направился было к спальне, как вдруг вспомнил, что перед ужином оставил в кабинете письмо от Магрит. Следовало прочесть его сразу, и дать ответ немедля, чтобы отсрочить момент объяснений, но кто мог знать, что ужин пойдет не по плану?
Подумав об этом, хмыкнул: я. Я должен был знать. Пора уже привыкнуть, что с этой невозможной женой все идет не по плану. А уже повернув в коридор, где находится кабинет, я в этом удостоверился: Адамина лежала на полу.
Глава 16
Сон, навеянный чудесным элексиром, был странный. Какая-то женщинав белых одеждах грозила мне пальцем и трубным голосом завывала «Помни». Что я должна была запомнить, и при чем здесь эта женщина, я так и не поняла, но на всякий случай на каждое завывание кивала и клятвенно обещалась ничего не забывать.
Из сна я вырвалась резко: села на кровати и, застонав, схватилась за виски – голова нещадно болела. Желудок тоже о себе напомнил приступом тошноты, и я обессиленно упала обратно на подушки. Такое ощущение, что меня мучало похмелье, хотя алкоголь вчера я вроде бы выливала не в себя.
- Доброе утро, - раздался голос Расмуса. Насмешливый и слишком громкий для того, чтобы я согласилась с подобным утверждением.
- Доброе оно будет, если ты приготовил отвар расторопши, - прошептала я. – Почему мне так плохо?
- Это тебя боги наказали, - язвительно произнес мой муж. Судя по голосу, он был у окна, но поворачиваться в его сторону и проверять, я не рискнула. – Так что кто я такой, чтобы вмешиваться в волю богов?
- Справедливо, - меня обуяла грусть. – А за что наказали: за то, что твой алкоголь вылила, или за то, что козлом считаю?
Расмус сердито засопел, а я продолжила.
- Скорее всего, за алкоголь – нельзя так имущество разбазаривать. За козла только наградить могут.
Мгновение, и Расмус уже нависает надо мной, пристально вглядываясь в мое лицо этими невозможными полупрозрачными глазами. Хотя таким глазам я даже рада – черные казались намного страшнее.
- Боги тебя за элексир счастья наказали – люди от него страдают похлеще, чем от самогона. Где ты его вообще взяла? Не слыхал, чтобы он в долине появлялся.
- Элексир счастья? – моя страдающая голова отказывалась понимать, о чем идет речь. – Ты об этой вытяжке из чего-то там, закаленной огнем дака?
- Именно, - Расмус ухмыльнулся. – Ты вообще в курсе, что он вызывает привыкание?
Почему-то так обидно стало: чуть не убили вчера, так еще и напоили незнамо чем, явно вредным для моего здоровья, и все из-за чего? Чтобы я этой ящерице на шею кинулась? Не желая видеть собственного мужа, я прикрыла глаза и отвернулась.
- Теперь в курсе. Но твой лекарь мог бы и предупредить заранее.
- Мой лекарь?
Сдавать домочадцев с их чаяниями не хотелось.
- Маленький, старенький и щупленький. Его вызвали вчера, чтобы я не умерла от обморожения. По-видимому, он понял, насколько мне здесь плохо, и решил подсластить хотя бы один вечер.
Горько и унизительно это прозвучало – сама заметила и поморщилась. Расмус фыркнул, но промолчал, а еще через мгновение хлопнула дверь в спальню. Я устроилась поудобнее, но уснуть не смогла – практически сразу явилась Юки с отваром расторопши.
После отвара стало немного легче и я опять провалилась в сон, только не сдобренный теперь странными женщинами и их требованиями. А вот пробуждение, напротив, странными женщинами просто-таки кишело.
Проснулась я от голоса Юки. Девушка стояла за дверью и говорила так громко, что впору решить – делала она это специально, чтобы разбудить меня.
- Нет, к госпоже нельзя! Да, спит! Да, нежная такая.
Ответов я не слышала, так что судить о посетителе не могла. Но даже странного поведения Юки было достаточно, чтобы я вскочила с кровати и бросилась приводить себя в порядок.
- Дара Гешт, - а это уже экономка, - даку Рицерштаху это не понравится.
Я уже натягивала платье, и немного подзависла: «дара» это форма обращения, или имя? Надеюсь, что второе, иначе выходило, что ко мне пытается прорваться ящерица женского пола. И сомневаюсь, что делает она это с желанием облобызать новую родственницу. В общем, платье я зашнуровала на скорую руку, а оставшееся до вторжения время потратила на поиски вооружения. Заглянула в шкаф, порыскала на туалетном столике, но ничего, что действительно могло стать в моих руках грозным оружием, не нашла.
Когда дверь отворилась, я встречала гостей посреди спальни. В отвратительно зашнурованном платье, но зато решительно настроенная сражаться до последней капли крови, а для этого прячущая за спиной подсвечник.
Первой заглянула Юки.
- Госпожа, вы уже проснулись? Как неожиданно!
Действительно, неожиданно – не ты же кричала так, чтобы не проснулся только мертвый.
Ее тут же отодвинула в сторону и зашла… нет, заплыла девица, глядя на которую, я сразу поняла – «дара» это все-таки не имя. Девушка совершенно точно не была человеком: намного выше меня, с идеальными пропорциями тела, которые всячески подчеркивала одежда. Нисколько не стесняясь, эта самая дара надела мужские брюки и рубашку с вырезом, из которого так и норовила выпрыгнуть пышная грудь. Длинные темные волосы были заплетены в сложную толстую косу и уложены на эту самую грудь, чтобы я не забыла сравнить размерчик, и сравнить не в свою пользу. А лицо? Точно не человеческое: кожа девушки казалась фарфоровой – без единого изъяна, брови вразлет, и странные, бордового оттенка глаза.
- Ну здравствуй, - девица смерила меня взглядом и презрительно выплюнула: - Госпожа.
Я поудобнее взяла подсвечник здоровой рукой и задрала повыше нос, чтобы хоть немного приблизиться к росту девицы.
- Не могу пожелать вам того же. Вы кто?
- А ты? – не осталась в долгу девица. Из-за ее спины выглянула экономка и принялась отчаянно жестикулировать, пытаясь мне что-то донести. Раздумывать над ее знаками я не могла – следовало еще и следить за движениями дары, чтобы вовремя увернуться в случае нападения. Это было необходимо – девица выглядела агрессивно.
- Странный вопрос, раз уж вы ворвались в мою спальню.
Удивительно, но именно эти слова заставили дару взорваться возмущением.
- Твою спальню?! Твою спальню?!
Я многозначительно качнула подсвечником.
- Конечно, раз уж я здесь сплю.
- Вот именно! Кто ты такая, раз уж Расмус тебя притянул в свою спальню? - она многозначительно выделила слово
