Читаем без скачивания Чародей звездолета «Посейдон» - Генри Балмер

Через несколько мгновений все было сделано. Рэмзи закрыл крышкой насадку, положил ее назад в сумку и как ни в чем не бывало пошел по направлению к Хаулэнду. Проходивший мимо Рэмзи один из членов судовой команды в безупречно белой форме вежливо произнес:

— Доброй ночи, сэр.

— Доброй ночи, — ответил Рэмзи. Его улыбка выражала сознание того, что он обрел власть над людьми.

— Этого хватит на первое машинное отделение, — сказал Рэмзи, подойдя к Хаулэнду. — Может, не стоит так подробно обсуждать каждую деталь, но мы не можем быть уверенными, что вирусы заполнят изолированные друг от друга вентиляционные системы каждого машинного отделения.

Втроем они крались по всему звездному лайнеру, обрабатывая каждую отдельную воздушную систему, пока не убедились, что ни один кубический дюйм вместительного «Посейдона» не остался без вирусов. Очень пригодилась осведомленность Рэмзи — без него двое ученых со всеми своими профессиональными знаниями были бы беспомощными.

Наконец, работа была закончена. Хаулэнд сильно устал и пошел в свою каюту. На следующее утро он встал очень поздно.

После бритья и душа Питер легко позавтракал и спустился вниз в плавательный бассейн. Ему хотелось окунуть свое тело в чистую, сверкающую воду.

Надев зеленые плавки, Хаулэнд стал на самый край бассейна и начал с праздным видом наблюдать за оживленной картиной: вокруг него было много купальщиков, которые шумели, смеялись, бросали друг другу мячи и спортивные кольца. Он слышал всплески голубой воды, игравшей прямо под его ногами. Девушки, прикрывшись всего лишь маленькими лоскутками вместо купальников, ныряли, плавали или просто грациозно выставляли себя напоказ, приняв эффектную позу. Хаулэнд сделал глубокий вздох, поднял руки и наклонился вперед.

В этот момент послышался голос, полный невероятного удивления и радости…

— Питер! О, боже, что ты здесь делаешь?

Он потерял равновесие, но успел глянуть в сторону. Одетая в блестящий голубой купальник, который удачно подчеркивал ее прекрасную фигуру, профессор Элен Чейз стояла неподалеку и пристально смотрела на Питера, широко открыв глаза и покраснев от неожиданной встречи. Он даже заметил, что она выглядела очень привлекательной, — и свалился в бассейн.

Глава 9

— Я не вижу серьезной опасности, не бери в голову, чего не надо, Питер! — сказал профессор Рэндолф.

Он, как рассерженный индюк, важно ходил по своей каюте, а нервничавший Вилли Хаффнер и злой Колин Рэмзи наблюдали за ним. Рэмзи все время повторял, что куда-то запропастилась Стелла. Сэмми Ларсен, талантливый электронщик, молча курил. Что касается Питера Хаулэнда, он совершенно растерялся после встречи с Элен Чейз.

— Я знаю это, — Хаулэнд, наконец, ответил Рэндолфу. — Я бы никогда не дал согласия на участие в предприятии, если бы считал его опасным. Но Элен теперь знает, что мы на борту! Когда исчезнут деньги и станет известно, что вы купили дорогое оборудование…

— Ну, перестань выдумывать, Питер! Уважаемый профессор принимает участие в ограблении звездолета в открытом космосе! Вот уж действительно!

— Если вирусы Вилли успешно справятся со своим заданием, — вступил в разговор Рэмзи, — она ничего не сможет сделать. У нее не будет никаких доказательств.

— Совершенно верно, — сказал Рэндолф, — ни единого доказательства.

— Я предполагаю, что она направляется на ту планету, где должна заполучить свои знаменитые рукописи, — Хаулэнд пытался думать вслух, чтобы лучше разобраться в создавшейся ситуации. — Нам надо было догадаться, особенно после того, как она назвала дату своего отправления — двадцать девятое. Она как раз успевала на «Посейдон». И сейчас с уверенностью можно сказать — летит она на Санта-Крус-2, эту странную планету с ее особой социальной системой. Члены того первобытного общества, должно быть, и владеют нужными Чейз рукописями…

— Мне наплевать на ее заплесневелые манускрипты, — у Рэндолфа не было желания уделять много внимания факту неожиданного появления на корабле Элен Чейз. — Все, чего я хочу, — это добраться до Поучалин-9 и доказать Галактике, что я могу создавать жизнь. И я добьюсь поставленной цели с помощью ценностей, имеющихся на «Посейдоне».

— Я не могу не согласиться с вами, — медленно проговорил Хаулэнд.

— Не можешь не согласиться! Клянусь всеми святыми заступниками науки, что мы направили свои усилия на процветание научной деятельности и осуществление благородных целей.

— Да. Конечно, да. Но мне не хотелось бы причинять вред Элен.

— Вы с Вилли получили вирус, взяв в качестве отправной точки мою собственную работу. Вирусы никому не принесут вреда. А теперь давайте поговорим о более важных делах…

Зазвенел колокольчик на двери — и появилась Стелла собственной персоной. Она имела довольный вид и была самим очарованием и кокетством.

— Капитан оказался слабым противником, — с ликованием доложила Стелла.

— Ты не перестаралась? — задал ей вопрос с подтекстом Рэмзи.

— Ну, Колин! Вот уж точно, как только женщина в интересах дела пускает в ход свои чары, так ее ворчливого мужа начинает обуревать ревность.

— Так что дальше, миссис Рэмзи? — спросил Рэндолф без эмоций.

— Мне удалось подружиться с капитаном. Достаточно было небольшого, безобидного флирта, ничего серьезного.

Она красиво повела своим изящным плечом и этим движением сбросила с себя меховую накидку, облегавшую до того ее плечи. Такие накидки были в моде и, конечно, дорого стоили. Рэндолф не жалел средств на людей, выполнявших особые поручения.

— Лотерею доверили мне, маленькой старой женщине, — продолжала Стелла. От нее исходило такое неподдельное волнение и так явно была видна старательность, что эта небольшая черта ее характера почти искупала в глазах Хаулэнда ее поведение, как женщины. — Ожидается большой праздничный вечер, и на нем я буду проводить лотерею и объявлять победителей.

— Очень хорошо, — холодно сказал Рэндолф. — Все три тысячи находящихся на борту пассажиров не смогут поместиться в парадном салоне, чтобы лично участвовать в представлении. Те, кто не попадет туда, разойдутся по меньшим залам и будут наблюдать за лотереей по внутреннему кабельному телевидению. Таким образом, каждый будет охвачен лихорадкой азартной игры — вот вам еще один признак нашего всеобщего морального вырождения.

Еле заметная, но наполненная большим смыслом улыбка тронула губы профессора:

— И тогда наступит время собрать все разрозненные нити воедино. Нам надо будет немедленно дать знак Теренсу…