Симптомы ПТСР
Острое стрессовое расстройство и ПТСР отличаются только в отношении начала и продолжительности заболевания. Их симптомы идентичны и включают ретроспекции, избегающее поведение, пониженную чувствительность (которая приводит к так называемому «психическому онемению» и диссоциации, или психологическому отделению), повышенную сенситивность, проблемы с концентрацией и чувство вины.
Ретроспекции, или повторяющиеся воспроизведения травмирующего события, могут проявляться в виде снов, непроизвольных воспоминаний или даже отчетливых галлюцинаций, которые заставляют человека переживать событие заново, как если бы оно происходило сейчас. Процесс ретроспекции может быть запущен целым рядом раздражителей. Исследование с участием ветеранов Вьетнамской войны, страдающих от ПТСР, показало, что вызвать ретроспекции могут не только сцены военных действий на экране или в газете, но и такие простые события, как жаркая погода или внезапный ливень. Страдающие от ПТСР часто стремятся избежать любого воздействия, которое может вызвать ретроспекцию, и соответственно пытаются изменить свой образ мыслей и поведение.
Что происходит в голове человека, страдающего от ретроспекций? Исследование методом нейровизуализации мозга, проведенное в 2008 году, показало, что по сравнению с мозгом здорового человека мозгу человека, страдающего от нарушений, связанных со стрессом, приходится работать активнее, чтобы справиться с задачей на запоминание, тогда как при выполнении задачи на вытеснение активность мозга, наоборот, ниже. Действительно, когда человека, страдающего от расстройства, связанного со стрессом, просили о чем-то не думать, у него проявлялась меньшая активность предлобной коры, что указывает на проблемы в отделах головного мозга, которые отвечают за вытеснение травмирующих воспоминаний.
Ретроспективы могут вызывать крайнюю степень испуга и стимулировать опасное поведение. Один из таких случаев приводится в журнале «Психология сегодня». Ветеран Вьетнамской войны ехал по скоростной автомагистрали, когда очень низко над ним пролетел вертолет. Не успев опомниться, он остановил машину, выскочил из нее и бросился в придорожную канаву: возникшая ретроспектива вызвала автоматическую реакцию – спрятаться в укрытие. Советы о том, как справиться с ретроспекцией, включают в себя попытаться отрегулировать дыхание, попробовать укрепиться в настоящем, задействуя все пять чувств, и даже в буквальном смысле потопать ногами по земле.
Может, лучше не чувствовать так сильно?
Начиная с 1970-х годов самой главной проблемой в области психического здоровья стал взрывной рост применения фармакотерапии. Отрицательное действие и сомнительная эффективность лекарственных средств, плохое отслеживание их использования – вот главное яблоко раздора в психиатрическом применении фармакотерапии, а ведь есть еще и более глубокие, философские возражения против применения лекарственных средств в лечении таких, например, состояний, как скорбь, меланхолия, тревожность, мания или гиперативность. Эти состояния можно рассматривать как крайние, но естественные аспекты человеческой психики, что вызывает вопросы о правомерности их лечения медикаментозным способом.
Зомби и степфордские жены
[10]
Согласно данным Национального центра статистики в области здравоохранения, входящего в структуру Центров по контролю и профилактике заболеваний, в период с 1990 по 2011 год применение антидепрессантов в США выросло на 400 процентов, число американцев старше 12 лет, принимающих антидепрессанты, составило 11 процентов, при этом 14 процентов из них принимали тот или иной препарат более десяти лет. Одним из многих известных побочных эффектов приема антидепрессантов, особенно из группы СИОЗС[11] (которые влияют на взаимодействие нейронов с химическим нейромедиатором серотонином), является своего рода эмоциональное уплощение или притупление, терминологически известное как «аффективное уплощение». Этому подвержены от 10 до 20 процентов всех пациентов, принимающих лекарственные средства группы СИ-ОЗС (к которым относится и «Прозак»).
Больные описывают свое состояние как притупленное, отключенное, эмоционально выровненное, а в крайних случаях даже как зомбированное. Хотя такие случаи относительно редки, они внесли свой в клад в расхожее представление о «Прозаке» как о средстве, которое питает некоторое отвращение к разнообразию человеческих переживаний и эмоций и превращает тех, кто его употребляет, в «степфордских жен». Исходя из предположения, будто крайности настроения необходимы для истинного творчества, «Прозак» также нередко обвиняют в том, что он сводит на нет любую творческую активность.
Такого рода случаи привели к тому, что многие люди, в том числе профессионалы в области психического здоровья, испытывают серьезные сомнения в преимуществах фармакотерапии. Лекарства облегчают симптомы или подавляют чувства? Действительно ли надо пытаться заглушить чувства или даже угнетать их полностью? Рациональное обоснование фармакотерапии отчасти исходит из положения, что психические заболевания, такие, как депрессия, вызваны химическим дисбалансом в структурах головного мозга. На самом деле, не существует никаких определенных доказательств, что это положение истинно, равно как полного понимания, что оно может означать на практике. Скажем, никаких анализов для проверки нейрохимического «баланса» не существует. Депрессия и другие расстройства проявляются в психологических, социальных и духовных аспектах – какое отношение может иметь к ним фармакотерапия?
По этой проблеме неоднократно высказывались философы. Например, втрактате «О подражании Христу» (ок. 1418–1427 гг.) немецкий монах Фома Кемпийский высказывает следующее: «Благо нам, что имеем иногда некоторые печали и бедствия, ибо часто напоминают они человеку о душе его». Раннесредневековый римский философ Боэций был одним из многих, кто утверждал, что несчастья закаливают характер: «Фортуна, дарящая милости, обманывает, неблагосклонная Фортуна наставляет».
Фармакологический кальвинизм
Но есть и другая сторона в этом споре. В 1972 году Джеральд Клерман впервые обозначил направление, сурово осуждающее людей, которые прибегают к медикаментозному лечению симптомов душевных расстройств, термином «фармакологический кальвинизм». Оно рассматривает медикаментозное лечение как легкий способ избежать страданий и как показатель нравственной и органической слабости. В соответствии с этой довольно суровой точкой зрения, глотать таблетки – значит увиливать от тяжелой работы духовного самосовершенствования. В определенной степени это подразумевает дуалистический подход к психологии, который полагает разум существующим отдельно от тела и отрицает его материальность. Если разум нематериален, значит, психические проблемы не могут иметь органическое происхождение, а следовательно, не могут быть вылечены при помощи лекарств или какой-либо иной материальной терапии.
Многие психотерапевты придерживаются в отношении фармакотерапии прагматического подхода. В 2009 году Рон Пайс, клинический профессор психиатрии медицинского факультета бостонского Университета Тафтса, отметил, что «депрессия сама по себе часто ведет к притуплению эмоциональной реактивности и неспособности ощущать обыденные радости и горести жизни… заставляя рассматривать вопрос о побочном действии антидепрессантов в такой перспективе: насколько побочное действие может быть хуже в сравнении с тяжелой депрессией как таковой?» «Медикаментозное лечение, – поучает Пайс, – это лишь мост между тем, где чувствуешь себя ужасно, и тем, где чувствуешь себя лучше. Но чтобы перейти этот мост, двигать ногами приходится все-таки самому!» Что же до утверждения, будто фармакотерапия подрывает в основе творческие способности, о его полной несостоятельности говорят многие художники, доказывая прямо противоположное. Написана даже целая книга под названием «Поэты на Прозаке» (2008), которая посвящена развенчанию этого мифа.
Сноски
1
David Roffe. Perceptions of insanity in medieval England (1998).
2
William James. The Principles of Psychology (1890).
3
Ted Honderich. How Free Are You (2002).
4
Stephen Kosslyn, Wayne Miller. Top Brain, Bottom Brain: Surprising Insights into How You Think (2014).
5
Julian Jaynes. The Origin of Consciousness in the Breakdown of the Bicameral Mind (1976).
6
William James. The Principles of Psychology (1890).
7
Выходит в России под названием «Своя игра» (прим. пер.).
8
G. Stanley Hall. Adolescence (1904).
9
Неточная цитата из Шекспира. Здесь: “On thy foul nature, nurture will never stick.” У Шекспира эти слова принадлежат Просперо и звучат так: “A devil, a born devil, on whose nature / Nurture can never stick.” То же в переводе Осии Сороки: «Дьявол. Дьявола исчадье. / Преодолеть натуру не смогли / Усилья воспитанья никакие» (прим. пер.).
