Клинок еще не закончил свое смертоносное движение, а киммериец уже понял, что его обманули. Меч шел не так, как должен идти сквозь человека. На пол упали деревяшки манекена, разрубленные мощным ударом короля, и перед Конаном появился сам маг с вытянутой вперед рукой, ладонь его была обращена к непрошеному гостю.
Король попытался рвануться вперед и достать клинком настоящего противника, но короткая вспышка белого огня расцвела перед взором киммерийца, и он почувствовал, что не может двинуться с места.
Маг тем временем повернулся и парализовал одного из спутников Конана, ворвавшегося в шатер следом за своим повелителем, отступил на шаг назад и проделал то же самое со вторым воином. Но этого момента Конану хватило, чтобы вскипевшая злость придала ему силы преодолеть колдовство. Ему казалось, что ноги его прибиты к полу, и он по-прежнему не мог сойти со своего места, но он сделал неимоверное усилие и нанес еще один удар мечом.
Маг стоял слишком далеко, и киммериец не пытался в этот раз достать мага. Он рубанул по кувшину на алтаре, и тот с глухим звуком расселся под острым клинком. Оттуда плеснуло нестерпимым жаром, и вокруг алтаря возник слабо светящийся шар с туманными краями и сетью злых молний в сердцевине. Маг издал вопль, полный отчаяния и ярости, выхватил из складок одежды какой-то талисман и обратился к огненному шару, явно пытаясь взять его под свой контроль.
Король на подгибающихся ногах отошел от алтаря в сторону и сбоку приблизился к магу, занося меч для удара. Если тот сумеет обуздать своего огненного демона, то клинок киммерийца не даст ему воспользоваться этим успехом. Маг тяжело дышал и придушенно шептал свои заклинания, но Конан почувствовал, что он не может справиться с огненным демоном, освободившимся из-под власти заклинаний.
Тот не оставлял своих попыток, но стал покачиваться из стороны в сторону, дыхание его перешло в хрипение, от него пошел пар, и маг наконец не выдержал противодействовавшей ему силы. Издав громкий крик, он рухнул навзничь. А огненный шар удовлетворенно зашипел и двинулся к киммерийцу. Конан полоснул по нему клинком и, освобождаясь от магической немощи, стал рубить снова и снова. Его волшебный противник не терпел явного урона, но все же старался уклоняться от ударов меча, а потом и вовсе устремился прочь и вылетел из шатра.
Конан выглянул наружу и увидел, что еле видный на фоне неба шар медленно удаляется, направляясь на юг. Король вернулся в шатер и осмотрел мага. Он был мертв. Воины, сопровождавшие киммерийца, лежали без сознания, но дышали. Конан вынес их на свежий воздух и осмотрелся.
Звездный корабль вдруг ожил, раздвинул плиты корпуса и выдвинул площадку. Аппараты пришельцев, лежавшие возле шатра грудой неподвижного металла, один за другим стали подниматься в воздух и возвращаться внутрь корабля. Потом на площадку вышел Сути.
— Спасибо тебе, король Конан, — торжественно сказал он. — Ты смог предотвратить великую катастрофу. Не подозревай нас в захватнических планах, их нет! Когда-нибудь мы вернемся, и наш контакт окажется более плодотворным.
— Хорошо, — ответил Конан. — Только заранее знайте, что кроме новых знаний и нам и вам придется столкнуться с новыми проблемами. Вы поняли, как маг смог удерживать ваш корабль? Вы сможете справиться с этим в следующий раз?
— Нет, — огорченно признал Сути. — Мы обнаруживали воздействие мага на наши приборы и аппараты, но его источник нам непонятен.
— Тогда не преувеличивайте своих познаний о мире.
— Хорошо. Прощай, король Конан!
— Прощай.
Площадка с Сути ушла внутрь корабля, сомкнулись железные плиты и корпус стал вновь неотличим от монолитного. Воздух наполнился низким гулом, от которого у киммерийца заломило зубы, и он предпочел отойти подальше. А корабль мягко приподнялся над землей, дрогнул, как будто отряхивая прилипшую к обшивке почву, и быстро устремился в сторону солнца, которое начинало клониться к закату.
К королю подъехали сотник Митран и жрец Митры.
— Как у вас дела? — спросил Конан.
— В атаке половина наших воинов была выбита колдовскими вспышками, — ответил сотник.
— Но сейчас наваждение рассеялось, и люди приходят в себя. Пятеро убитых в стычке и восемнадцать достаточно тяжело раненых. И все наши воины обессилены, как после долгой битвы. Еле в седлах или на ногах держатся. Что это было, государь?
— Магия. Но сейчас маг мертв. А его демон удалился.
— Не очень далеко, — возразил жрец.
— Ты его можешь выследить? — повернулся к нему король.
— Могу. Я чувствую его. Он получил свободу от магических уз, но сейчас он слабеет. Я опасаюсь, что он угнездится в каком-нибудь укромном месте и будет караулить неосторожных людей, которыми сможет поддерживать свою силу.
— Едем за ним! — воскликнул Конан.
— В одиночку? — удивился жрец. — Твои люди действительно сейчас не способны куда-то ехать или сражаться. Они станут легкой добычей демона.
— Если он сбежал от меня, то я догоню и добью его, — вспылил киммериец.
— Твоя воля, государь, действительно способна сокрушить любого противника, — склонил голову жрец. — Едем. Я готов применить заклятие против демона — но, конечно, под твоим прикрытием. Один я против него не выстою.
Король и жрец поехали следом за удалившимся демоном. Ехать пришлось довольно медленно, потому что дороги через старую вырубку не было, и кони выбирали место, куда поставить ногу, на каждом шагу. Потом вырубка закончилась и пошли холмы, перелески, низины, заросшие кустарником. Конан заметил, что вдоль пути следования огненного шара трава и листья слегка отличаются по цвету от окружающей зелени — они были более бледными и желтоватыми, хотя и вовсе не выглядели опаленными огнем. Убедившись, что они находятся на верном пути, король поехал быстрее, его спутник с трудом поспевал за ним.
Наконец, уже в сумерках, они подъехали к высокому холму, заросшему густым колючим кустарником и покрытому россыпью огромных каменных глыб. След вел в заросли кустарника, но проехать здесь на лошади было невозможно, да и пешком пробираться весьма нелегко.
— Здесь он, — устало выдохнул жрец. — Точно. И место это не случайное. Похоже, что здесь когда-то очень давно было древнее святилище, не знаю уж какого бога.
Киммериец легко спрыгнул с лошади, беззвучно вынул свой меч из ножен, подошел к зарослям кустарника и остановился, пристально вглядываясь сквозь него. Жрец тоже спешился, но не последовал за королем, а остался на месте, тяжело опираясь на седло своей лошади. Он был бледен и расстроен.
— Здесь он, государь, — сказал жрец, показывая на заросли. — Но опасное это создание. Я чувствую, что у меня с трудом хватит сил защититься от него самому. Демон питается жизненной силой людей, и офирский маг, подчинивший его себе, мог с его помощью подчинять себе чужое сознание. Так он смог заставить наших людей служить ему. А сейчас демон освободился от связывавшей его магии и может действовать самостоятельно.
