пива и спиртных напитков - десятки, посетителей - сотни, и он должен поворачиваться. Среди них устраиваются даже общенациональные состязания на быстроту и точность в обслуживании клиентов. Насколько я помню, весьма часто первенствуют в этом деле шотландские бар-тендеры. Лицензия на продажу пива и спиртных напитков дается хозяину или менеджеру паба всего лишь на год и может быть не подтверждена. А посему им приходится заботиться и о том, чтобы в пабе было достаточно чисто, и о том, чтобы посетители вели себя прилично. Бармен не вправе обслуживать лиц моложе восемнадцати лет и не вправе продавать спиртные напитки человеку навеселе. Но он вправе выставить за дверь любого, кто отвечает последнему определению. В пабах запрещаются карточные игры (в домино - пожалуйста). Запрещены пари, ставки на лошадей, собак, футбольные команды. Но можно поиграть в «дартс» - популярнейшую игру в Англии вообще и любимое занятие мистера Энди Кэппа в частности. Игра безобидная, но занятная: участники соревнуются в том, чтобы набрать определенное количество очков, бросая медные стрелки с пластиковыми перышками в разграфленный пробковый круг. Если джентльмен «сильно мажет», ему пора домой. Ровно в одиннадцать бар-тендер произносит традиционное: «Тайм, джентльмен, плиз…» - «Время, джентльмены, прошу вас…» Секундой позже он уже не нальет вам даже полпинты. Еще через пятнадцать минут, которые отводятся, чтобы допить оставшееся пиво, паб закрывается до следующего дня. Позже можно выпить лишь в ночных клубах, которые есть только в Вест-энде Лондона и в некоторых других крупных городах, да в барах гостиниц, при условии, однако, что вы в данной гостинице остановились.
…День подходит к концу. «Тайм, джентльмен, плиз». Мистер Элви на Флит-стрит уже разносит по оффисам телеграфных агентств первые выпуски завтрашних газет. «Морнинг стар» и «Таймс» уже ждут наших корреспондентов в отделении ТАСС в здании Рейтер.
«УМНЫЕ» И «ГЛУПЫЕ»
Если кто-либо скажет вам, что он вполне разобрался в английской системе образования, отнеситесь к такому заявлению с недоверием. Во-первых, такой человек должен был бы сказать: в «английской системе английского образования». Во-вторых, сомневаюсь, что такие люди есть вообще даже в самой Британии, ибо представить себе что-то более сложное, запутанное и уникальное, чем эта система, трудно. И не пробуйте искать параллелей. Всякое сходство с другими системами образования в иных странах лишь частично и кончается, я бы сказал, на полуфразе. Максимум, на что я претендую в этой главе, - это дать очень приблизительную картину, как и чему учат английских ребят.
Всеобщее обязательное образование распространяется в Англии на детей от пяти до пятнадцати лет. Учебный год начинается в сентябре, но не 1 сентября, ибо это может быть понедельник, а в понедельник даже не все корабли рискуют покидать британские гавани. В большинстве случаев - в первый вторник сентября. Этот первый день английского учебного года, пожалуй, и есть самое близкое к тому, что можно видеть у наших школ 1 сентября. Девять из десяти английских малышей пяти лет - или близких к тому - идут в школы, которые так и называются - «инфант скулз», то есть школы для малышей. Сентябрь в Англии обычно теплый и светлый, солнечный. Малыши идут чистенькие, нарядные. Вернее, их ведут родители. Мамы обязательно. Папы - если сумели освободиться от работы, что они, во всяком случае, пытаются сделать. Эти без пяти минут ученики еще без портфельчиков, без книжек и без тетрадок. В первый день им это не понадобится. Ранец будет куплен много позже.
В такое вот утро и мы с женой проводили своих ребят в «Робинсфилд инфант скул» на Сэйнт-Джеймс Вуд парк. Школа почти новая. Ей и всего-то лет шесть-семь. Два этажа классных комнат, актовый зал, большая асфальтированная площадка, два больших специально привезенных откуда-то и положенных на землю сукастых дерева, отполированных руками и коленками ребят, небольшой зеленый загончик с кроликами и домиками для них. И толпа возбужденных родителей, которых по меньшей мере в полтора раза больше, чем самих учеников.
Потом все прошли в актовый зал, и директриса школы, уже знакомая вам миссис Филипс, приветствовала новых и старых учеников, их мам и пап и благодарила бога за то, что он даровал солнце, такое чудное утро и… школу. Ребята и взрослые слушали директрису не шелохнувшись. К половине четвертого мы снова отправились к школе, чтобы, встретить детей, и там, на площадке, снова была толпа родителей. У низких металлических ворот уже ждал своих маленьких клиентов голубой пикап «Тони Белл», на которых развозят мороженое по всей Англии. Свежеиспеченные ученики вылетали из школы, как пчелы из улья. И прямо в объятия родителей. И никому, конечно, в тот день не было отказано в шестипенсовике на порцию мороженого.
Ребятам понравилось в школе. Понравилось, что, как взрослые, они платят каждое утро по шиллингу за свой завтрак; что в 11 часов им дают стакан молока или стакан апельсинового сока, а в час - ланч - что-нибудь мясное, пудинг и снова сок; что на уроках они могут рисовать красками сколько угодно или смотреть, как плавают рыбки в аквариуме на первом этаже перед актовым и гимнастическим по совместительству залом, ухаживать за кроликами или возиться с хомяком, то и дело вытаскивая его из клетки; что на переменах они могут бегать по большому двору и лазить по двум сукастым деревьям. Их не спешили учить буквам и словам. Им давали время освоиться.
Как-то мы спросили дочку:
- Что вы делаете, придя к себе в класс?
- В классе мы рисуем, учимся различать деревья, цветы, животных. Рассказываем, что мы делали в уик-энд. Мисс Моузес читает нам сказки. Вчера она читала очень похожую на наш «Терем-теремок». А сегодня мы все читали «Грин бук».
- Как «читали»? Вы же и букв еще не знаете?
- Немножко букв мы знаем. А «Грин бук» мы повторяем за мисс Моузес.
В школах для малышей, действительно, начинают сначала «читать», повторяя за учительницей и запоминая целиком простейшие и самые короткие слова. Алфавит учат позже. Читают же не по единому для всех учеников первого класса букварю, а по отдельным книжкам: сначала первую зеленую, потом книжку номер два - красную, потом желтую, серую. Это маленькие книжки, и дети успевают запоминать их до того, как сама книжка успевает им надоесть. Но самое интересное не в этом, а как ребята переходят от одной книжки к другой. И здесь мы сталкиваемся едва ли не с основным отличием наших школ от школ английских. Детей не держат на зеленой
