И тогда, где-нибудь в укромном уголке, на залитом лунным светом Средиземном море под тихую музыку он вырвет у нее согласие выйти за него замуж.
– Говорит капитан. Через пять минут мы войдем в нормальное пространство над планетой Земля. При переходе через интерфейсы возможны кратковременные неприятные ощущения. У пассажиров с особо тонкой чувствительностью они могут вызвать дискомфорт. Если кому-нибудь потребуется анодин, прошу вас, не колеблясь, обращаться к вашим стюардам и стюардессам. Помните, что наша главная задача – выполнить все ваши пожелания. Благодарю вас за то, что вы выбрали нашу компанию «Юнайтед».
Гренфелл наклонился к микрофону коммуникатора:
– Глендесерри и Эвиан.
Как только напиток был подан, он залпом выпил его, закрыл глаза и принялся думать о Мерси. Печальные глаза цвета моря с темными ресницами. Темная медь волос, обрамляющих бледное лицо с высокими скулами. Тело стройное, как у ребенка. Фигура высокая и изящная в длинной зеленой мантии с летящими вслед лентами чуть более темного цвета. Он явственно слышал ее голос, живой и глубокий, каким тот звучал, когда они прогуливались по саду после средневековой инсценировки.
– На первый взгляд, Брайан, любви не существует. Есть только секс. По крайней мере, так кажется на первый взгляд. И если мои костлявые прелести воспламеняют тебя, то мы можем… полежать. Ведь ты очень мил, а мне так необходим комфорт. Но прошу тебя, не говори о любви.
А он все же говорил. Ничего не мог с собой поделать. Ясно понимал нелогичность своего поведения, наблюдал самого себя с позиции отстраненного холодного наблюдателя и все же ничего не мог с собой поделать. Не мог, ибо знал, что любит ее и что полюбил с самой первой встречи. Осторожно подбирая слова, Брайан попытался объяснить это Мерси, чтобы не выглядеть полным идиотом. Но она только рассмеялась в ответ и потянула на усыпанную опавшими яблоневыми лепестками лужайку. Их страсть доставила обоим острое наслаждение, но не принесла ему облегчения. Она овладела всеми его помыслами. Ему необходимо было находиться рядом с ней или влачить жалкое существование.
Только один день удалось ему провести вместе с ней! Только один день перед тем, как отправиться на важную встречу на полтроянской планете. Она хотела, чтобы он остался, они могли бы походить вместе под парусом, но обстоятельства вынудили его тогда покинуть ее. Безмозглый идиот! Ведь она нуждалась в нем! Как он мог оставить ее одну?
Только один день…
Старый приятель Брайана Гастон Дешамп, с которым он случайно встретился в одном парижском ресторане, пригласил его убить свободное время и посмотреть на Овернские празднества из-за сцены. Гастон, директор инсценировки, называл празднества дурацкими упражнениями по прикладной этнографии. Такими они и были, пока Гастон не представил его Мерси.
– А теперь мы возвращаемся к тем счастливым дням всеобщего ликованья, – произнес Гастон после того, как совершил вместе с гостем ознакомительную прогулку по имению и замку. Директор провел Брайана к высокой башне и рывком отворил дверь в комнату, откуда осуществлялось управление сложным механизмом празднеств. И там сидела она, Мерси.
– Возможно, вам приходилось встречать моего приятеля, чудо-работника, заместителя директора празднеств, а это – самая средневековая из дам, живущих ныне в Галактическом Содружестве… Мадемуазель Мерседес Ламбаль!
Она посмотрела на Брайана из-за пульта управления и улыбнулась, поразив его в самое сердце…
– Говорит капитан. Мы входим в нормальное пространство над планетой Земля. Вся процедура займет всего лишь две секунды, поэтому прошу вас стойко перенести кратковременный незначительный дискомфорт вместе с нами.
Дзинь!
Зубнаябольмолотомпоголовекостедробилка.
Дзинь!
– Благодарю вас за терпение, леди и джентльмены, а также уважаемые пассажиры всех остальных полов. Мы совершаем посадку в космопорте Анст на прекрасных Шетлендских островах планеты Земля ровно в 15. 00 по среднему планетному времени.
Гренфелл скорчил гримасу и заказал еще одну порцию напитка. На этот раз он потягивал напиток не торопясь. В голове совершенно неожиданно зазвучала старинная песенка, и он невольно улыбнулся тому, насколько точно слова песенки подходили к Мерси:
Я встретил девушку. Она
Была прекрасна и мила.
С тех пор минуло много дней,
Но мысли все мои о ней!
Нужно добраться до Ниццы подземным экспрессом, а оттуда долететь на «яйце» до Канн. Мерси будет ждать его на набережной этого тихого старинного города в своем зеленом сценическом одеянии. В ее глазах все то же выражение мягкой печали, а сами глаза, глубокие как море, будут менять свой цвет, становясь то зелеными, то серыми. Пошатываясь под тяжестью битком набитой спортивной сумки и корзины с припасами для пикника (шампанское, сыр, сосиски с начинкой из гусиной печени, масло, хлеб, апельсины, вишни), он подойдет к ней и споткнется, а она в ответ улыбнется.
Он извлечет из сумки лодку, а любопытные мальчишки будут толпиться у них за спиной. (С тех пор как семьи среднего достатка снова открыли для себя Лазурный берег, на набережной всегда хватало мальчишек.) Он, Брай, присоединит к лодке тонкую трубку от крохотного насоса и бросит аккуратно сложенную кипу серебристо-черной декамольной пленки на воду. Медленно, как во сне, на воде вырастет восьмиметровая яхта: киль, корпус, палуба, кокпит. Затем он надует рангоут и такелаж, румпель и руль, успокоитель качки. Все это, словно по мановению волшебной палочки, возникнет из декамольной пленки и сжатого воздуха. Автомат на набережной наполнит киль и успокоитель качки ртутью, остальные емкости – дистиллированной водой, добавив массу к жесткой микроструктуре декамоля. Он, Брай, возьмет напрокат фонари, навигационное оборудование, подъемную стрелу, якорь и прочие вещи, необходимые в плавании, заплатит капитану порта за разрешение на выход в море, даст мелочь мальчишкам, чтобы те не плевали в кокпит.
Мерси взойдет на борт. Они отплывут и при попутном свежем ветре дойдут под парусом до Аяччо! И в один прекрасный день, пока они будут в плавании, он убедит ее, и она согласится выйти за него замуж.
Я встретил девушку…
Когда космический корабль совершил посадку на прекрасных Шетландских островах, температура была шесть градусов Цельсия и дул пронизывающий северо-восточный ветер. Набрав номер телевидеофона Мерседес Ламбаль, Брайан услышал бесстрастный голос автоответчика:
– Абонент выбыл.
В панике Гренфелл наконец добрался по видеофону до Гастона Дешампа. Директор инсценировки сначала говорил уклончиво, потом сердито и наконец заговорил извиняющимся тоном:
