— Да уж, лучше бы ты бросил его умирать, — честно сказал Влад. — Ты в курсе, что недавно твой подопечный вырезал весь клан Нетопырей?
— Целый клан? — казалось, Бенедикт не слишком удивлён этой новостью. Он устало откинул голову на спинку кресла. — Он становится сильнее. Что с Андреем?
— Убит, — кратко отозвался Альберт. — Выжила лишь его ученица, Марина Нетопырь. А ещё он убил Богдана.
— Мне очень жаль, — прошептал Бенедикт. — Сначала Тадеуш, потом Богдан, и вот ты остался последним, Альберт. А ведь я помню вас всех троих ещё новичками. Что вы только не вытворяли в то время! Я уж думал, не остережётесь, так и сложите свои буйные головы.
— А ты уже тогда был ворчливым старым дедом, — лицо Альберта осветила непривычно мягкая улыбка. Влад вытаращил глаза.
— Старым?! Он уже во времена Штефана был старым?! Сколько же тебе лет, дед?
Бледные старческие губы насмешливо изогнулись, и Владу вновь показалось, что слепые глаза смотрят прямо на него.
— Я помню ещё Владислава из клана Дракона, обратившего Штефана.
Влад открыл рот. Какой ещё Владислав из клана Дракона? Он и названия такого-то не слышал!
— По легенде клан Дракона — первый из вампирских кланов, из которого произошли все остальные. Он исчез с лица земли много веков назад, — вполголоса объяснил Альберт, поймав недоумённый взгляд брата. Влад слабо кивнул, всё ещё не в состоянии переварить эту мысль. Клан Дракона! Это что же, все его члены обращались в драконов? Влад попытался представить себе огромную зелёную рептилию с гигантскими крыльями, как у летучей мыши. Вышло не очень.
— Я думал, Штефан из клана Чёрной Крысы. Он ведь обратил Михаэля Чёрную Крысу, — заметил он. Бенедикт засмеялся.
— Вот тебе пример того же самого случая, что и с Игорем. Михаэль был первой Чёрной Крысой и создал этот клан с нуля.
— А его, значит, во время обращения крыса укусила? — вполголоса пробормотал Влад. Альберт сурово зыркнул на него, мол, будешь насмехаться над моим кланом, получишь по шее, и Влад предпочёл заткнуться. Бенедикт вновь засмеялся.
— Так что с Игорем? — резкий голос Альберта прервал его затянувшийся смех. — Все кланы объединились против Кобр. Рыжие Пауки тоже должны помочь. Игорь — это твоя ошибка, Бенедикт.
Слепой вампир потянулся с неожиданной грацией для своего старческого тела и слегка пошевелил одну из нитей паутины, ту, что вела в сторону двери. Буквально через мгновение в комнату зашёл Доминик.
— Что прикажите, мой господин? — спросил он с таким почтением в голосе, что, пожалуй, ему оставалось лишь опуститься на одно колено.
— Позови ко мне Франциска, — проскрипел его господин.
— Франциска? — переспросил Альберт, едва за Домиником закрылась дверь. Его идеально изогнутые угольные брови нахмурились, и Влад догадался, что брату знакомо это имя. В отличие от него. Чёрт, с момента встречи с Рыжими Пауками он всё острее чувствовал себя так, будто приехал из какой-то глухой провинции! Ну почему Тадеуш ему о стольком не рассказывал?!
— Тебя что-то не устраивает? — нарочито спокойно поинтересовался Бенедикт. — Франциск хорошо знает Игоря и его повадки. Он старый и сильный вампир. К тому же думаю, ваше знакомство поможет наладить сотрудничество. Я не прав?
— Прав, — кисло ответил Альберт.
Дубовая дверь резко распахнулась. Пронизывающий, как ледяной северный ветер, голос наполнил комнату.
— Вы звали, учитель?
Влад резко обернулся. На пороге, заполнив собой весь дверной проём, стоял высокий вампир, несмотря на теплоту летней ночи, закутанный в длинный чёрный плащ. Его вороные волосы обрамляли мертвенно бледное лицо и падали на плечи, в точности как у Доминика. Губы своей краснотой могли поспорить с рубинами. А глаза были светло-серыми, холодными и блестящими, как серебро, и такими же опасными.
А про его возраст можно и не говорить. Неужели в клане Рыжих Пауков держат одних стариков? Достаточно сказать, что этот вампир явно старше Альберта.
— А, вот и ты, — Бенедикт лучился улыбкой, словно добрый дедушка перед горячо любимыми внуками. — Что ж, как там вы, молодёжь, говорите? Теперь вы работаете в одной команде, ребята. Пожмите друг другу руки.
Вампир вопросительно посмотрел на своего лидера и перевёл взгляд на Альберта. Его жуткие серебряные глаза ничего не выражали. Он протянул вперёд свою бледную ухоженную руку с аккуратными розовыми ногтями, и Влад с изумлением заметил на его запястье тончайшую женскую цепочку, украшенную шариками из бирюзы. Серебряную цепочку.
— Привет, Франциск, — Альберт без энтузиазма ответил на рукопожатие. На его лице появилась гримаса, как будто ему только что запихнули в горло чеснок и заставили запить святой водой.
Лицо Франциска медленно скривилось в похожее выражение.
Аркан IX
Умеренность
Зайдя как-то ночью в комнату к Альберту, Тони обнаружил Лин сидящей на кровати, скрестив ноги, и сосредоточенно сопящей над раскиданными на покрывале картами. Её светлые волосы свесились на лицо, закрывая глаза и нос, и видно было лишь кончик розового языка, высунувшегося от напряжения на краешек губы. Присмотревшись внимательнее к хаотично разложенным картам, Тони решил, что изначально эта фигура должна была обозначать компас, но вместо этого она напоминала развалившийся карточный домик.
— Итак, какой у нас прогноз на будущее? — насмешливо спросил он, присаживаясь на краешек кровати. Лин сдула со лба назойливую прядь и подняла на него серьёзный взгляд голубых глаз.
— Это не смешно, — заявила она. — Я пытаюсь растолковать свой сон. И пока ничего хорошего будущее не сулит.
Тони всмотрелся в ближайшую карту. На мрачном фиолетовом фоне возвышалась башня со средневековыми узкими окнами и бойницами. Небо над ней покрывали чёрные грозовые тучи, и одна молния попала прямо в вершину башни, расколов её надвое. Двое человечков, настолько мелких, что невозможно было различить, мужчины это или женщины, застыли в падении, нелепо и трагично раскинув руки. Тот факт, что карты были старинными и потрёпанными (это была Альбертовская колода), только добавлял картине мрачности.
Тони протянул руку, чтобы поправить карту и разглядеть человечков получше, но Лин со скоростью молнии шлёпнула его по руке.
— Ауч! За что?!
— Не касайся! — сердито рявкнула ведьма. — Примета плохая. Колоды Таро не должен касаться никто, кроме её гадалки. Конечно, это — суеверие, но бабушка всегда говорила: не стоит недооценивать приметы.
Тони уже хотел огрызнуться насчёт всех этих дурацких примет и в особенности её бабушки, но вспомнил слова Иоанны. Она ведь предупреждала его, что девушки в положении Лин иногда ведут себя неадекватно без всякой причины и не стоит лишний раз их провоцировать. Чёрт их знает, этих беременных! Мало ли какой фокус они выкинут в следующую секунду?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
