что с приближением к томской границе вообще народ становился как будто бы образованнее. От Пирчиной до этой границы мы плыли с небольшим день, миновали юрты Панинские, Лимтингские, Рогорские и Мурасские.
Так как в новой губернии, в которую мы теперь вступаем, без сомнения, встретятся и новые языки, и новые народы, то я и полагаю нелишним взглянуть еще раз на остяцкое племя, доселе главным образом занимавшее нас. Сосредоточенное в речной области, образуемой Обью и Иртышом, оно многочисленнейшее из всех туземцев Тобольской губернии. По официальным отчетам число остяков простирается здесь до 18657 душ мужеска и женска пола; вогулов же только 4325, а самоедов — 3977 душ. Остяки живут большей частью в Березовском округе и в его трех отделах: Обдорском, Кондинском и Сургутском. Все эти остяки принадлежат Оби и распространены по ней от границы Томской губернии на юге до Обской губы на севере. Только одна небольшая ветвь березовских остяков живет в Надыме, вне речной области Оби. Остяки, живущие в речной области Иртыша, все приписаны к Денщиковской части Тобольской губернии, хотя встречаются и вне пределов этой части, а именно: несколько южнее, по реке Алым и при ее устье; здесь они смешаны с татарами и вписаны в народную перепись под названием ясачных. Немного пониже Алыма в Иртыш впадает река Демьянка, начинающаяся в Барабинской степи, невдалеке от истоков Васьюгана, притока Верхней Оби. Реки Демьянку и Васьюган можно принять за южную границу всего остяцкого племени. К северу от этой границы даже и Барабинская степь населена почти одними остяками, на юге же от нее живут татары и самоеды. На западной стороне этой степи иртышские остяки перемежаются только кое-где русскими поселенцами, а на восточной, или обской, самоеды занимают по Тыму, Лямину Сору и в деревне Чебаковой такую ничтожную часть этого огромного пространства, что при общем обзоре распространения остяцкого племени о них и упоминать не стоит. По нижнему течению Оби остяки владеют почти всеми водами; самоеды же кочуют частью по огромным тундрам между Обью и Тазом, частью, и преимущественно, по берегам Ледовитого моря. Как к нижнеобьским, так и к иртышским остякам примыкают на западе вогулы, а также, ляпинские и кочующие по берегам Ледовитого моря самоеды. На юге, как сказано выше, иртышские остяки граничат с татарами; живущие же по Верхней Оби окружены с востока, с севера и с юга самоедами.
В лингвистическом и этнографическом отношениях страну, общие границы которой мы сейчас обозначили, можно разделить на три меньшие области: Иртышскую, Верхне-Обьскую, и Нижне-Обьскую. К первой принадлежит, как уже замечено выше, Денщиковская часть Тобольской губернии, ко второй — Сургутская часть, а к третьей — части Кондинская и Обдорская. Каждая из этих остяцких областей имеет довольно определенный характер. Мы обозначим его здесь вкратце.
В лингвистическом отношении трем упомянутым областям соответствуют три главных наречия: иртышское, сургутское и обдорское. Первое наречие господствует по всей речной области Иртыша и простирается еще вверх по Оби до реки Салыма в сургутской части. На Салыме существует особый оттенок его, составляющий переход от главного иртышского наречия к сургутскому. Сие последнее начинается собственно на реке Пым и отсюда распространяется по Оби и ее притокам до томской границы, встречается еще и далее, в Тогурском округе Томской губернии, по реке Васьюгану. На этом огромном пространстве есть еще сверх того и несколько оттенков, или мелких наречий, а именно: 1) нижнее, или так называемое юганское, 2) среднее, или вахское, 3) верхнее и 4) васьюганское. По Нижней Оби обыкновенно предполагают два наречия: кондинское и обдорское[72], но первое, кажется, не имеет резко-особного характера и составляет только одно из срединных звеньев между тремя главными наречиями. В отношении особенности характера их мы должны напомнить, что разности между разными наречиями одного и того же языка порождаются по преимуществу влиянием на него других, чуждых языков. Этим отнюдь мы не отрицаем возможности и самостоятельного развития наречий вследствие успехов цивилизации народа; но что же цивилизует отдельные племена одного и того же народа более, чем другие родственные им, как не соприкосновение с другими образованными народами? Несмотря на это, влияние, которому подвергались финские языки в России, мало способствовало к развитию и усовершенствованию их. Так как русское образование для говорящих ими народов никогда не шло далее заученного наизусть урока, то и сами языки не только что нисколько не развились от русского влияния, но даже и заимствованного не усвоили себе как следует. В отношении остяцкого языка это замечание относится по преимуществу к иртышскому наречию. В нем множество слов и выражений не только ненужных для языка, но и совершенно не соединимых ни с духом, ни с сущностью его. Многие звуки, окончания, слова и формы слов частью исчезли, частью уступили место другим, заимствованным из русского языка. Кажется, что даже и синтаксическое построение во многом видоизменяется русским. Точно так же и татарский язык сильно влиял на это наречие, но татарское влияние не так инородно, потому что остяцкий и татарский языки, в сущности, проникнуты одним и тем же духом. Это двойное влияние обнаруживается и в двух остальных главных остяцких наречиях, но в далеко меньшей степени, по крайней мере относительно русского. Обдорское наречие заимствовало сверх того много и из языков самоедского и зырянского, чем в особенности отличается от сургутского, которое, без сомнения, всех чище, хотя, может быть, и грубее, и в грамматическом отношении не имеет такой определенности, как иртышское.
Скажем теперь несколько слов о степени образованности остяков в упомянутых трех областях. Так как русское господство утвердилось прежде всего на Иртыше и отсюда уже мало-помалу распространялось на север и на восток, то, естественно, иртышские остяки усвоили себе плоды русской цивилизации далеко лучше остальных соплеменников своих. Они давно уже крещены и строго соблюдают все предписания греческой церкви. Христианского учения они, разумеется, почти совсем не понимают, но верят безусловно в истину его и большей частью совсем уже забыли свою прежнюю языческую религию. И сургутские остяки носят крест на шее, вешают образ[73] на стену, но, кроме этого, вы уже не откроете в них ничего христианского. Остяки, живущие по Пыму, Югану, Три-Югану и другим притокам Оби, сильно придерживаются язычества. По Нижней Оби кондинские остяки находятся на одной степени образованности с сургутскими, из принадлежащих же к Обдорской волости все живущие ниже Обдорска до сих пор даже и не крещены еще.
В нравственном отношении все остяцкое племя славится строгой честностью, необыкновенной услужливостью, добродушием и человеколюбием. Но иртышские
