шрамы, гладить их пальцами – не отталкивает, хотя вообще такое сильное уродство должно вызывать отвращение. Она же, напротив, притягательна – странно…
Узнать причину этой притягательности теперь необычайно хотелось, потому что он невольно стал её жертвой. Оказывается, так – стал жертвой?..
Он поцеловал Марису, хотел оставить на её губах быстрый поцелуй, а получился долгий и вкусный, так, что в висках застучало. И она не была безучастной, ответила сразу.
– Ты прежде часто целовалась? – спросил раньше, чем подумал.
– Милорд? – в её глазах застыло искреннее изумление. – С кем бы я могла?..
Да хоть с кем – подумал он.
Нехотя отстранился, вышел из башни наружу. Занялся лошадью – распряг, напоил согревшейся водой, что заранее достал из колодца, спутал ноги и пустил на траву. И вот что надо ещё…
Ивин повернул тонкое кольцо на пальце – вокруг закружился серый мотылёк, и сел на протянутую ладонь. Ивин шепнул мотыльку:
– Завтра утром там же.
Придется Льен помочь ему ещё немного.
Марису он застал на скамеечке в бархатном халате, она читала, страницы перелистывала осторожно, еле прикасаясь пальцами. Пальцем по страницам не водила и губами не шептала, как делали многие служанки в замке. Она читала так, словно это было для нее привычным и естественным занятием. Собственно, он уже отметил, что и разговаривает она не как полуграмотная селянка, теперь понятно почему. И это – сирота, которую воспитывают из милости. Точно шкатулка с секретом.
– Милорд? – она подняла на него взгляд, – простите. Мне можно? – показала на книгу.
– Конечно, суп варить пока не из чего, – пошутил он. – Вижу, тебе здесь нравится.
– Это чудесное место, милорд – согласилась она серьезно, – не надо работать и можно сколько угодно читать. Летом на это нет времени. Да и библиотеки отца Эвола больше нет.
– Там в верхней комнате ещё есть книги, – он показал пальцем на потолок. – Бери какие хочешь.
– Спасибо, милорд! – она радостно улыбнулась.
А ему нравилось, что она радуется. Хотя радовалась Мариса не ему, и вообще…
Чтобы чем-то заняться, Ивин сел и дверей и принялся чистить своё охотничье с ружьё с кремневым замком, привезённое как-то по случаю. На ружье имелся амулет-глушилка, делающий выстрел бесшумным – сейчас это ценно. Обещание добыть дичь было серьезным, им тут понадобится свежая горячая еда. Привычная работа не отвлекала от мыслей…
Он даже не думал, с их первой встречи, как сама Мариса к нему отнеслась? Его к ней потянуло, захотелось взять себе, а она что? Она его боялась меньше, чем графа Финерваута? Он немного привлекательнее её мужа?..
Это было обидно. Даже раздражало. Хотелось, чтобы Мариса полюбила его без памяти. Вопрос – зачем? Жениться на ней нельзя. Из неё получится любовница на время. Странный каприз, потому что даже не похвалишься – каждый мужчина не прочь похвалиться лишь красивой женщиной. Итак – зачем? Надо отпустить её к мужу. И хорошо бы граф отправил сестру Валину в Гарратен – хоть какой-то результат, но пока и его не видно. А Мариса…
Ну не хотел Ивин отдавать её лавочнику! Не мог. С души воротило от этой мысли.
Следовало разобраться в её влиянии на мужчин, и на Ивина конкретно. Он ведь видел, что девушка держит себя смело и без подобострастия – в отличие от многих деревенских женщин. И о нём волнуется больше, чем о себе – это вообще непонятно. Свалить всю вину на него ей ещё умудриться надо. Муж и его семья разозлятся и вообще не примут её отговорки…
Жалуется, что к ней плохо отнеслась леди, а потом и хозяйка трактира? Это как раз объяснимо, спонтанные женские чары хорошо влияют на мужчин, но им слабо подвластны женщины. Это Ивин помнил из курса «Основы природного колдовства» в академии, который преподавала потрясающей красоты колдунья, присланная из Цитадели. Судя по тому, что прописные разгильдяи слушали её раскрыв рот – она пользовалась своим искусством.
Мариса не боится, потому что знает о своём влиянии?..
Её шаги он услышал, оглянулся. Сразу заметил, что она хромает больше обычного. Отложил ружье, встал.
– Что у тебя с ногой?
– Ступила неудачно. Пустяки, милорд, – она с любопытством смотрела на ружье, на его перепачканные руки и тряпку в ружейной смазке, и на пятно на его тонкой белой рубашке. – Вы делаете это сами?
– Что тебя удивляет? – он поймал её взгляд.
– Думала, что лорды не умеют делать чёрную работу, у них слуги для этого.
– Многие умеют, а колдуны так вообще умеют всё. Заклинания лучше применяются к делам, которые умеешь делать руками, – пояснил он. – К амулетам это не относится, конечно.
– Я не знала, – она серьезно кивнула. – Но если вы умеете делать эту работу колдовством, почему не пользуетесь?
– Потому что, любопытная кошка, я истратил силу на чайник. Поскольку у меня её не много, приходится обходиться, – это было признание в неосторожности.
Он сам не понял, зачем кипятил руками тот чайник. Хотел удивить Марис, может быть?..
– Значит, и огонь не зажжёте? – огорчённо вздохнула она.
– У меня ещё есть амулет, – буркнул он. – Сейчас растоплю печь.
До вечера он избегал Марису. Её это, похоже, не огорчало, она поднялась в верхнюю комнату и принесла себе оттуда ещё книг, и до сумерек увлечённо читала, сидя у окна в башне. Потом умылась у колодца и забралась в постель.
Ивин разделся до пояса и вылил на себя целое ведро ледяной воды. Когда вытирался, появился мотылёк, покружил и сел ему на плечо.
«Я приду конечно», – тихонько сказал рядом голос Льен.
Он и не сомневался, что она придёт.
Холодная вода взбодрила, и… захотелось под одеяло к Марисе. В башне не было не только второй кровати, но и второго одеяла. Ивин подумал об этом и обрадовался – причины избегать Марису сразу померкли и отодвинулись. Её спонтанные чары? Да бросьте. Им надо выспаться.
Она отодвинулась как можно дальше, когда он лег в постель.
– Не убегай. Будем спать, – он обнял девушку, зарылся лицом в её волосы, поцеловал в шею, ощутив губами бьющуюся жилку. Одеяло обняло обоих тёплым коконом, и действительно – спать…
Глава 11. Повод познакомиться поближе
Ивин проснулся и обнаружил, что Мариса уже встала и что-то делает
