— В городе могут найтись люди не столь снисходительные, как мы, — ответила Перл, не сдавая позиций.
Опал отламывала кусочки лимонного печенья и, откусывая помаленьку, озабоченно поглядывала на сестру.
— Ну, вы лучше убедите этих людей, что, кто прошлое помянет, тому глаз вон. — Мэгги испустила тяжелый вздох. — Наше будущее и будущее Джефферсонвиля поставлено на карту. — Она рассказала о визите японцев. — Нравится вам мистер Стюарт или не нравится, но вы не можете не признать, что он обеспечивает работой очень многих в этом городе. Без «Стюарт компьютерс» люди будут толпами уезжать из Джефферсонвиля.
Она не знала, какой реакции ждать на свои слова. Может быть, следовало преподнести им эти новости более мягко, но дело было сделано.
В наступившей тишине часы пробили четверть часа.
— Джефферсоны никогда не пасовали перед вызовом, — засопела Перл и убрала свой платочек. — Так ты говоришь, мистер Стюарт занимается организацией развлечений сам?
Мэгги кивнула:
— Я надеюсь убедить его, что нужен координатор.
— Ты? — спросила Руби.
— Именно, мама, — ровным тоном ответила Мэгги.
— И он будет платить тебе за это?
— Я, конечно, надеюсь, что будет. Нам не помешает каждое пенни, которое мы можем получить.
Сокровища переглянулись:
— Мэгги, но тебе не по силам со всем справиться самой.
Перл тяжело вздохнула:
— Это именно то, Руби, о чем думала и я. Кроме того, будущее Джефферсонвиля поставлено на карту. — Она отодвинула от себя крошки печенья Опал. — Магнолия, ты можешь сообщить мистеру Стюарту, что мы будем держать под наблюдением этот визит.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
На следующее утро Мэгги первым делом постучала в дверь Кайла:
— У меня грандиозные новости.
— У меня тоже.
— Вы — первый. — Улыбнувшись, она пересекла комнату и села в кресло перед его столом, закинув ногу на ногу.
Кайл уставился на ее ноги.
— Мы собираемся повеселиться.
— Это ваши хорошие новости?
— Для вас это звучит не радостно?
Задник ее лодочки соскользнул с ноги, и туфелька закачалась на пальцах.
— Так что мы празднуем?
Он стрельнул глазами на ее ножки. Разве нужна еще причина?
— Ваши хорошие новости.
Она засмеялась гортанным радостным смехом, от которого у Кайла по позвоночнику пробежали мурашки.
— Вы еще не слышали моей хорошей новости.
— А вы собираетесь праздновать ее со мной?
— Конечно.
— Это тоже звучит как хорошая новость для меня. — Он смотрел на нее и желал только, чтобы она закрыла за собой дверь или чтобы вошла Дженет с чашкой кофе.
— Бабушка решила помочь вам с японцами. Думаю, у вас не будет больше проблем с жителями Джефферсонвиля. — Она сияла.
— Японцы? Ах да, верно! Прекрасно.
— Кайл, и это все, что вы можете сказать?
Он прикрыл глаза, но все равно видел ее, сидящую перед ним, в юбочке, едва прикрывавшей колени. «Если я вскоре же не увижусь с ней наедине, то проеду на машине через их лужайку, припаркуюсь под дубом, встану на капот, взберусь по ветвям, вскарабкаюсь до окна, прыгну внутрь — и вперед». Он открыл глаза и всмотрелся в нее.
— Вы поняли? — Ее глаза похолодели, она встала и вдела ногу в туфлю. — И когда мы празднуем? Сейчас?
Он вспомнил, что надо вздохнуть.
— Не думаю. — Это прозвучало не очень уверенно. — Вечером? Я что-нибудь приготовлю. — С ума сошел? Он же не повар.
— Но… бабушка хочет, чтобы вы пришли вечером. Обсудить… Ах! — Мэгги замолкла, потому что Кайл, развернув свое рабочее кресло, дотянулся до ее руки и мягко, но настойчиво привлекал ее к себе. — Я действительно думаю, что вам бы…
— Тогда завтра вечером, иначе на вашем газоне появятся следы от моей машины. — Он отпустил ее.
— О'кей. — Мэгги явно колебалась, направляясь к дверям.
— Кстати, Мэгги!
Она повернулась.
— Митч понял: вы не хотите осложнений ни с ним, ни с остальными.
* * *
Остаток дня Мэгги пребывала в изумлении. За чаем Сокровища были подавленны, но чувствовалось, что большую часть времени они провели со своими рецептами блюд и за просмотром картотеки прошлых торжеств, составленной тетушкой Опал.
Обширный опыт Руби в организации маршей, работы в политических кампаниях оказался как нельзя кстати. Грандиозный план начал осуществляться.
Мэгги мало чем могла им помочь. Она ловила на себе их долгие взгляды, но ей было безразлично.
Кайл приехал вечером, а завтра… они празднуют! Она знала, что это значит, с радостью ждала этого и, как современная женщина, приняла современные же меры предосторожности.
Когда Кайл приехал обсудить визит японцев, Мэгги обращала внимание не столько на то, что он говорил, сколько на то, как он выглядел, когда говорил.
Даже когда он что-то сказал ей, она видела только, как шевелятся его губы. Его губы…
Мать слегка толкнула ее ногой:
— Разве инженеры мистера Стюарта настолько безнадежны, что ты не можешь высказать свое мнение?
Его глаза вспыхивали, когда он смотрел на нее. Ей казалось, что она чувствовала их жар.
Она смогла ответить, только когда он отвел глаза в сторону:
— Они могли бы, ну, могли бы научиться. Но я не знаю, как они поведут себя за стенами аудитории. Нужны ситуационные игры.
— Да, конечно, — согласилась Перл. — Поэтому мы спланируем каждую деталь визита японцев, а потом Мэгги обобщит все наши инструкции о том, как вашим людям владеть ситуацией в тех или иных обстоятельствах.
— У меня уже есть обширный перечень… — Кайл протянул бумаги, которые он принес с собой.
Перл отодвинула их:
— Я имею в виду — спланировать каждую деталь. Например, давайте решим, когда есть и что есть, составим план мероприятий приема, в том числе и развлечений. Мы составим список приглашенных японцев и дадим вашим людям краткие автобиографические справки о каждом прибывающем госте, с тем чтобы они могли подготовиться к возможным темам переговоров. Руби, ты подготовишь эти заметки, пока Мэгги занята.
Мэгги только улыбнулась: Сокровища совершенно переменились.
— Вы упоминали о приеме. Значит, нужно провести пробный прием и обсуждение того, как каждый будет себя вести, — продолжала Перл. — Только, ради всего святого, не надо считать это само собой разумеющимся! Если вы планируете обед, то устройте подобный же заранее, и когда будете сервировать стол, то именно теми же блюдами, которыми будете сервировать его для японцев.
— Это так уж обязательно? — спросил Кайл. Три энергичных кивка и одна смущенная улыбка.
