пор сплю в его спальне, значит сам он должен спать в какой-то другой комнате. А может и вовсе уехал на поиски новых шлюшек, раз уж сынуля забрал ту, что папочка привез для себя.
Бесит. Какие же они оба… потаскуны. Яблоко от яблони — как говорится.
А может и все мужики такие? Вполне может быть. Но от Влада я такого совсем не ожидала. Я ведь честно считала, что каким-то чудом и совершенно нехотя умудрилась влюбить в себя избалованного мажора. Он ведь так пел мне о любви. И говорил, что не собирается на близости настаивать, раз я еще не готова. И в целом паинькой был, будто и правда влюблен.
А я думала, что за помощь с сестрой, просто не смогу его больше морозить. Готовилась к тому, чтобы исполнить, так сказать, свой супружеский долг, раз уж мы все равно расписаться договорились. А он…
Отчаянно стараюсь перестать всхлипывать и юркаю за дверь, пока своим нытьем весь дом не разбудила. Но тут же давлюсь очередным всхлипом, заметив на кровати движение… Ритмичное…
Глава 18. Марьянка
Несмотря на рассвет за окном, в этой спальне все еще достаточно темно из-за штор блекаут, которые почти полностью отрезают проникновение солнечных лучей. Но в свете все того же торшера, что горел здесь для меня всю ночь, я отчетливо вижу мощную мужскую фигуру. И столбенею от шока и неожиданности. Ведь здесь совершенно точно должна была спать я. Однако…
Не могу собрать мысли в кучу, наблюдая, как мускулистое предплечье ритмично покачивается, совершая незамысловатые движения вверх-вниз по пугающе напряженному органу…
Облизываю внезапно пересохшие губы.
Мужчина прижимает к лицу какую-то ткань, но я и без того отчетливо понимаю, на кого сейчас пялюсь.
Алексей… Михайлович…
У меня будто какой-то странный узел внизу живота стягивается. Наверно стоит бежать, но я и пошевелиться не могу сейчас.
Он… он что же… удовлетворяет себя в той самой кровати, где должна по сути спать я?
Это же… хорошо, что я сбежала раньше, иначе… А собственно, что бы было тогда?
Неужели отец Влада настолько пьян, что не помнит, о том, что сам принес меня в эту комнату и оставил спать? Неужели так просто забыть о моем существовании? А если бы я все еще спала тут? Он бы просто пришел и делал бы подобное, пока я спала рядом, ничего не подозревая?
Какой ужас…
У меня даже мурашки по телу разбегаются, от мысли, что если бы я не проснулась вовремя, со мной могло произойти такое…
А если бы он не ограничился… только самоудовлетворением?
Что если бы и меня…
Нет-нет! Зачем бы ему это?
Ладно еще забыл, что поселил случайную гостью в своей спальне, но уж в лицо бы он меня узнал, понял бы, что ошибся комнатой и не стал бы… Не стал бы ведь? Я же вроде как девушка его сына… была…
Мысль о Владе вынуждает вздрогнуть и хоть немного прийти в себя и опустить наконец взгляд.
Все с ними ясно: оба мерзавцы. Ведь какой сын, такой и отец. И мне просто не место в их проклятом борделе. Хорошо, что я не попалась, и вовремя сбежала. И то, что вернулась — тоже хорошо. Иначе бы еще долго строила себе воздушные замки относительно наших с Владом отношений. Но очевидно, что я ему не нужна. Ему подавай отцовских шлюшек трахать. Не зря меня всегда напрягали эти модельки длинноногие, что в каждый мой приезд вились вокруг хозяина дома.
Слезы опять душат. И мне хочется просто снова бежать, не разбирая дороги. Но меня вдруг словно к полу пригвождает протяжный рык, заглушаемый лишь каким-то лоскутом ткани:
— Ох, да, глупая девочка… как же ты пахнешь, сладкая…
О боги… у меня от звука его голоса почему-то все тело ноет и коленки подкашиваются.
И что за выражение такое… дурацкое? «Глупая девочка»… Мне кажется я его уже не раз слышала из его уст. Он так всех баб подряд называет?
Как же бесит. Почему-то. Мысль, что для него все женщины одинаково «глупые девочки» отчего-то дико раздражает. Но вряд ли я сейчас решусь высказать свое недовольство. Я и вовсе пошевелиться боюсь. Хотя понимаю, что самое время валить. Пока он притих, растянувшись на кровати, не удосуживаясь даже прикрыть свою наготу.
А вот если встанет, чтобы одеться, или хотя бы решит откинуть с лица, спасительную для меня тряпку, то я окажусь в очень затруднительном положении.
Дрожащей рукой нащупываю ручку у себя за спиной. Но все еще не могу оторвать взгляд от обнаженного мужского тела, уже плохо соображая, зачем вообще сюда вломилась. Телефон, точно. И паспорт. Мгм.
Как-то на автопилоте обшариваю взглядом комнату, уже не особо надеясь найти что-то, как
