Дополнительным и немаловажным бонусом для охотников стало разрешение заполнить кузовы их флайеров мясом убитых животных. Все равно его было слишком много, а на местной асиенде дела со стазис-камерами обстояли совсем печально. Вторгшиеся звери просто разнесли их вдребезги, стремясь пробраться к привлекающему их содержимому.
Окончательный расчет по итогам рейда с охотниками произвели уже в своей фазенде. Конкретно Максу перепало ни много, ни мало, 8300 реалов: две тысячи обещанных первоначально от имени дона Мигеля, две с половиной тысячи — доля, причитающаяся нашему герою за его часть полученного в качестве платы флайера, 1800 с небольшим хвостиком реалов — за груз первоклассного мяса и две тысячи — премия за все хорошее, по совокупности, от Роберта Кингсли. Ну, или от того же дона Мигеля, если считать официально. Паоло его соратники чуть на запчасти не разобрали от зависти и злости. И напрасно тот приводил довод, что не все вернулись из этого рейда. Остававшиеся дружно сглатывали слюну на не полученные ими тысячи и костерили своего лидера. Кстати, и погибших тоже ему приписали: мол, если бы вылетели всей толпой, то легко отбили бы атаку без лишних потерь.
И снова потянулись обычные для Макса серые будни. Флайер он передал спешно нанятому в Городе пилоту и вновь стал рядовым охотником. Ну, почти рядовым. Аугусто Кабальероса командир разжаловал из старших за то, что тот отказался, как и команда Паоло, от участия в спасательной миссии. Соответственно Макс на вакантную должность попал, на которую он не сильно-то и стремился. Чисто по доходам — так даже проиграл немного. Раньше-то он мог местами с другими охотниками меняться, которые не горели желанием идти в опасные, хоть и сильно доходные рейды, а теперь только со своей командой. Правда, за старшинство полагалась дополнительная премия в 1000 реалов по итогам месяца, но она точно не покрывала выпадающих доходов.
А еще Макс в хлам разругался с Лаурой. С какого-то перепугу она решила, что Макс, сделавший ей тогда дорогой подарок, теперь просто таки обязан делать точно так же и впредь. Потребовала «свою долю» с премии. Специально прикатила к ним в общагу, едва информация прошла, что охотники вернулись с прибытком. Макс тогда вспылил и наговорил девице про других дам, довольствующихся всего лишь десятью реалами за одну встречу. Короче, сравнил с путаной, да еще и не в пользу сеньориты. Смертельная обида на всю жизнь! А спустя какую-то неделю до Ускова и вовсе информация дошла, что Лаура встречалась параллельно с ним еще и со старшим над пастухами — пеонами. Расставание стало окончательным и бесповоротным.
В тот день Макс со своей командой охранял поля, раскинувшиеся, начиная от самых стен асиенды, на десяток километров вглубь саванны. Обычный, ничем не примечательный день. По границам полей мелкие беспилотники сновали, которые, в случае нарушения дикими зверями периметра, передавали сигнал их отряду. Ну, а они уже уничтожали нарушителей. Рутинная работа. Немного мяса, да единичные самоцветы неважнецких размеров в прибыток. Правда, и такие самоцветы Максу за радость. После реального примера физического усиления и освоенной паранормальной ауры ужаса, спасших ему жизнь в атакованной асиенде, Максим горел энтузиазмом по части улучшения своего тела и разума при помощи самоцветов. Выкупал подобную добычу у сокомандников без разговоров.
Смена уже к концу подходила, когда его браском запиликал, извещая о входящем вызове.
— Максим! — Голографическая фигурка той симпатюли из нейроцентра была все такой же аппетитной. Даже еще больше: после расставания с Лаурой новой подруги он так и не завел и бушующие под самым темечком гормоны делали ее еще вдвое краше, чем раньше. — Вы когда-то интересовались насчет комплекса наноботов для улучшения возможностей человеческого организма,… — И, заметив, что собеседник с интересом внимает, продолжила: — я сочла, что вам будет интересно. Подобный комплекс вместе с другими интересными новинками к нам совсем только что доставили.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Великолепно! — Макс не смог скрыть своего ликования. Он в последнее время все чаще задумывался на тему, каким образом ему пристроить накопленные средства с тем, чтобы по окончании срока пребывания им на этой планете, не потерять накопленное в результате нападения тех же пиратов или еще какой напасти, которая, судя по сообщениям в сети, регулярно случается с одинокими космическими путешественниками. — Только могу я поинтересоваться ценой данного комплекса.
— Сто пятьдесят тысяч реалов. — И, увидев задумавшуюся физиономию собеседника, зачастила: мы не можем сделать для вас цену на этот эксклюзивный товар дешевле, она нам спущена из центрального офиса, зато можем в качестве бонуса предложить дополнительную программу для данных наноботов.
Ну, да, ну, да! Наноботы — товар полностью учетный, а вот программы — всего лишь поток информации на носителе, который и не расходуется вовсе. Кстати, Максиму внезапно в голову одна идея пришла, а ведь, возможно, есть какая-нибудь лазейка, чтобы подобную информацию, включая нейроглифы, подешевле покупать.
— Непременно приобрету у вас такой комплекс при одном условии. — Закинул он удочку. — Вы согласитесь со мной отужинать в одном из ресторанов Города на ваш выбор. — И, дождавшись согласия девушки и получения контакта ее личного кома, погасил голограмму.
И всеми фибрами души внезапно ощутил сгустившееся на нем молчаливое внимание своих товарищей по команде.
— Что? — Поинтересовался он, окидывая взглядом заинтересованные лица. — Ведь, правда же, красавица! Я ее еще в первый раз заприметил.
Но лица однокомандников продолжали выражать эпичное офигевание. Вот буквально тут, рядом с ними, жил и работал человек, способный одним движением руки, даже нет, одним словом «Оплатить», расстаться с такой, почти астрономической для данной планеты суммой.
Неудивительно, что когда Максим пришел к командиру в придачу к послезавтрашнему выходному дополнительно еще просить увольнение на завтрашний день (Это еще одно неудобство новой должности: старший команды должен быть в доступности 24 часа в сутки), то разговор зашел именно о таинственном комплексе современных информационных и нанотехнологий. Причем, чувствовалось, Кингсли не только из чистого любопытства интересовался, на себя примерял.
Увольнение было дано, и Усков немедленно связался с девушкой. Кстати, к стыду своему он так и не узнал ее имени, все на вы обращался. Девица с удовольствием согласилась. Смена у нее в три заканчивалась, Макс должен был просто на выходе из нейроцентра ее встречать.
В Город прилетел с утра, просто флайер именно в это время сюда по делам обычно летал. Пришлось изобретать, чем можно свободное время занять. Решил… поискать в Городе Российское консульство. Или представителя Империи, если быть точнее. До консульства данная колония еще по количеству населения сильно не дотягивала, но вот представитель на каждой человеческой колонии по закону, принятому в Российской Империи, присутствовать обязан. Мало ли, соотечественник в беду попадет.
Представителя Империи отыскал без сильных затруднений. Это раньше поговорка актуальна была: «язык до Киева доведет», к настоящему времени поговорка трансформировалась в более современное: «Браском путь проложит». Вот и стучался уже вскоре наш герой в дверь внешне ничем не примечательного здания. Даже вывески, извещающей, что здешний представитель готов помочь соотечественникам, не было.
Облеченный доверием российской власти соотечественник был могуч, волосат и за десяток шагов шибал перегаром.
— Чего надо? — Неприветливо поинтересовался он на чистом испанском.
— Я русский гражданин, захваченный райхами во время боевых действий в плен. — Принялся излагать свою историю Усков.
— Хм. Ты сам подписал с корпорацией «Звездные просторы» соглашение, согласно которому должен отработать на планете за предоставленную тебе базу пять лет. Чего же ты от меня хочешь? — Немедленно открестился от оказания какой-либо конкретной помощи представитель уже на русском. Даже название корпорации перевел. — Вот закончится срок твоего договора, тогда приходи. Возможно, и смогу тебе помочь. А сейчас ссориться ради одного тебя с союзниками никто не будет.– И соотечественник с безучастным выражением лица вновь распахнул дверь своего жилища, предлагая назойливому попрошайке удалиться восвояси подобру, поздорову.
