Читаем без скачивания Убийственное кружево орхидей - Ольга Баскова

Истории, которые рассказывают, попав в руки правоохранительных органов, задержанные с поличным наркокурьеры, чаще всего сводятся к рассказу об их тяжелой доле и вынужденном «приработке». Самые артистичные из них умеют порою даже «вышибить слезу»: мол, я первый раз в жизни оступился, судьба меня к тому вынудила, больше – никогда!.. Однако они глубоко заблуждаются, считая, что удачно выдуманная и хорошо отрепетированная история может смягчить их вину. «Пора бы вам отбросить эти иллюзии: в наркобизнесе не бывает случайных людей, – отвечал им Истомин. – И даже те добропорядочные отцы семейств, которые якобы всего лишь один раз перевезли наркотики, чтобы накормить детей, на самом деле прекрасно осознают цену этого своего «хлеба». Да и чего стоит такой «хлеб», за которым стоит смерть других детей?» Вот почему и Иван, и его коллеги ненавидели наркокурьеров. Впрочем, это было только первой причиной для таких чувств. Имелась еще и вторая. Зная о губительном действии распространяемого ими товара, наркокурьеры, как правило, сами не принимали наркотиков. Дилеры давно поняли, что наркоман не только сам ненадежен, но еще и имеет достаточно явные внешние признаки деградации личности. По этим признакам его легко вычислить в любой толпе. Поэтому к транспортировке наркотиков чаще всего и привлекали людей, не имеющих наркозависимости. Однако, будучи нормальными, адекватными людьми, разве они не понимали, что именно делают? Прекрасно понимали, какие бы наивные глаза ни пытались изобразить в момент их задержания с поличным.

Вот у этой девушки такое ангельское личико! Какая жалостливая история крутилась в ее хорошенькой головке? Когда же она поведает ее милиционеру? Наконец задержанная не выдержала этого молчаливого поединка и тихо спросила:

– Вы не хотите меня выслушать?

– А стоит ли? – иронично заметил майор.

– Я сделала это в первый раз в жизни. Потому что попала в трудную ситуацию, – пробормотала она. – Мне нужно было вернуть долг. Признаюсь, я смалодушничала. Однако меня могли покалечить. Меня или моих родителей и сестру.

– Кто же? – поинтересовался Иван. – Наркодельцы?

– Да. Я должна рассказать вам об этом. Но если они узнают…

– Они все равно узнают, что мы задержали вас, – лениво ответил Иван. – А уж как они на это отреагируют – такого ответа вам не даст даже экстрасенс или предсказатель. Решайте сами. В общем-то, мне ваше объяснение не нужно. Вы пойманы с поличным. Для суда этого вполне достаточно.

Она закрыла лицо руками и разрыдалась. Но и слезы, казавшиеся такими искренними, не пробудили в душе Ивана жалости. Каждый грамм из ее багажа мог стать для кого-то первой дозой в жизни и сломать навсегда человеческую судьбу.

– Пусть будет что будет, а я вам все расскажу, – решилась Елена и вытерла глаза.

Истомин отвернулся к окну. Интересно, слышал ли он прежде что-нибудь в этом роде? Наверное, речь пойдет о больных нищих родителях и деньгах на операцию для них… Тогда он умрет от скуки!

Однако Елена поведала ему совсем другую историю. Нет, деньги на операцию, конечно, потребовались. Но не родителям, а ей самой. Комкова выросла во вполне благополучной и интеллигентной семье преподавателей вуза. Отец и мать считались в небольшом украинском городке довольно-таки обеспеченными людьми, имели трехкомнатную квартиру в центре и дачу в курортной зоне. Но Елена не чувствовала себя счастливой. Природа наградила ее ужасным носом, который стал несчастьем всей ее жизни. Длинный отцовский и короткий с горбинкой материнский носы слились и воплотились в дочери в одном – огромном и горбатом носище. Над девочкой издевались, никто не хотел с ней дружить. В подростковом возрасте, осознав, что из-за этого уродства ей никогда не удастся найти любимого человека и завести семью, Лена предприняла попытку суицида – порезала вены. Однако вовремя пришедшая бабушка спасла внучку и впоследствии долгое время не отходила от нее.

– Какие проблемы! – заявила родителям Лены ее тетка по материнской линии. – Сейчас прекрасно делают пластические операции. Да миллионы женщин в мире перекраивают себе лицо!

Это замечание зародило в ее душе надежду. Лена обратилась к родителям, но те обозвали тетку дурой и строго-настрого запретили дочери и близко подходить к клиникам пластической хирургии. Прежде чем сделать такое заявление, они начитались журналов и насмотрелись фильмов, где «жертвы искусственной красоты» слезно умоляли всех подумать перед тем, как лечь под нож пластического хирурга. Операция грозила навеки изуродовать чье-либо лицо, по их словам.

– В нашем городе нам не найти хороших специалистов, – уверяла мать Лену, – а в столицах это стоит бешеные деньги. Мы же не пойдем по миру ради твоего носа!

– А как же создание семьи? – спрашивала Елена. – Я тоже хочу встретить своего мужчину и родить детей!

– И встретишь, – обещала ей мать. – Думаешь, подобный нос – у тебя одной? Где-то живет и парень с таким же носом. Вы обязательно встретитесь!

Лена прекрасно разбиралась в математике и тут же высчитала вероятность такой встречи. Практически она равнялась нулю. Услышав это, отец замотал головой:

– И вовсе не нулю, у тебя есть шанс.

– Даже если этот шанс появится, какие у нас будут дети! – всхлипнула Елена. – Я бы не хотела, чтобы им пришлось пройти через такие же издевательства!

Родители на это ничего не ответили. И девушка решила искать выход самостоятельно. Вот почему она не стала поступать в местный университет, а отправилась в Киев и блестяще сдала экзамены. Лена надеялась, что студенты – более вежливый народ, чем школьники, и ее нос по крайней мере не будут высмеивать публично. Но она ошиблась. «Юмористические» замечания однокурсников больно резали ей слух. Кроме того, с ней по-прежнему никто не хотел общаться. В один прекрасный день Комкова записалась на прием к пластическому хирургу в Институт красоты. Пожилой врач, сразу внушивший ей доверие, долго осматривал пациентку.

– Я могу вам помочь, – наконец, вынес он вердикт. – Хрящи довольно мягкие. Операция пройдет удачно.

– Вы уверены?! – Девушка широко раскрыла глаза.

– Стопроцентную гарантию не даст ни один доктор, но девяносто девять я могу вам предложить, – улыбнулся врач. – Вы правильно сделали, что пришли ко мне. Представляю, сколько бед вам пришлось пережить из-за этого злосчастного носа! Но я избавлю вас от этого недоразумения, и самые красивые парни будут просить вашей руки.

Лена смутилась. Разумеется, слушать такие речи очень приятно, но… сколько же это стоит? Когда врач назвал цену, она чуть не упала в обморок. Родители никогда не согласятся выделить ей такую сумму! Да и потом, у них ее просто нет. Что же делать? На следующий день она сидела на занятиях с таким убитым видом, что один из ее сокурсников, Рашид, высокий, смуглый парень, не то таджик, не то узбек, неизвестно почему решивший учиться в столице Украины, тихо спросил:

– У тебя что-нибудь случилось?

Она кивнула:

– Да.

– Это связано с твоей внешностью?

Как она ненавидела подобные вопросы!

– Тебе-то какое дело? – огрызнулась она.

Парень взял ее за руку:

– Мне всегда было тебя жаль. Извини, что вынужден коснуться больной для тебя темы, но, не будь у тебя этого носа, ты была бы первой красавицей нашего курса.

– Но у меня есть этот нос! – выкрикнула девушка, да так громко, что преподаватель прервал лекцию и погрозил ей пальцем.

– Ты ходила в Институт красоты? – спросил Рашид.

Лена хотела было послать его подальше, но передумала и покорно ответила:

– Ходила.

– Что же сказал врач?

– Он может мне помочь за баснословные деньги, – откликнулась Комкова.

– Баснословные – это сколько?

– Десять тысяч долларов.

Парень почесал в затылке:

– Предположим, я знаю людей, которые могли бы одолжить тебе нужную сумму без процентов. Когда ты сможешь вернуть ее?

Она покосилась на соседа:

– Ты спятил?! Конечно, никогда!

– Ну и напрасно ты так думаешь, – оборвал ее Рашид. – Ведь это же твоя мечта! А ради своей мечты я нашел бы любые подработки и собрал нужную сумму. Ну, думай! Неужели ты против того, чтобы я с ними поговорил? Да в любой столице масса способов найти высокооплачиваемую работу, даже для студента.

Елена скривилась:

– Тогда подскажи мне, где же эти рыбные места? Сначала я заработаю, а потом лягу под нож…

Он щелкнул пальцами:

– А операция подорожает, скажем, вдвое. Притом, подрабатывая, ты наверняка услышишь много нелестных отзывов в свой адрес.

Комкова вздохнула. Спору нет, он прав.

– Ладно. Поговори со своими знакомыми, – согласилась она.

Рашид улыбнулся, но как-то очень не по-дружески. Лишь позже девушка поняла смысл этой улыбки.

– Вот и прекрасно, – откликнулся он.

Сокурсник позвонил ей вечером. Его друзья давали необходимую сумму и назвали срок возвращения денег – два месяца.