После взаимных приветствий и расшаркиваний управляющий, пожилой упитанный дядечка с очень хитрыми глазками, сразу взял быка за рога:
— Мой кабинет полностью свободен от камер наблюдения, поэтому можем говорить свободно. — Управляющий сделал эффектную паузу и, не дождавшись видимой реакции от собеседника, продолжил: — сеньор Усков, Мария передала мне ваши предложения. Скажем так, предварительно я согласен. Но все же предлагаемая вами сумма недостаточна, чтобы установить вам наноботы, на которых были бы закачены все имеющиеся в нашем распоряжении программы для них. Может быть, вы не в курсе, но общая стоимость всех программ по официальному прайс-листу составляет восемьсот двадцать две тысячи реалов. Я предлагаю вам выбрать наиболее вам необходимые на общую сумму… м-м-м…, скажем, втрое большую, по сравнению с суммой предлагаемой вами.
Откуда такая гигантская сумма? Макс, когда когда-то приценивался к нанитам с программами для них, просуммировал стоимость программ. Тогда у него вышло что-то порядка четырехсот тысяч. Новые программы появились? Или просто наценка вдвое за дальность доставки? Надо разбираться. Все равно ему пришлось бы делать это. Раз не получается все сразу забрать, нужно будет выбирать наиболее важные и полезные ему лично.
— Могу я поинтересоваться предлагаемыми вами программами с описанием эффектов от их использования. — Вот! Можно сказать вывернулся. В сети все прайсы на товары и услуги «Нейрона» выложены, только он отчего-то решил, что все и так, из прошлого ознакомления, еще на Афине, знает, словно никаких новшеств за прошедшее время в этой области и появиться не могло. Но в сети только названия с ценой, описание действия наноботов, следующих данной программе, — это отдельный момент, его там выложено не было. Этот момент был оставлен для непосредственного общения потенциальных покупателей с менеджерами корпорации.
— Да, конечно. — Без споров согласился управляющий.
Браском Максима пискнул, извещая о входящей информации. Макс надолго завис, изучая предложенное. Хотелось, конечно же, все. Но кое-что гораздо сильнее всего прочего. Начал прикидывать. По самому минимуму выходило, что надо иметь сумму примерно вдвое большую по сравнению с его семьюдесятью тысячами, которыми он располагал на данный момент (было вообще шестьдесят две, но десятку занял по кому у Роберто, благо у него было, и он не отказал). У кого бы еще занять? Разве что у Кингсли…. Если даст, конечно. Они в неплохих отношениях, но все же не настолько близки, чтобы категорично рассчитывать на большой кредит с его стороны. И тут в голову пришла шальная идея.
— Скажите, а много вам таких нанокомплексов поставили на продажу?
— Всего два. В центре огромные сомнения, что и их мы сможем продать. Планета только недавно переданная под колонизацию, производств нет, народа мало, да и тот нищий. А у кого деньги все же есть, тратят их на более неотложные для них нужды. — Похоже, Макс своим вопросом наступил на любимую мозоль. Вон, с каким горестным видом дядечка вещает.
— А если я смогу обеспечить вам продажу и второго комплекса, да еще подговорить своего товарища, точно так же приобрести ваши программы из-под полы?
В глазах собеседника немедленно разгорелся интерес.
— Думаю, в таком случае я смог был увеличить стоимость устанавливаемых вам программ за ваши семьдесят две тысячи реалов до… скажем трехсот тысяч.
— Четыреста две и, надеюсь, второй покупатель появится у вас в офисе еще до вечера.
— Но программы мы вам установим только после его явки.
— Заметано. — Макс наскоро попрощался с управляющим и Марией и помчался на выход. С Кингсли можно было, конечно, пообщаться и не выходя из офиса, но лучше все же это делать без заинтересованных свидетелей.
— Утречка, командир! — Поприветствовал он своего старшего товарища, едва голограмма Роберта возникла перед его лицом.
— И тебе привет, лодырь! — Поздоровался с ним начальник. — Вовремя ты, я только отдохнуть присел. Вот почему я, старый и заслуженный, должен контролировать охрану полей взамен своего младшего товарища.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— А оторваться от дел и прилететь прямо сейчас в город сможешь? — Задал вопрос Усков, хитренько так улыбаясь.
— Это еще зачем?
— Я тут с одной красивой девчонкой познакомился. Марией зовут. Просто прелесть, а не девчонка.
— Чего это ты мне ее расхваливаешь? — Подозрительно уставился Роберт на расшалившегося подчиненного. — Познакомился, так и любись с ней сам.
— Это само собой. А если я дополнительно скажу, что она в «Нейроне» менеджером работает?
— Это ты намекаешь….
— Не намекаю, а прямо говорю. У нее есть возможность договориться закачать на комплекс наноботов все их дополнительные программы за треть стоимости. Правда, сам комплекс придется покупать за полную цену. Тут их всего два экземпляра… вернее, уже один единственный.
— Хм. — Задумался Кингсли. Ты парень умный. Неужто в самом деле оно того стоит, такие деньжищи за этот комплекс выкладывать? Вон, те же самоцветы ведь способны помочь того же самого достичь. Причем, за куда меньшие деньги.
— Так оно. — Согласился с начальником Макс. — Да только не совсем. Кристаллы не способны жизнь вдвое-втрое продлить в отличие от наноботов.
— Э… ты точно в этом уверен?
— Я же не ученый. Это они несколько лет назад, когда хвастались о своих достижениях, такое пообещали журналистам. Старость — это что-то там связанное с деградацией соединительной ткани. А тут к нанитам целая программа почти с таким же названием предлагается. Правда, там для лечения эффектов старости еще и улучшение деятельности коры головного мозга предлагалось, восстановление работы желез внутренней секреции и еще что-то из других программ.
— Уговорил, черт языкастый. Сколько там все вместе это удовольствие стоить будет с учетом обещанной скидки?
— Сущие гроши. И полумиллиона не наберется.
— Эк!... — Крякнул Роберт, пораженный затребованной суммой. Но очень быстро отмер. Махнул рукой. — Согласен. Лечу.
— И поторопись. В самом деле, последний комплекс остался. — Успел ввернуть последнюю фразу наш герой до того, как погасло изображение командира.
Для внедрения комплекса наноботов в «Нейроне» Макса уложили в какую-то сильно навороченную капсулу, похожую на помесь хрустального гроба с аппаратом для проведения МРТ. Проходил как-то раз Максим подобную процедуру в прошлой жизни. Ощущения непередаваемые. И не знал до той поры, что у него клаустрофобия развита. Слава богу, что тут, прежде чем поместить в замкнутое пространство, пациента сначала милосердно усыпляют.
Очнулся. Не сразу понял, где он и на каком свете находится. А техник, ответственный за проведенную операцию уже торопит.
— Одевайтесь. Вас управляющий ждет в своем кабинете.
Интересно, что ему еще надо? Вроде, все программы, нужные к установке, они с ним обговорили заранее, еще когда дожидались окончания установки наноботов Роберту. Всего девять программ:
«Восстановление дегенерации соединительной ткани» — это бонусная, не в счет оплаты;
«Органы чувств. Приведение к расчетному идеалу»;
«Костно-суставная система. Укрепление»;
«Мышечная система. Усиление»;
«Железы внутренней секреции. Приведение к расчетному идеалу»;
«Нервные волокна. Прокладка дополнительных скоростных трактов»;
«Сердечно-сосудистая система. Приведение к динамическому идеалу»;
«Пищеварительная система. Дополнительные возможности»;
«Головной мозг. Создание дополнительных расчетных центров».
К продаже предлагались еще и другие, такие как «Кожные покровы. Укрепление» или, к примеру, центры, нейтрализующие токсины или обеспечивающие выживание в условиях недостатка кислорода, но они не были такими уж необходимыми. Те же кожные покровы… Макс искренне сомневался, что их хотя бы в теории возможно укрепить настолько, чтобы противостоять атаке завров. Да и какая польза от невредимой кожи, если органы прикрытые ею будут всмятку после удара с силой в несколько тонн.
