— Эмма, играть в гольф нужно только в том случае, если игра тебе нравится.
— Возможно, и так, — согласилась она и послала ему ласковую улыбку. — Но откуда же мне знать, нравится мне она или нет, если я ни разу не пробовала?
Джейсон не мог не признать, что в этом утверждении есть логика.
— Что ж, разумно. У тебя есть какая-нибудь подходящая одежда? В платье не играют.
— Шорты и тенниска сойдут?
— Вполне. А из обуви? В босоножках играть нельзя, они у тебя слетят.
— У меня есть спортивные тапочки.
— Это подойдет. На первый раз. Но если ты решишь играть, я куплю тебе хорошие туфли для гольфа.
— Я и сама могу купить себе обувь, — возразила она.
Джейсону оставалось только проводить ее удрученным взглядом, когда она выбежала из комнаты, чтобы переодеться. Как же она порой сама себе противоречит! Хочет быть ему женой на старый манер и в то же время сохранять финансовую независимость на современный лад.
А Джейсону, похоже, не нравится ни то, ни другое, что также странно.
Во время поездки к полю для гольфа Эмма молчала и не смотрела на Джейсона. Вероятно, она любовалась голубым простором Тихого океана, раскинувшегося за изумрудно-зелеными фэрвеями note 6, но у Джейсона появилось ощущение, что мысли ее витают за много миль отсюда.
— Родная, что-нибудь не так? — тихо спросил он, выруливая на стоянку.
Она сидела все так же неподвижно, даже не заметив, что он выключил двигатель. А потом рывком повернула голову и вымученно улыбнулась, скрывая за этой улыбкой истинные чувства.
— Нет. Ничего особенного. Просто я подумала… Завтра нам возвращаться, а я не могу сказать, что мне этого хочется.
Джейсон облегченно вздохнул. Так вот оно что! Она не хочет, чтобы свадебное путешествие заканчивалось. Совершенно естественное чувство, беспокоиться не о чем. Сейчас…
Он мягко погладил ее по щеке.
— Хорошо тебя понимаю, — отозвался он. — Правда, было бы прекрасно остаться здесь навсегда. Только ты и я, и никого вокруг.
Она наклонила голову и накрыла его ладонь своей.
— Да.
Она произнесла это очень просто, посмотрела ему в глаза, тепло и нежно улыбнулась. Джейсон почувствовал, как его тело опять начинает ныть от желания.
Он отвернулся, высвободил руку и бросил:
— Нам пора.
Обучение Эммы гольфу отвлекло его, в чем он весьма нуждался. И он радовался, видя явный интерес Эммы к игре.
— Тебе стоит потренироваться какое-то время, и ты будешь отличным игроком, — подбодрил он ее в конце второго круга note 7.
— Но я растеряла почти все твои мячи, — пожаловалась она. — Два улетели в океан, а три — в то поганое озеро!
Она сердито указала на оставшееся позади «водное препятствие» note 8. Ее щеки пылали от отчаяния. Из-за природного упрямства она трижды попыталась перебросить мяч через широкое «водное препятствие», и все три раза мячи находили вечное упокоение в воде.
— Давай скажем, что игровой день завершен, и поедем домой, — предложил он.
— Оставь! Я твердо решила дойти до конца и набиться.
— Для новичка ты уже играешь чертовски здорово.
Внезапная радость в ее глазах тронула Джейсона. А говорили ли ей раньше, что она мастерски делает хоть что-то?
— Правда? — переспросила она.
— Правда.
— Вообще-то я многое умею делать руками.
— Ну да, я заметил.
Она мгновенно вспыхнула и старательно отвела взгляд. Джейсон не мог не улыбнуться. Когда она наконец повернулась к нему, он с удивлением заметил небольшую складку между ее бровей. Она хотела сказать что-то еще, но удержалась.
— Что такое?
Она еще больше раскраснелась, но ей удалось взглянуть ему в глаза и заговорить:
— Ты однажды просил меня не стесняться и говорить тебе что угодно… Или просить о чем угодно. Я имею в виду секс.
Джейсон постарался не выдать удивления. И тревоги.
— Конечно.
— Ты мне только что сказал, что у меня вправду умелые руки. И я подумала… Ну… Нет, милый, мне трудно…
Она оглянулась, чтобы убедиться, нет ли кого поблизости. Было уже довольно поздно, и на заднем круге поля уже не было игроков.
Джейсон терпеливо ждал, пока она преодолеет смущение.
— Я удивилась, почему… ты не стал просить меня еще кое о чем… В постели.
— Еще кое о чем? — тупо повторил Джейсон, его сердце забилось сильнее. — Что именно ты и ешь в виду?
Она подняла на него глаза. Теперь они сверкали еще ярче. Никогда прежде он не видел ее такой сконфуженной, и никогда прежде она не была для него более желанной.
— Джейсон, у тебя был опыт в любви, а у меня нет. Но я читала в разных журналах статьи о том, что больше всего нравится мужчинам. Там рассказывалось об одном способе, когда все приходит неожиданно… И я не понимала, почему ты меня не попросил… об этом. Ты говорил, чтобы я всегда открыто просила, если мне чего-то захочется. А как же ты? Или ты не хочешь, чтобы я…
Этот вопрос привел Джейсона едва ли не в такое же замешательство, как и Эмму.
— Понимаешь, я… Конечно, хочу. Но я думал, ты не захочешь. То есть я хочу сказать, женщина охотно идет на такое… ммм… когда она…
— До безумия влюблена? — помогла ему Эмма.
— Думаю, да, — выдавил из себя Джейсон.
На самом деле он хотел сказать: когда она живет со своим партнером несколько дольше, чем одну неделю.
— А жена? Разве не нормально, когда жена делает это для своего мужа?
— Эмма, мне что-то не нравится этот разговор.
— Почему?
Джейсон начинал по-настоящему злиться. Почему? Да потому что это едва ли не то же самое, что распаковывать вещи мужа, гладить ему рубашки и приносить завтрак в постель. Все это не для нее, пусть она ему и жена!
— Адель это делала? — резко спросила Эмма.
Черт, ну что он может на это ответить?
— Изредка, — пробормотал он.
— И тебе нравилось?
Да что же происходит, в конце концов?!
— Да, — выдохнул он.
— Тогда и я хочу это делать, — упрямо заявила Эмма. — Я желаю делать все, чего ты хочешь. Ты понимаешь меня, Джейсон? Я хочу!
Он понимал, и понимал слишком хорошо. Это понимание приносило ему сильнейшую боль, и тем не менее он был не в силах ответить «нет». И вдруг с горькой иронией он подумал: с чего он взял, что она не будет рада, если он откажется?
Глава одиннадцатая
Джейсон проснулся в пустой кровати. Сквозь занавески пробивался свет, но чувствовалось, что еще очень рано. Он повернулся на бок и взял со столика свои часы. Так и есть: всего лишь десять минут шестого.
