— Вообще-то корма у нас уже хватает. У вас случаем нет мяса?
— Мяса?
— А то старшие все заграбастали, и я голодный как собака. Зимой все почти все время дома, так что мои братья часто отнимают мою еду, и я остаюсь голодным, — я знаю, что Тули и Майн ничего не могут с этим поделать, но так хоть кому-нибудь пожалуюсь.
Тули криво улыбнулась.
— Ты не так силен, как твои братья, так что конечно они будут воровать у тебя.
Майн, по какой-то совершенно неизвестной причине, пихает мешок со жмыхом прямо в сторону моего лица.
— Лютц, а почему бы тебе не поесть этого?
— Как, черт возьми, я буду есть куриный корм?!
Я совершенно ошарашен тем, что Майн, к которой я всегда относился так хорошо, просто вдруг предложила мне поесть куриного корма. Шок от этого заставил меня рефлекторно крикнуть, но Майн просто продолжила стоять с пустым взглядом на лице, склонив голову набок.
— …Я думаю, это зависит от того, как вы его приготовите.
— А?
— Полностью выжатый плод — сухой, поэтому его нельзя есть. Но если приготовить его правильно, то это может быть вкусно, ты знал?
Майн говорит эти совершенно невероятные вещи с совершенно серьезным лицом. Я инстинктивно перевожу взгляд на Тули, чтобы увидеть ее реакцию. Тули, однако, отвечает мне усталой измученной улыбкой и немного пожимает плечами. Похоже Майн действительно хочет съесть пару фруктов.
— Это же расточительство — так поступать! Никому кроме тебя, Майн, не придет в голову такая глупость как есть плод, добытый такими стараниями!
Я думаю, что нет ни единого человека в этом доме, у которого настолько отсутствовало бы приличие, чтобы есть пищу, предназначенную для птиц. Я думаю, что до такого могла додуматься только Майн.
— Но ведь корма для птиц у вас в достатке? Так почему бы не использовать его, чтобы набить свои животы?
— Мы не можем это есть — плоды слишком сухие!
— Они такие из-за того, что вы выжали весь сок и масло. Но мы можем снова сделать их съедобными!
Мои силы покидают меня. Майн говорит такие невообразимые вещи с таким одухотворенным лицом! Что это за чувство? Я чувствую, что не смогу её убедить, неважно, что бы я попытался ей сказать. Возможно, это и называют чувством поражения?
— Эй, Лютц. В это довольно трудно поверить, но она действительно может сделать его съедобным. Я была в таком же шоке, когда узнала.
— Серьезно? Она и тебя заставила это съесть?
Как-то Майн уже продемонстрировала свой талант, работая в своем собственном доме. Кажется, я просто спорю потому, что очень упрямый.
— Давайте попробуем быстренько, ладно? Лютц, у вас осталось хоть немного сока пару?
Пока она говорила, она добавила жмыха в деревянную миску. Затем подлила около двух чайных ложек из моей доли сока, а потом перемешала все вместе. После того как она, окунув палец в получившуюся смесь, попробовала ее, ее лицо расплылось в улыбке.
— Открой рот пошире, Лютц!
Для этой кашицы использовался не только мой драгоценный сок, но и птичий корм. Я убежден, что это мерзко на вкус, но увидев, с каким наслаждением ее жует Майн, я все же решился. Как только закрыл рот, я сразу же почувствовал некую сладость на языке.
— Ну же, Лютц, скажи что вкусно! — сказала она торжествующе. Неподалеку, столпившись в кучку, за нами наблюдали мои братья.
— Вкусное?
— Сладкое?
— Серьезно? Дай попробовать, Лютц.
Все трое устремились вперед, вытянув пальцы по направлению к маленькой миске. Я старюсь убежать, чтобы они не смогли ухватиться, но при такой большой разнице в весе между нами, я просто не могу сделать это. Я даже не могу увернуться!
— Эй, отпусти! Перестань тянуть! Неужели старшие братья годятся только для кражи вещей младших?
— Вещи моего младшего брата — это мои вещи!
— Вкусными вещами нужно делиться.
— Ага! Попался!
Я чувствую, что напрасно борюсь сразу против троих: они отнимают миску, а я остаюсь без вкусняшек. Они по очереди черпают смесь из миски своими пальцами.
— А-а-а! Мой пару! — я закричал во всю силу, но они игнорировали меня. Скоро чаша совершенно опустела.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Ой, а это вкусно!
— Это был птичий корм, верно?
Все, не веря своим глазам, смотрят на Майн. Она быстро отвернулась в сторону, а потом сказала что-то еще более невероятное.
— Лютц, так как мы в твоем доме, я могу сделать его вкуснее.
— Серьезно?! — закричали мы все одновременно.
Для нас совершенно естественно реагировать так. В конце концов, мы все растущие мальчики со здоровым аппетитом. Зася, в частности, самый старший, и он всегда говорит, что ему никогда не хватает еды. Даже если такая вкуснятина сделана из корма для птиц, мы бы все очень хотели, чтобы была еще более вкусная еда.
— …Ой, я не смогу сделать это, если вы, ребята, не поможете. Я же все-таки очень слабая.
— Хорошо, оставь это мне!
Понятно же, что Майн маленькая и слабая. Если она нуждается в нашей помощи, чтобы сделать нам что-нибудь вкусненькое, я помогу всем, чем смогу!
— Лютц, не зажимай ее внимание. Позволь мне тоже помочь. Майн, я намного сильнее, чем Лютц.
— Ага, хорошо!
Внезапно все мои братья захотели помочь. Мне остается только гадать, когда будет моя очередь помочь чем-нибудь, но Майн выглядит совершенно не в восторге от того, что ей приходится кем-то командовать.
— Ладно, хм. Вы — Зася и Зик — вы должны приготовить сковородки. Лютц, на тебе подготовка, Ральф, ты отвечаешь за смешивание. А, кроме того, чтобы все было честно, каждый должен поделиться своей порцией сока пару!
Она хлопает в ладошки в точности как мама. Хотя в моих глазах Майн выглядит как ангел. Одним лишь словом она заставила моих вечно жадных братьев поделиться своей частью сока.
— Лютц, дай мне две чайные ложки молока. Ральф, возьми лопатку и начни перемешивать это, пожалуйста.
Хотя обычно Майн очень мешается, сейчас она выглядит очень живой, пока она отдает команду за командой, пока все движется вокруг нее. Зася и Зик вытащили сковородку на плиту и разогрели ее. Ральф, с лопаткой в руке, энергично смешивает ингридиенты вместе, пока Майн добавляет их в миску. Я же мечусь здесь и там по указаниям Майн, поднося различные вещи, которые она просит.
— Ага, вот так хорошо. Далее, у вас есть масло?
Я сбегал и принес его для нее. Она использует маленькую ложку, чтобы взять немного, потом взбирается на стул рядом с плитой и кладет кусочек на сковородку. Наши сердца замерли, увидев в каком опасном положении она находится, но она, кажется, не замечает наших обеспокоенных взглядов.
Пока масло плавится, оно громко шипит на сковородке. Вкусный запах заполняет комнату, и я вдруг осознаю, насколько же голоден. Майн залезает в миску Ральфа и капает его смесь на сковородку. Пока тесто шипит над огнем, сладкий запах пару смешивается с маслом, и моя голова почти перестает соображать. То, что она готовит, очень похоже на мамины драники, но только запах совершенно другой.
— Хорошо, переворачивай их… да… вот так.
После того, как она показала, как их готовить, она слезла со стула, предоставляя место моим старшим братьям.
— Когда пузырьки начнут появляться, переверни его вот так!
— Получилось!
Он поддевает их с помощью шпателя и аккуратно переворачивает их по одному, показывая, что нижняя сторона теперь чудесного коричневого цвета. Они выглядят так хорошо, что я почти слюни пустил.
— Ладно, снимай их, а потом начинай готовить новые.
Мы положили готовое на тарелку, а затем кинули масло и тесто на сковородку по новой. Когда Майн сказала, что они готовы, мы перевернули их и переложили на тарелки. Майн встала около первой освободившейся плиты с огромной улыбкой на лице.
— Вуаля! Простые оладушки из отжатого тофу!
— А? Что ты сказала?
— Хм… Оладушки-пару!
От выложенных на тарелках оладушек источается пар. Я уже хочу накинуться на них.
— Они горячие, поэтому будьте осторожны! Приятного аппетита!
