голубей, жирными темно-сизыми полосами облепивших карнизы и крыши домов. Их слышно за несколько кварталов.
В домах, в спальнях пригородов Лондона, теперь уже проснулись, и хозяйки, еще в бигуди, спешат приготовить завтрак мужьям и детям. Он будет почти везде одинаковым: тарелка порид-жа - столь же знаменитого, сколь и безвкусного, ибо варится эта овсяная каша на воде и без соли, яйцо с кусочком бекона и чашка кофе. Днем у них будет только ланч - второй завтрак, без первого блюда, и с утра англичане едят поэтому основательно. Торопливый поцелуй жене - и в дорогу. Рабочие должны успеть отбить свою карточку до восьми, служащие, чиновники, секретарши, стенографистки, продавщицы магазинов - к девяти или десяти, в зависимости от учреждения. Начинаются часы «пик».
Добираться до места работы придется, как правило, долго, час-полтора. Стремление во что бы то ни стало жить в своем доме заставляет селиться далеко от центра города, будь то Лондон или Манчестер. И забитые электрички и пригородные поезда следуют один за другим. Публика смешанная, но главным образом «белые воротнички». Рабочих в центре занято сравнительно немного. А до предприятий, расположенных на окраинах, «дабл-деккер» удобнее. Впрочем, воротнички воротничкам тоже рознь. И в пригородных поездах есть вагоны первого класса и вагоны второго. Второй класс - вагон как вагон. Первый поделен на купе. Во втором краски могут быть пегими, хотя и с преобладанием темно-серых. В первом классе - только темные. Шесть человек - в одном купе, шесть - в другом, шесть - в третьем, и одно иногда не отличишь от другого. Шесть господ, шесть темных костюмов, шесть пар брюк в полоску, шесть развернутых газет, шесть портфелей и шесть черных котелков в сетках над головой. Здесь тоже знают друг друга. Должны знать. Но здесь только здороваются, усаживаются поудобнее и начинают изучать биржевые колонки с курсами акций. Покончив с ними, принимаются за кроссворд в «Таймс». «Ради бога извините, сэр, но не знаете ли вы случайно, как называется эта тропическая птичка с разделенным хвостом из семи букв?» - «Страшно огорчен, но не имею ни малейшего понятия». Кроссворд останется на обратную дорогу…
А дома, проводив своих, хозяйки наведут порядок и отправятся по магазинам, не забыв предварительно раскрутить бигуди: если вам придется побывать в Лондоне, вы обязательно обратите внимание на аккуратно причесанные головки женщин.
«Делайте покупки между десятью утра и четырьмя часами пополудни», - настоятельно советуют плакатики, развешанные транспортными управлениями во всех «даблдеккерах» и вагонах метро. Для убедительности призыв сопровождается рисунком: большая горизонтально положенная бутыль, в горлышке которой темно от маленьких человеческих фигурок. И хозяйка спешит управиться, тем более что в четыре кончатся занятия в школах.
У нее есть шансы успеть домой ко времени. Магазины открыты с 9 утра до 5. 30 вечера с понедельника по пятницу. И хозяйка не будет путешествовать от таблички «Закрыто на обед с 13 час. до 14 часов» к табличке «Закрыто на обед с 14 до 15 час.» и снова к «Закрыто на обед с 15 до 16 час». И еженедельного учета здесь не устраивают, и «на базу» не ездят в рабочее время, и ремонтировать умудряются, не прекращая торговли. Хотелось бы что-то посмотреть с мужем? В субботу торгуют до часу дня. Но на полтора часа дольше, чем обычно (до 7 вечера), открыты все магазины в четверг на некоторых крупных торговых улицах. И весь день в субботу торгуют на других. Воскресенье? Отдохните дома.
У работающих между тем приближается время первого «ти-брейка» - традиционного перерыва на чай. Давно покушаются предприниматели на эти 15-минутные остановки и доказывают, что лучше-де на полчаса раньше домой вернуться. Не выходит. Бастуют. «Ти-брейки» остаются. И через каждые два часа в цех или в отдел ввозит свою алюминиевую тележку с огромным термосом «миссис Ти-брейк» и разливает по толстым глиняным чашкам чай с молоком.
Второй перерыв - это уже время ланча, святое в Англии время. На заводах он начинается раньше. В конторах, банках, правительственных учреждениях - с часу до двух. У рабочих - полчаса. Они закусывают принесенными из дому сэндвичами и запивают тем же чаем. «Белые воротнички», секретарши, стенографистки, шефы контор, владельцы фирм, высокие государственные служащие, лидеры партий, министры вторично завтракают в буфетах фирм, в ближайшем кафе «Лайонс» или «Форте», в ресторанчике «Педро» в Сохо, в столовых комнатах «Коннот хотэл» или у самого «Клэриджис». Все зависит от фигуры. И кошелька. Но непременно с часу дня. Совещание или конференция могут быть в самом разгаре. Еще бы полчасика, час - и дело закончено. Нет, на ланч оно будет прервано.
Меня страшно раздражало вначале это раболепие перед интересами желудка, привычка «ланчевать» обязательно в час дня, хоть трава не расти. Спустя год-другой я пришел к выводу, что привязанность к порядку - неплохая вещь и что Сергей Владимирович Образцов был прав, обратив на это внимание. У такого «консерватизма» и традиционности, поскольку они к месту, тоже есть свои положительные стороны.
Сочетание слов «британские традиции» вызывает снисходительную улыбку только до тех пор, пока видишь только те, которые показывают, даже демонстрируют туристам. О таких традициях и говорят обычно в первую голову: они ведь очень любопытны и занимательны. Как удержаться и не рассказать о такой колоритной картине, как ежедневная смена караула у Букингемского дворца, или о том, что при королевском дворе содержится почтовая карета, которая и сейчас еще используется по своему прямому назначению, как это было, например, во время забастовки почтовиков; что до сих пор среди атрибутов короны есть 120 окольцованных почтовых голубей, которых кормят кленовыми семенами, зерном и поят холодной водой; что в лондонском Тауэре живут шесть воронов, расходы на конину для которых вотируются в законодательном порядке, ибо по традиции они считаются символом неприступности этой древней крепости, хотя сейчас она и не имеет абсолютно никакого военного значения; что королевский штандарт на Круглой башне Виндзорского замка, в отличие от всех государственных флагов, приспущенных 23 ноября 1963 года в знак траура по случаю убийства президента Кеннеди, остался на мачте, потому что приспущенный флаг на крепости означал бы капитуляцию перед противником, а Британия «никогда не капитулирует»; что монарх не может пересечь границы Сити иначе как по приглашению лорд-мэра, который и встречает его тогда у Темпл-бара в начале Флит-стрит, где кончается Сити и начинается Лондон; что в Сити своя полиция и шлемы здешних полицейских несколько отличны от шлемов полицейских Лондона…
Об этих вещах можно рассказывать бесконечно. Они читаются и… создают
