые уголки Упорядоченного; наша история с Сигрлинн ещё только начиналась, Голубой Город не появился даже и в самых смелых замыслах, и… меж нами всё было непросто. Слишком часто мне казалось, что Си надо мной смеётся, старается выставить перед Поколением в каком-нибудь нелепом виде, подшутить, разыграть, а потом прийти, улыбнуться, и проникновенно сказать — «ты что, обиделся?».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
