голосом. Старалась успокоить его, наладить контакт. Герцог не помогал мне. Тогда я осторожно тронула его за плечо и сказала:
— Давай посмотрим на случившееся с другой стороны. Теперь я не просто слабая пустышка. Бивер говорит, что у меня особый целительский дар, очень мощный! И, кто знает, возможно, когда-нибудь это спасёт чью-то жизнь и принесёт много пользы…
— Что за бред! — рявкнул герцог, раздражённо сбрасывая мою руку со своего плеча и сверля меня взглядом.
Сверкнувшая молния осветила его искажённое яростью лицо.
— Плевать на твой дар! Это даже не магия, хаос тебя раздери! Целительство, — презрительно выплюнул Даркнайт, — ты серьёзно? Если потребуется, любой позовёт лекаря, уж точно не герцогиню Блэк! Любой, и я в том числе! Так что нет никакой «другой стороны», Мэрион!
Последние слова он проговорил особенно зло, коверкая мою интонацию. Я растерялась от этой неожиданной грубости и попятилась назад. Его очередной выпад добил окончательно:
— Ты как была бесполезной пустышкой, так ею и осталась! Ничего не изменилось! И эти твои вспышки света лишь раздражают! Они неуместны и портят мне все планы! Хочешь принести пользу — роди мне сына! Не можешь? Пакуй сундуки и отправляйся в храм жрицей света, играйся там со своим глупым даром, сколько влезет!
Белки его глаз снова темнели, как и небо над головой. Ещё немного, и снова полезет тьма. Я застыла на месте, переваривая услышанное. Герцог махнул рукой, затем отвернулся и сказал:
— Не вижу смысла в пустых разговорах с тобой, Мэрион. Будь добра, не докучай мне больше. По крайней мере, до того, как будешь готова исполнять супружеский долг. Всё остальное мне совершенно не интересно. Тебе понятно?
Раскаты грома раздались прямо над головой. Потемнело. Дождь усилился, и даже густые кроны деревьев теперь не спасали от капель дождя. Я молчала, старательно сдерживаясь, чувствуя, что искра внутри не спокойна.
Он не слышит. Не желает слышать. Ему и в самом деле плевать. Я для него лишь вещь, не способная родить сына. Он не любит меня и никогда не полюбит. Боже, да о чём я? Он вообще не способен любить, и все это знают, все! А я просто наивная дура.
— Я задал вопрос, — лениво бросил Даркнайт.
— Пошёл ты, — прошипела себе под нос сердито, развернулась, и сделала было шаг.
В следующий миг запястье скрутило от боли. Стальной капкан сильной мужской руки резко дёрнул меня, разворачивая. Даркнайт был чернее тучи.
— Я за-дал те-бе воп-рос, — процедил он, дыша ненавистью.
Контроль, Мэрион. Контроль. Искра! Но теперь я знаю, что и как делать. И я справлюсь. Сглотнула с усилием, удерживая мысленно искорку на месте в центре тела, несмотря на боль в руке, которую причинял герцог Блэк.
— Ухожу, чтобы не докучать Вашей Светлости! — выдерживая его взгляд, прошипела в ответ.
Несколько секунд мы сверлили друг друга взглядами, тяжело дыша. Глаза герцога сместились с глаз на мои губы.
Заметила, как в снисходительной усмешке дёрнулся уголок его рта. А в следующий миг резким движением выдернула руку, ударила его в грудь сжатыми от злости кулачками, развернулась и, сердито шурша гравием, быстро пошла прочь по дорожке в сторону замка.
— Мэрион! — донеслось вслед раскатистым голосом. — Я не позволял тебе уйти!
Но я не только не остановилась, а даже ускорила шаг, упрямо не замечая, как ливень нещадно бьёт по разгорячённому телу, остужая его и смывая напрочь весь романтический флёр.
Навстречу выскочили фрейлины с зонтами, причитая, как сильно я промокла. На плечи тут же опустилась тёплая шаль. Мы втроём шли к моим покоям. Они о чём-то болтали. Я молчала и даже не старалась быть вежливой.
Мокрое насквозь платье облепило грудь, живот и бёдра. Тело вслед за сердцем погружалось в холод. Всё, чего мне хотелось, это свернуться в тёплой постели калачиком и жалеть себя.
— Что? — нервно переспросила, не расслышав вопрос Илоны, копавшейся у моих ног с мокрой юбкой.
— Выберите платье для ужина. Пока принимаете ванну, горничная подготовит его, Ваша Светлость.
— Ужин, ну, конечно.
Повернулась к зеркалу, в котором больше не было милой улыбчивой наивной Мэрион. Была решительная Мэрион, с глаз которой упали розовые очки и разбились вдребезги.
— Вот это! — безошибочно ткнула пальцем в пурпурное нечто из атласа.
Фрейлины опасливо переглянулись. Дарина решилась уточнить:
— Весьма смелый фасон, Ваша Светлость. Возможно, его стоит оставить для ужина в более узком кругу? Ведь сегодня присутствует делегация ронрагов?
— Возможно, вам следует раздавать советы лишь тогда, когда вас о них спросят, леди Стоун? — ледяным тоном ответила я, повторно ткнула пальцем в платье и повторила. — Вот это.
— Да, Ваша Светлость, — покраснев до корней волос и низко склонив голову, ответила фрейлина.
«Будь добра, не докучай мне больше».
Обидные слова мужа резанули где-то внутри. Вскинула подбородок. Докучать тебе? И не подумаю! Я без труда найду того, кому моё общество не в тягость. Уж поверь мне. И ты убедишься в этом уже сегодня вечером.
11. Чужаки
Мэрион.
Декольте у платья и вправду оказалось очень смелым. Вот, тихоня Мэрион, и откуда, скажи на милость, в твоём гардеробе подобный фасон? Даже Алисия не факт, что решилась бы на него! Но отступать поздно. Ай, ладно, прикроем чересчур открытые плечи и грудь волосами. Потребовала вместо причёски завить локоны и украсить живыми цветами в цвет платья.
Запал и уверенность окончательно схлынули, стоило мне войти в главный зал. Сегодня здесь особенно многолюдно. Постаралась рассмотреть наряды местных дам. И, как назло, именно сегодня они показались особенно монашескими. А ещё всюду какие-то непонятные бородатые мужики в звериных шкурах. Дарина что-то говорила про каких-то ронрагов. Вот, чёрт!
Наш стол в конце зала тоже был заполнен теми самыми дикарями, которых я успела заметить в зале среди гостей. Нервно сглотнула и едва не потянулась руками к декольте, чтобы подтянуть его наверх. А может, попросить фрейлин сбегать за шалью? Дарина была права, когда пыталась предостеречь меня с этим платьем. А я из-за своего глупого упрямства теперь рискую выглядеть непристойно.
По мере приближения к столу взгляды присутствующих обращались на меня. Брюс Вайолет поперхнулся напитком. Джейк
