— Пошла ящерица на сапоги! — громко выкрикнул Джордж, Джинни с усмешкой три раза хлопнула в ладоши, а избавленные от угрозы чересчур близкого знакомства с огнедышащей тварью авроры дружно и одобрительно взревели. Фред отщелкнул от прямоугольного ложа электронно-спускового механизма еще горячий, выгоревший изнутри, пустой тубус транспортно-пускового контейнера и потянулся за новым.
— Чур, кожа с боков — моя! — выдав глубокую, как недавно пройденные подземелья мысль, стрелок с кряхтеньем взвалил на плечо заново снаряженный зенитный комплекс и вновь прильнул к прицелу.
Второй драконий наездник, с ног до головы закутанный в цветастое тряпье, как бедуин, увидев сверху постигшую его коллегу участь, решил не рисковать и заставил своего крылатого «скакуна» подняться ещё выше. Вот только ракете FIM-92B его маневры были, как сказали бы магглы, до лампочки: она могла поражать цели, летящие на высоте до трех с половиной километров.
Место пуска окуталось белым, дымным облаком, из которого на струе огня маршевого двигателя вылетела вторая длинная стрела и помчалась вверх. Дракон, повинуясь воле наездника, встал на дыбы, как скаковой конь, и разогнавшаяся ракета угодила не в дымящуюся пасть, маячившую на сенсорах самым ярким пятном, а в грудь рептилии, пробив чешую, кожу и мышцы, за которыми скрывались огненные мешки, эти вторые легкие дракона, отвечавшие за пламяизвержение.
Столкновение материального мира магглов и древнего волшебного существа закончилось не в пользу последнего. Эффект был такой же, как при попадании снаряда в полупустую цистерну с бензином; летающего ящера попросту разорвало, расшвыряв куски и фрагменты немаленькой туши по всей округе.
Это был финальный удар, окончательно переломивший ход сражения. Лишившись последних козырей немногие уцелевшие к тому времени тёмные маги, которых авроры неумолимо выбивали и теснили на поверхность, начали повально сдаваться в плен. Лишь небольшая группа фанатиков попыталась прорваться за пределы антиаппарационного купола, ринувшись в самоубийственную атаку. Их желание было единодушно «принято к исполнению»: авроры без малейшей жалости перебили всех камикадзе.
В вечереющее небо взвилась синяя искра и с хлопком взорвалась, превратившись в яркий ультрамариновый шар — сигнал для всех, что поле боя осталось за силами Министерства. Впереди предстоял еще кропотливый труд по окончательной, контрольной зачистке подземных лабиринтов и вывозе многочисленных трофеев, но главное было сделано: Бамбург, как одно из гнезд Темного Лорда, был вычеркнут из списка.
Точку общего сбора «боевой девятки Поттера» определила троица Уизли, вольготно расположившаяся на травке ближе к Бамбургу и подальше от места уничтожения драконов, к которому уже стекались как и рядовые авроры, так и уже вызванные работники прессы, стремясь получить наиболее эффектные снимки для своих газет.
Джинни лежа животом на земле, похоже общалась со своим партнером, а тот, используя свое песчаное тело, забавлялся, вылепляя из песка то копии полевых цветов, растущих неподалеку, то миниатюрного дракона, то копию головы самой Джинни, показывающую язык и корчащую гримаски.
Фред сидя по-турецки, проводил инвентаризацию общего арсенала — это бой был весьма расточителен по части боеприпасов. Лишь Джордж несколько не находил себе места, то вставая, то снова садясь и начиная раз в пятый собирать и разбирать пистолет. А когда заметил идущую к ним через поле Окой, то только две пары ироничных глаз, глядящих на него с откровенной подначкой, остановили его от того, чтобы не побежать ей навстречу. Но когда она все же почти подошла, рыжий ухажер не выдержал, подбежал и схватил ее в охапку, тормоша, вопросительно заглядывая в лицо и что-то негромко говоря. Окой, улыбалась и отвечала, успокаивающе глядя Джорджа по руке, а потом и вовсе захихикала, прикрывая рот ладошкой.
Следующими с разминкой на пару минут прибыли Норт и Грейнджер. Гермиона была спокойна, как и всегда, а Норт лучился тихим счастьем, как бывало тогда, когда ему всласть удавалось помахать своей палицей, пройдясь оной по хребтами супостатов.
Последней явились тройка Гарри, Рен и Крис, и последний тут же попал в оборот к Джинни и Гермионе, которые на правах «старших сестер» тут же начали его расспрашивать о подвигах и осматривать на предмет полученных смертельных ран. Но подросток был жив, словоохотлив и с него только-только начинало сходить боевое, слегка взвинченное возбуждение. И ран же обнаружилось лишь несколько царапин на щеке, полученных о каменного крошева попавшего невдалеке взрывного заклятия.
А вот Поттер был несколько мрачен и погружен в себя. Произошедшее в той схватке, целиком выпадшей из памяти, все не шло у него из головы. Что там случилось? Почему он потерял сознание? И что произошло после этого и может ли это повториться, вот что занимало сейчас Гарри больше всего. Но в данном случае память — не запись, которую можно отмотать назад, так что ему оставалось лишь строить различные гипотезы и догадки касаемо произошедшего. Решив отложить анализ произошедшего на более удачное время, Поттер поднял собравшихся вместе друзей и отправился к командному шатру.
В штабе Хмури шло плановое сведение предварительных результатов операции: Авроры подсчитывали свои и вражеские потери, выделяли белые пятна на почти сформированной карте подземелий и направляли команды для их исследования. Чувствовалось, что итогами боя все довольны. Лица штабистов сияли, а сам Аластор со своей вечно кривой ухмылкой походил на старого, битого жизнью и травленного бродячего кота, наконец-то сожравшего вожделенную канарейку. Аврорам было чем гордиться — лабиринты вычищены, заложники и пленники, среди которых обнаружилось немало своих же товарищей, давно считавшихся погибшими, освобождены, а потери…
На то она и война, что без потерь не бывает. Единственным, что сильно обеспокоило командира сводных отрядов, было то, что у нескольких погибших авроров пропали их волшебные палочки, снаряженные усилителями. Ни рядом с телами, ни у пленных их не обнаружили, хотя каждого раздели практически догола и тщательно перетрясли всю одежду. Но Поттер успокоил Хмури, заявив, что даже если палочки похитили успевшие скрыться слуги Вольдеморта, в этом нет ничего трагичного. Понять принцип работы усилителей и воссоздать технологию производства «Отдела Тайн» не сможет никто, а два-три трофея не вернут Упивающимся былой военный перевес.
— Ну что, Гарри, можно сказать, мы вышли на финишную прямую? — подытоживая, буркнул себе под нос Аластор и колко, пристально взглянул на парня из-под кустистых бровей. — Следующая остановка — Хогвартс?
— Именно так, мистер Хмури, — подтвердил Поттер. — Но к старту по этой прямой нам нужно будет тщательно подготовиться. Его Темнейшество, загнанное в угол, может преподнести нам всем очень много крайне неприятных сюрпризов. И первый шаг надо сделать уже сейчас. Рен! Джинни!
Белокурая и рыжая девушки молча выросли у него за спиной.
— Вы сейчас же отправитесь в гости к мистеру «Б-В», — проговорил Гарри, воспользовавшись на ходу придуманным сокращением; ветеран аврорского корпуса наверняка знал поименно всех королей криминального мира, а провоцировать лишние вопросы Поттеру не хотелось. — И сообщите, что Гарри Поттер просил передать всего три слова: «Сезон охоты открыт».
Глава 08. Учителя и ученики.
Очередной военный совет, проходивший в месте постоянной дислокации сводных аврорских отрядов в дальнем пригороде Брибсби, как обычно, вел Аластор Хмури со своими ближайшими помощниками, супругами Лонгботтом. Собрались командиры всех подчиненных Шизоглазу отрядов, от союзной стороны присутствовали Норт и Поттер со своей «второй тенью», как окрестили присутствующие Рен, ибо Гарри редко когда можно было застать в одиночку, без его немногословной спутницы. Прибыл и представитель центрального штаба Аврората, чей состав только-только начал восстанавливаться за счет вербовки добровольцев с хотя бы минимальным боевым опытом и пополнения из недавнего, все же состоявшегося, выпуска школы авроров в Эпплби.
Резкий белый свет висящей под потолком волшебной лампы с простым, широким абажуром четко освещал большой овальный стол в здании штаб-квартиры, заваленный свежими газетами, сводками о состоянии подразделений, свитками пергаментов с отчетами и заметками, многочисленными вкривь и вкось исчерканными картами, и сидящих за ним людей. Внимание мужчин и женщин было приковано к Хмури, занимавшему место во главе стола. Старый аврор, чуть привстав и тяжело опершись обеими руками о потемневшую от времени столешницу, обычным своим ворчливо-скрипучим голосом подводил итоги:
— ...и на данный момент у Вольдеморта остался ещё один оплот — вернее будет сказать, один-единственный. И ни для кого не секрет, что это — наша знаменитая школа чародейства и волшебства Хогвартс, оккупированная противником еще весной и превращенная им в хорошо укрепленный бастион. Сейчас он битком набит темными тварями, натащенными со всей Европы, и разнообразной черномагической сволочью — с самим Томом Реддлем во главе.
