и новое начало
Девин лежал неподвижно. Очередная операция прошла успешно, и вот, вновь спасенный из лап смерти, он наслаждался покоем. Итакус проводил заключительные анализы.
— Жить будет, — сказал он, смотря в планшет.
— Никуда он уже не денется. Он просто обязан выжить после моего ухода, — с улыбкой сказала Кэтрин.
— Что правда, то правда. Ты быстро учишься. Благодаря тебе у него ещё будет время пожить.
Так же, как и в первый раз, Кэтрин проводила с Девином всё свободное время. Наблюдала за его состоянием, разговаривала с ним. Хоть Девин и был без сознания, Итакус сказал, что ему будет полезно слышать человеческую речь.
— Ещё пара дней, и он придет в себя. В этот раз без искусственной комы. Результаты говорят, что он сможет выздороветь и находясь в сознании. Незачем снова рисковать, — Итакус принялся уходить.
— Не хочу, чтобы он снова оказался в том состоянии, — Кэтрин смотрела на Девина.
— Вот поэтому-то мы и вводили строго ограниченную дозу препарата. Как ни странно, передозировка снотворным имеет обратный эффект и сопровождается повышенной активностью мозга и перенапряжением нервной системы. Повезло, что он ни на кого не напал во время аффекта, — он стоял у выхода, — Если я уже не нужен, то я пойду. Не хочу опоздать.
— Да, конечно. Спасибо за всё.
Она села на стул возле кровати Девина и смотрела на него. «Ещё несколько дней». Она вздрогнула от неожиданного шума сзади.
В палату вбежал Клифф.
— Ты здесь. Срочно идём, нужна твоя помощь с двигателем, — едва не крича, сказал он.
Кэтрин провела своей рукой по руке Девина и встала. Возле двери она нажала на выключатель, и комната наполнилась искусственной темнотой. Они ушли.
Снова эта тьма. Когда закончатся страдания?
Вокруг звучал звонкий детский смех. «Папа!» кричала девочка. Но её не было видно. Ничего не было видно. «Папа, смотри!» повторил голос. Этот голос… он был знаком Девину. Он пошел на звук. И чем четче становился голос, тем больнее было его слышать.
Пространство заполонил красный свет. Красная волна накрыла всё. Приятный смех сменился душераздирающим криком агонии. «Папа, что ты делаешь?». Крик звучал со всех сторон, он всё повторялся и повторялся. Раз за разом он резал слух.
Белый свет. Ослепляет словно солнце. Глаза открылись. Перед Девином сидел ангел, который должен быть решить его судьбу. В рай или в ад?
Мир вокруг начал рушиться, и Девин полетел вниз в бездну. Пролетая километры тьмы, он заново проживал свою жизнь. Ту её часть, которую мог вспомнить. Он упал на дно бездны и резко вдохнул.
Наконец-то он очнулся. Открыв глаза, он увидел перед собой Кэтрин, которая спала сидя на стуле. Он закашлял. Кэтрин сразу же проснулась и вместе с ней на её лице проснулась улыбка. Она пригнулась к нему и обняла его, стараясь сильно не давить.
Её мягкие руки охватили его, её голова была немного ниже его носа, отчего он чувствовал хороший запах шампуня. Он попытался обнять её в ответ, но все силы куда-то делись. За те несколько минут, что он «штурмовал» корабль, он израсходовал годовой запас энергии, и сейчас мог только лежать и наслаждаться объятиями.
Это могло бы продолжаться вечно, столетие за столетием, если бы не постоянный шум и писк из рации Кэтрин. Это Клифф звал её к себе. Работа намечается.
По комнате разнесся очередной писк, после чего послышался голос Клиффа:
— Кэтрин, без тебя не справимся. Быстро в моторный отсек! — звук был прерывистым и шипящим, на фоне рокотали механизмы.
— Мне надо бежать. Постараюсь зайти на днях. Столько работы, что я света белого не вижу, — она улыбнулась и продолжила: — Мы скоро улетаем. Где-то через месяц. И ещё кое-что. Я сейчас позову Фонса, он хотел тебе кое-что сказать, — она принялась вставать и собирать вещи.
— Не надо. Я сам схожу, — он попытался подняться и закряхтел. Сил не было даже на то, чтобы подняться с кровати.
— Ну уж нет. Он сам к тебе зайдет. Оставайся, пожалуйста, здесь, — рация вновь запищала. — Всё, мне пора. Выздоравливай.
Она улыбнулась ему на прощание и ушла. Девин остался сам в комнате. Лежал и глазел в потолок. Со стороны он выглядел жалко. Но не на долго он остался тет-а-тет с собой. В комнату постучали.
Это был Фонс. Он вошёл в тихое помещение и подошёл к кровати Девина, на которую из окна падал яркий дневной свет.
— Ты очень вовремя очнулся, — сказал Фонс.
— Что снова случилось? — тихо спросил Девин.
— Время случилось. Мы уходим. Ты останешься с Клиффом, и меня больше не будет по близости. Ещё не передумал улетать?
— Я достаточно подумал. Я улетаю. Если хочешь знать, почему, — я расскажу, раз уж мы видимся в последний раз. Я боюсь. Ты себе даже представить не можешь какой ужас я испытываю, находясь здесь. Ты видишь, что со мной сделала эта планета? — он хотел было указать на себя, но не смог поднять руку. — Этот мир не для меня. Я улечу туда, где безопасно и не нужно ничего делать. Да, я готов променять надуманную свободу на безопасность.
— Слушай, я всё понимаю, ты всё-таки взрослый человек. И заметил ты ли нет, но с того момента, как всё случилось, ты немного изменился. Стал более сознательным, что ли. Поэтому надеюсь, что твоё решение действительно является взвешенным и обдуманным.
Фонс отвлекся и полез в холщевую наплечную сумку. Немного пошуршав, он достал оттуда рацию и включил ей.
— Я отправил тебе карту… на ней отмечено место, куда мы уходим. Пусть будет у тебя. На всякий случай, — гаджет Девина на прикроватной тумбе издал короткий писк, — Просто знай, что ты можешь в любое время прийти к нам.
— Хорошо, запомню, — отстраненно ответил Девин.
Фонс осмотрел комнату. Кэтрин навела здесь порядок и поддерживала всё в надлежащем виде. Стулья ровно расставлены, вещи сложены, цветы политы.
— Если тебе ничего не нужно, то я пойду. Мы выдвигаемся через час.
— Попрощайся за меня с Келмиуром.
Капитан кивнул.
