спать отправится, сославшись на то, что устал и что завтра новый день и учится надо. То, что я устал меня от экзекуции не спасло бы, как и от вдумчивого такого разговора по душам с мамой в стиле «а кто у нас такая сволочь? Кто у нас маме нервы делает? А вот кто у нас маме нервы делает, мог хотя бы на телефон ответить!». А вот сказать, что учеба тут трудная, и чтобы семью не позорить мне надо напрячься и собраться и вообще у меня завтра тесты по математики, а вы, мама, тут со своим полотенцем… потом поговорим… А до выходных ситуация как-нибудь рассосется, мама у нас человек горячий и вспыльчивый, но отходчивый, глядишь и забудет… или хотя бы не так сильно злится станет…
- Привет, ты новенький? – толкают меня в бок. Вернее даже – тычут, как вот Нобу-сенпай тычет своим Каменным Пальцем, так и тут. Правда палец не каменный, все же Нобу-сенпай сто двадцать кило весит и почти все эти килограммы – это тяжелые кости и не менее тяжелые мышцы. А тут… тут меня тычет в бок воздушное создание, девушка и что удивительно – не японка. И вообще не азиатка. Европейской такой наружности девушка, ничего от Азии нет ни в разрезе глаз ни в скулах. Такая вот Гермиона Грейнджер на последнем курсе Хогвардса и даже волосы такие же… не блонд, а скорее русые.
- Добрый день – склоняю голову я: - да, я новенький. Меня зовут Кента.
- Отлично! А меня звать Ядвига. Новеньких тут сразу видно – сообщает она: - вот я и решила подойти, познакомиться. Будем держаться вместе! – и она протягивает мне руку. Немного ошарашенный – я поживаю ее. Ладошка у Ядвиги теплая и узенькая, никакого сравнения с твердым пожатием и силой в запястье, как у Соры-тян, например. Тут вот берешь ладошку и понимаешь, что рукоять меча эта ладошка в жизни не держала, тут скорее кисти и гуашь или там клавиши рояля, но никак не рукоять меча или боккена. И мозолей никаких нет, кожа как у младенца. Надо сказать, что тут вообще подойти и самому познакомиться – легкий такой моветон. Никто так не делает. Это как высморкаться на людях, вроде бы прямо и не запрещено, но слегка неприлично и на тебя все коситься будут. Но если ты – парень, то это еще туда-сюда, иногда у парней выбора нет, как прыгнуть на середину улицы прямо перед выбранной жертвой, склониться в поклоне и заорать как самурай во время вызова врага на поединок «Я! Кента-кун! Хочу с тобой дружить!» - и с поклоном тот самый конверт с сердечком протянуть. Такие вот авантюры в девяноста процентов случаем кончаются печально, разбивается сердце и с высоты собственного роста прямо в асфальт летит низвергнутая самооценка, а «жертва» признания – задирает свой носик и идет дальше, топча своими каблучками несбывшиеся мечты о любви.
Но это – мальчикам позволено. А девочкам знакомиться первой, да еще и предлагать держаться вместе – и вовсе неприлично. Например, та же Мико, которая в легкую мне свои фоточки в стиле ню двадцатых годов прошлого столетия высылает, никогда первой с парнем не познакомиться. Не принято. Что же с этой вот девушкой не так? Может она фанатка какая?
- Очень приятно познакомиться – говорю я, пожимая ее ладошку: - неожиданно, но приятно. Со мной редко когда очаровательные девушки знакомятся, обычно все как раз наоборот – я пытаюсь познакомиться, а меня отшивают.
- О. Это может быть проблемой, да – кивает Ядвига, убирая свою руку: - но вообще я обычно всех отшиваю. Потому что кругом одни придурки.
- Это они не придурки, это у них разум отшибает как они на тебя глядят – предполагаю я: - вот посмотрели на такую красоту и все, готово, еще одна поломанная судьба. Тебе наверное трудно с таким проклятьем.
- Проклятьем красоты? Ни капельки! – улыбается Ядвига и по ее улыбке мне все становится ясно. Местные девушки, когда улыбаются – всегда делают это немного застенчиво, как будто в пол. У местных девушек вообще есть две модели поведения – «скромная школьница, которая краснеет от дуновения ветра и упоминания клитора» и вторая «Ямато Надешико, которая коня на скаку остановит и катаной всех перерубит, а потом на трупах врагов – чаю попьет и глазом не моргнет». Как-то так. Вот вбил кто-то в голову всем местным, что когда девушка смущается – это так мило выглядит! Вот и смущаются девчата от любой мелочи и все эти «Кьяя!» оттуда – из выработанной модели поведения. Это как сидеть, например, никакая девушка тут не сядет, раздвинув ноги в стороны, даже если она в брюках или штанах спортивных. При всей своей бунтарской натуре, даже Марика или та же Рыжая – они всегда коленочки вместе держат. Следят. И носок – тянут, когда ноги вытягивают. Это страшнее, чем социальное осуждение, тут речь о собственной привлекательности идет. Со стороны глядишь на поведение Марики и думаешь – ну, местный социум уже давно на ней крест поставил, shalava, оторва и томбой, хулиганка и стерва, деньги вымогала и банду Троих Та под себя подмяла, казалось ну куда дальше? Упавший в реку дождя не боится и все такое. Но нет, есть рубеж, который даже Марика не перешагнет и это как раз – стереотипы о привлекательности. Вот при всем этом, никогда она не станет умышленно делать что-то, что ее привлекательность в глазах окружающих понижать будет. Одета она всегда привлекательно, за собой следит, пахнет вкусно, макияж, крашенные кончики волос… в общем и Марика и все остальные – прежде всего девушки, а девушка должна быть красивой. Если на то пошло, то вот он
