Процессия приближалась, и Кора невольно попятилась к стене, одновременно пытаясь спрятаться за спину лорда Фрэнсиса. От волнения она уже искусала в кровь губы. Ах, если бы позади нее вдруг оказалась дверь! Или же она вдруг уменьшилась бы, чтобы не выделяться из толпы!
Какой же дурой она себя при этом чувствовала! Ведь она была только Кора Даунс! Если бы всех присутствующих в зале можно было построить согласно происхождению, она была бы последней по порядку. По сравнению с этими титулованными особами она была никто, даже ничто.
Эта мысль весьма утешила Кору. Внезапно она почувствовала, что почти падает в обморок. Но сама мысль о том, что она может упасть на глазах у всех, моментально отрезвила ее.
– О Боже! Боже! – все бормотала она, пока принц продолжал двигаться в их сторону, сопровождаемый наиболее приближенными особами. Среди них был и герцог Бриджуотер. Вдруг он что-то прошептал принцу на ухо. Лорд Фрэнсис пожатием руки напомнил ей, что пора склониться в реверансе. О ужас! Она была выше окружающих на несколько дюймов, даже присев. Кора постаралась опуститься еще ниже и уставилась в пол, словно так можно было стать более незаметной.
Еще секунда, и они пройдут мимо.
– А, – раздался томный голос герцога Бриджуотера, – вот она, ваше высочество.
– Где, Бриджуотер? – спросил человек-гора. И Кора, поднимаясь, обнаружила, что все гости смотрят на нее.
– Поклонитесь еще! – шепнул лорд Фрэнсис, когда, словно по мановению руки, все расступились перед ними, и подтолкнул ее вперед. Она снова склонилась в реверансе. К счастью, лорд Фрэнсис лучше владел собой и вовремя убрал руку, подталкивая ее вперед пред очи его высочества.
Она сейчас умрет! Что ей еще остается? Только умереть на месте! И лучше всего немедленно, чтобы эта пытка наконец закончилась!
Все улыбались ей. Из задних рядов даже послышалось нечто похожее на аплодисменты. Ей вдруг стало до смерти смешно.
– Моя дорогая мисс Даунс. – Принц взял ее руку в свои, заставляя встать. Но она только еще ниже склонилась перед ним. О горе, теперь рядом не было руки лорда Фрэнсиса, на которую можно было опереться. Она испуганными глазами посмотрела вокруг. Нет, он был все еще здесь, рядом с ней. – Я хочу принести вам свою личную благодарность и благодарность всей нации за ваше бесстрашие и за спасение племянника нашего дорогого герцога.
– О нет, ваше величество! Я не сделала ничего Особенного! – услышала она словно со стороны свой дрожащий голос. – Ой, я имела в виду «ваша ми…» О Боже, я не знаю, что я имела в виду…
Со всех сторон раздался смех, и сам принц расхохотался.
– Называйте меня «ваше высочество», моя дорогая, – сказал он. – Его величеству нужны такие подданные, как вы. Ну идите, танцуйте.
И процессия двинулась дальше.
Все окружавшие Кору улыбались и восхваляли ее то ли за героизм, то ли за оказанную ей честь. Не в состоянии ничего понять, она вцепилась в руку лорда Фрэнсиса.
– Сейчас я упаду в обморок или меня вырвет, – сказала она ему.
– Идемте. – И он потащил ее прочь через толпу, которой все еще не было дела ни до чего, кроме принца. Все по-прежнему вытягивали шеи, чтобы разглядеть, кому еще принц окажет внимание. Кора задыхалась и никак не могла прийти в себя.
Благодарение Богу" они добрались до двери. Лорд Фрэнсис чуть-чуть приоткрыл ее и, вытолкнув Кору на балкон, проскользнул следом, плотно прикрыв дверь за собой.
Свежий воздух! Темнота! Уединение!
Кора глубоко вздохнула и действительно лишилась чувств.
Глава 8
Хорошо, что она успела его предупредить. И, к счастью, из двух ее предположений сбылось первое, а не второе. Лорд Фрэнсис успел подхватить ее оседающее на пол тело. Он ничего не мог разглядеть в темноте. Только через несколько секунд, когда глаза начали привыкать к отсутствию света, он заметил впереди чугунную скамью и подтащил Кору к ней.
Да, носить мисс Даунс на руках, кажется, входит у него в привычку. И со всех точек зрения это была очень хлопотная привычка.
Фрэнсис усадил ее на скамью и присел рядом. Голова Коры безвольно свешивалась, и он прислонил ее к своему плечу. Ему надо было, запоздало думал он, предупредить кого-то еще, прежде чем вывести ее на балкон. К примеру, передать герцогине Бриджуотер, что Коре плохо. Ему ни в коем случае не следовало быть здесь наедине с молодой леди.
Если бы этому проклятому принцу не пришло в голову выбраться на бал, все двери были бы открыты настежь, и балкон был бы ярко освещен. Гости прогуливались бы вокруг дома, и в его пребывании здесь с Корой Даунс не было бы ничего предосудительного.
Да, и если бы Принни не посетил их, она не упала бы в обморок. Вальс благополучно закончился бы, и она танцевала бы сейчас с другим кавалером. А он был бы свободен как ветер!
– Боже мой, – проговорила Кора. – Я все-таки потеряла сознание?
– Дышите глубже, – посоветовал ей лорд Фрэнсис. – Здесь прохладно, вам сразу станет лучше.
Она глубоко вздохнула и сказала:
– Я так неловко себя чувствую. Слава Богу, никто, кроме вас, не увидел моего обморока. Я никогда в жизни не теряла сознание. Но ведь я никогда раньше не встречала и живых королевских особ.
Лорд Фрэнсис чувствовал себя очень неуютно. Это чувство появилось у него, еще когда они танцевали вальс. Она неверно понимает его заботу. Она готова влюбиться в него, если уже не влюблена. Говоря о нем, она всегда подчеркивает, что по-особенному относится к нему. Только сегодня после разговора с Бриджуотером он заметил это. Конечно, это не значит, что она строит относительно него какие-то планы. Она слишком открыта и простодушна для этого. Но она и не скрывает своих чувств. Может быть, она решила, что он испытывает к ней те же чувства, что и она к нему. Бриджуотер прав! Он забавлялся, пытаясь ввести бедную девушку в высший свет, знакомя с нужными людьми и играя роль свахи. И все его действия были таковы, словно он сам увлекся ею. Неудивительно, что она так решила!
Что за чертовщина! Он был всецело поглощен своими чувствами к Саманте и даже не предполагал, что кому-то может прийти в голову, будто он способен увлечься другой женщиной. Он слишком хорошо научился скрывать свои чувства.
– Вы держались очень недурно, – произнес он в ответ на ее признания, – а все, что произошло потом, пусть останется между нами, мисс Даунс.
Она села прямо и посмотрела на него. В темноте было непонятно, пришла ли она в себя окончательно, и на всякий случай он обнял ее за плечи одной рукой.
– Он и правда говорил со мной, – вспомнила Кора, прижав ладони к щекам. – Он на самом деле держал меня за руку. И я что-то отвечала ему. Что я сказала, лорд Фрэнсис? Я была всеобщим посмешищем?
