– Вы совершенно правы, дорогой друг, – произнес герцог и, не говоря больше ни слова, удалился.
«Будь он проклят!» – думал лорд Фрэнсис. Он даже не оказал ему любезности поспорить и спасся бегством. Трусливый негодяй.
А Кора порхала между двумя рядами джентльменов. Двигалась она на удивление легко и грациозно. Она сияла и улыбалась. Те, кто распускает о ней грязные слухи, не правы. Ошибается и Бриджуотер, если поверил им. Он не хуже других знал, среди кого ему придется выбирать невесту, когда придет время. Но сейчас он не собирался жениться и, может быть, никогда не соберется. Единственная женщина, которую он любил, была замужем за другим и ждала ребенка.
Сердце его снова болезненно сжалось.
* * *
– Как же здесь жарко, – говорила Кора, кружась. – Я просто умираю без свежего воздуха. – Но, несмотря на это, она все же улыбалась. Никогда за всю свою жизнь она не была так счастлива. Странно, ведь ничего особенного не происходит. Она просто танцует вальс с лордом Фрэнсисом Неллером, Как она и предполагала, он вальсировал великолепно.
– Может быть, стоит немного отдохнуть? – спросил он. Весь танец он не отрываясь смотрел на нее, но почти все время молчал и улыбался очень редко.
– Нет, пожалуйста, нет, – попросила она. – Это так чудесно. Никогда в жизни я не была так счастлива.
– Неужели? – Он улыбнулся, кажется, только глазами, и она ощутила незнакомую волну чувств. Какую-то теплую, почти материнскую нежность. Ей вдруг захотелось, чтобы кто-нибудь сказал резкость по поводу цвета его фрака. О, она дала бы этому негодяю такую отповедь, что он вылетел бы из зала как пуля. – Я так счастлива, что первый вальс в моей жизни я танцую именно с вами, – сказала она. – Это такой особенный танец, не правда ли? Будь на вашем месте кто-нибудь другой, я бы точно не смогла справиться с волнением и отдавила бы своему кавалеру ноги. С вами я чувствую себя так спокойно. Так хорошо, что вы искусный танцор и умело избегаете того, чтобы я наступила вам на мозоль.
– Вы несправедливы к себе, мисс Даунс, – ответил он. – Вы отлично танцуете.
Кора почувствовала, как тает от его комплимента. Лорд Фрэнсис всегда так любезен с ней.
– Благодарю вас.
Он снова посмотрел на нее долгим серьезным взглядом. Кора улыбнулась.
– Что-то не так? – спросила она.
– Нет, ничего, – произнес в ответ лорд Фрэнсис. – Скорее наоборот, все так, как и должно быть. Кстати, вы уже принимаете поздравления?
Она с минуту непонимающе смотрела на него, потом вдруг запрокинула голову и расхохоталась.
– А, вы по поводу мистера Джонсона? О, лорд Фрэнсис, мне не следовало смеяться. Да, он звонил сегодня утром и обратился ко мне с прочувствованной речью. Нет, мне совсем не пристало смеяться над ним. Я ему так признательна. Знаете, я постаралась отказать ему как можно мягче. Честное слово, он не обиделся. Бедняга, он ведь совсем не любит меня. Его просто сбила с толку моя популярность.
– И вы тоже его не любите?
– Да Бог с вами, конечно, нет! – воскликнула она. – И никого из них. Жаль, что я не оправдываю надежд герцогини. Она была так добра, что привезла меня сюда в надежде найти мне хорошего мужа, и ей, наверное, казалось, что успех ее предприятия превзошел все ожидания. Скорее всего еще несколько джентльменов предложат мне свою руку в течение следующей недели или двух. Но, к сожалению, я не могу серьезно отнестись к этому. Я поняла это вчера утром в парке. Все они вели себя так глупо, ни один не посочувствовал бедному ребенку – правда, потом оказалось, что ребенок не такой уж и бедный. Но все равно, когда я встретила вас, я поняла, что мне нет дела ни до одного из них. С большим удовольствием я гуляла бы по парку с вами, чем с двадцатью такими, как они. Это ведь о чем-то говорит, не правда ли?
– Да, несомненно, – ответил он.
Она хотела услышать от него самого, что события в парке были сплошным абсурдом, но он ничего не говорил. Наверное, он с трудом переносит духоту и плохо себя чувствует.
Очень скоро она вернется домой, туда, где ей и следовало быть. Но она никогда не забудет эти дни, не забудет, что ее приняли в высшем лондонском обществе и что она даже стала гвоздем сезона. И она никогда не забудет лорда Фрэнсиса Неллера, его лимонные и розовые фраки и его доброту.
Кора с улыбкой подняла голову и окаменела от ужаса. В дверях появились какие-то люди, и к ним спешили присоединиться лорд и леди Фуллер. Музыка оборвалась. Отовсюду доносились недоуменные и недовольные возгласы.
Вдруг гости, столпившиеся у дверей, расступились и дали дорогу еще одному джентльмену. Кора могла поспорить, что такого огромного человека она не видела никогда в жизни.
– Боже, о Боже! – пробормотала Кора. Колени ее внезапно стали словно ватные.
– Бояться совершенно нечего. – Лорд Фрэнсис взял ее за руку и заставил опереться на него. – Он такой же человек, как и мы с вами, мисс Даунс.
Большей глупости он не мог придумать. Она уже слышала, как ее зубы стучат от страха. Такой же человек! Он – принц Уэльский!
О нет, лучше не произносить это имя, даже про себя.
Гости сгрудились у дверей в нетерпеливом ожидании, когда же принц закончит раскланиваться с хозяевами и пройдет в зал.
Кора вцепилась в рукав лорда Фрэнсиса.
– Я хочу уйти. Можно мне уйти? – бормотала она. Однако, чтобы выйти, ей нужно было пройти мимо самого его высочества, стоявшего в дверях. – О Боже, Боже! Давайте же где-нибудь спрячемся! Спрячьте меня, лорд Фрэнсис!
В его глазах мелькнуло удивление, и Кора почувствовала себя так, словно ее единственный друг предал ее. Но, присмотревшись повнимательнее, она убедилась, что на лице лорда Фрэнсиса было написано неподдельное участие.
– Он всего-навсего пройдется по комнате, – сказал лорд Фрэнсис, – и остановится обменяться парой дежурных фраз с несколькими избранными. Здесь сотни человек, которые только и мечтают о такой чести, мисс Даунс. Мы встанем позади всех и просто поклонимся, как и все остальные. Уверяю вас, он нас даже не заметит. Но зато дома вы сможете рассказать всем, что были на расстоянии вытянутой руки от самого принца-регента.
Его голос звучал спокойно и решительно. Он говорил так, только чтобы ободрить ее, это Кора понимала. И немного успокоилась, несмотря на то что ее сердце билось так сильно, словно она единым духом взбежала на высокую гору. Почему никто не откроет окна?
Гости начали понемногу растекаться по залу. И принца Уэльского уже не было видно за спинами. Вдоль всего пути следования его высочества тянулся ручеек кланявшихся леди и джентльменов. Но время от времени все поднимали головы и вытягивали шеи в надежде разглядеть, кого он милостиво решил заметить на этот раз.
