Читаем без скачивания Дерьмовый меч. - Анна Браславская

- Я выплакал свои глаза, - поклонился прекрасный эльф, обнимая руками меня всю.

И я пала в его объятья.

Потуга двадцать седьмая

 И тут же выпала из них.

- А почему ты один? Где все?

- Разве тебе мало меня, моя королева? - изумился Розамунд. - Боже мой, вот это аппетиты!

- Но ты же обещал... по свистку весь твой народ... как только, так сразу... - жалко залепетала я, как последняя тефтелькоподавательница.

- Ах, э-э-это... - протянул Розамунд и даже вроде бы покраснел. Или мне только показалось, что покраснел? В темноте темницы и не такое примерещится. - Да, ты же не в курсе МОИХ дел. - Он произнес "МОИХ" с такой обидой, словно мы с ним уже лет двадцать как женаты и я ни разу не дослушала его рассказ о последнем футбольном матче. - У нас гражданская война.

- Знаю! - рявкнула я. - Именно поэтому мне и нужна подмога!

- Да не у вас, а у нас! - рявкнул мой герой в ответ. - У нас, у эльфов!

- Что, опять король Ахрендир разводится с королевой Ахрениэлью? - тоскливо заныла Менька. - И шо вы таки не успокоитесь никак? Каждые сто лет - опочки! - опять Ахрениэль застукала Ахрендира во время очередной межрасовой оргии и уехала к мамочке, в Земли Первозданных Переизбранных. И вот ви снова делите свое имущество, теряя тридцать прОцентов казны на выплатах адвокатам и десять прОцентов на растаможке при перевозке грузов. Потом миритесь и женитесь уж не помню по какому разу - и вертай все взад, с растаможкой же...

- Ибо сказано в великой книге Исход-из-спальни: "Эльф да прилепится к жене своей навечно и да пребудет прилепленным и прискорбным во тьме веков", - как-то без энтузиазма поддакнул Розамунд. - Мене-Текел-Фарес, родная, ты же понимаешь, не от хорошей жизни я в леса подался. Надоело по судам таскаться, пока решают, с кем дети останутся.

- Дети? - изумилась я. - Какие дети? У тебя что, есть...

Темница покачнулась и раздвоилась. При мысли о толпе малолетних розамундиков и прелестной белокурой жене-эльфийке глаза мои непроизвольно съехались к носу.

- Да нет, нет! - досадливо отмахнулся Розамунд, по-прежнему обнимая меня обеими руками. - Дети - это я и мои братья-сестры. Мы числимся детьми до трехтысячелетнего возраста. Я по эльфийским меркам - недееспособный подросток.

Ничего себе! То есть я сейчас занимаюсь растлением малолетних? Я осторожно высвободилась из подростковых объятий. Мало ли что... Доказывай потом... эльфийскому суду.

- Значит, никаких эльфийских отрядов на подмогу не придет? - с тоской спросил Лассаль.

- Не-а! - беспечно покачал головой могучий малолетка. - Все сейчас за королевской четой следят, кто за папеньку болеет, кто за маменьку. Ставки делают, группы поддержки тренируют, шарфы болельщицкие вяжут. Развлечений у эльфов немного, каждый развод, каждая смута - праздник.

- А нас, значитца, побоку? - хмуро вопросил Гаттер.

- Ну я ж пришел! - недоуменно развел руками принц.

- Тьфубля! - только и ответили мы нестройным хором.

- Ребята, ну что вы как эти... - принялся канючить Розамунд. - Щас что-нибудь придумаем, вытащим вас отсюда, к нам в леса отведем, покормим.

- Не хочу!!! - взвыла я. - Не хочу больше ни в леса, ни в пустыню, ни в горы, ни в пещеры! Ты хоть понимаешь, обалдуй остроухий, чего девушке надо? Я знаешь, когда в последний раз ванну принимала? Знаешь, когда ела по-человечески? Как у меня жо... мышцы от верховой езды болят? Я в мире людей лучше жила! У меня была своя квартира! А в квартире - два сортира! А тут... то кусты, то пески, то будочка на заднем дворе! Я насквозь провоняла этим вашим... артефактом!!! - и я с силой шарахнула об стену Дерьмовым мечом. Меч заорал, а стена расступилась. За нею открылся потайной проход, уводящий куда-то в уже знакомую душную темноту.

Не смотря на мой вопль "Нипайду-нипайду-нипайдушеньки!!!" меня на руках вынесли из темницы и потащили вглубь пещер.

"Если на гномов каких наткнемся, точно сдохну!" - пообещала я себе и оскорбленно сложила руки на груди. Вот пусть несут, пусть. А сама я больше шагу не сделаю, гори оно все синим пламенем. У меня, итить их всех факом, собственная гордость имеется. Королевская. Хотите, чтоб я вас завоевала и на троне воцарилась - создайте условия. А то ортоклазами тушку облепили, вонючку гнутую в руки дали - и готово дело, можно мной из города в город, из эпохи в эпоху в боулинг играть. Не-е-ет, товарищи дорогия, так не пойдет. Не пойдет так!

И тут моя тушка со всего размаху пропахала ортоклазами потолок. Хорошо, что мой выдающийся, защищенный бронелифчиком бюст оказался самой высокой точкой периметра меня. Иначе подданные, несущие меня на вытянутых вверх руках, вынуждены были бы в дальнейшем довольствоваться безносой королевой.

- Стой! Стой, кому говорю! Я слезу! - завизжала я, забыв о намерении больше не ходить своими ногами никуда, если там для меня не приготовлено достаточное количество сортиров, ванных, душевых и столовых.

Менька и Розамунд обменялись хитрыми взглядами и тайным рукопожатием. Но я демонстративно сделала вид, что не заметила. Спрыгнув на пол и оглядевшись, вздохнула. Потом закрыла глаза. Потом открыла. Мало что изменилось. Если не считать фосфоресцирующих глаз Мене-Текел-Фарес и Розамунда, да отблесков на моих ортоклазах, источников света было... не было. Говорят, под горой надо ориентироваться по движениям воздуха. То есть идти в сторону сквозняка. Тут сквозило отовсюду. И идти, соответственно, можно было во все стороны. А потом вернуться обратно в камеру. Авось перед казнью покормят и обмылок дадут. С веревкой в комплекте.

- Сейчас-сейчас! - деловито заявил Розамунд и потащил к себе мешок, с которым Гаттер не расставался с момента выхода из эльфийского леса. Гаттер сопел, пинался и мешок не отпускал. - Дай, а то как дам! - Эльф наконец-то выдрал емкость с артефактами из ручонок юного Поппи и с головой погрузился в недра мешка. - Все тебе будет, любимая...

Он назвал меня "любимой", я не ослышалась? И это после того, как рухнула моя надежда на то, что его войско освободит мою столицу и возведет меня на престол предков? Да как он смел? Нахал! Я довольно улыбнулась.

- Ага, Исказитель Мыслей и Пространства, На-ходу-подметкоотрыватель, неисправный, Восстановитель Девственности, кхм, помыслов, Депутатская Неприкасаемость, неработающий...

- Как неработающий? - жалобно взвизгнул Лассаль. - Я ж его на себе... через три решетки... Миииааауууоооййй! То есть йооопт!

- Драконий манок, под горой не ловит, - продолжал Розамунд, не обращая внимание на кошачий мяв, - отворотное зелье, срок годности на исходе...

- Блин, а что ж мы тогда из мешка выудили? - забормотал Гаттер.

- Взрыватель Тронных залов, - мрачно пробурчала Менька.

- А-а-а, вот он! - Розамунд вынырнул, встрепанный, но довольный, держа в руке что-то сильно напоминающее еловую шишку.

- И на что она? - кисло поинтересовалась я. - Разве что Галоперидолу в задницу засунуть?

- Откуда ты знаешь? - восхитился эльф. Я поморщилась. Еще и насмехается. - Это Детектор Врагов. Он сам ведет тебя кратчайшей дорогой к тайному убежищу врага и там с первой космической ввинчивается в... ну, в общем, куда ты сказала.

- Ну и куда он указывает? - кисло поинтересовалась я.

Розамунд, прошептав по-эльфийски древнее заклинание "Покажи мне задницу врага моего" со всей дури запулил шишкой в темноту. В темноте ойкнуло. Мы, не сговариваясь, на рысях кинулись на звук. Первым поспел Лассаль, видящий в темноте как... кот. Мы подбежали к распростертому телу, на котором мой котяра танцевал лезгинку на цыпочках... то есть на когтях. Тело повизгивало и подергивалось.

- Опять ты, Цефалоанал, - вздохнула я. - Ну что, снова будешь врать, что тебя принудили, шантажировали и использовали? Сейчас тебя Детектором Врагов, гм, используют, если ты нас в тайное убежище Галоперидола не отведешь.

- А я что, я разве возражал? - заныл мой бывший царедворец. - Я и так шел вам на помощь, ваше величество, ось заплутал трошки.

Вот предатель! Предал меня, предал Галоперидола, потом опять меня, потом опять Галоперидола... И прервать эту цепь предательств может только Дерьмовый меч! Заодно и похмелится.

Видимо, Цефалоанал прочел неотвратимую судьбу свою в моем истинно королевском взоре и тоскливо свесил голову почти до самого хвоста.

- Не надо гневаться, ваше величество. Я просто иду по стопам своих предков. Вы следуете по стопам своих, я - своих. Цефалоаналы - род придворных предателей. Всем королевским семьям известна такса, по которой мы продаемся и перепродаемся. Всегда так было и всегда будет. Ваш отец - не первый король, которому я служил и которого предал.

- Ну ты урод! Я восхищаюсь тобой! - брякнул Розамунд голосом Джонни Деппа.

А Цефалоанал лишь вяло махнул рукой и потрусил куда-то в боковой тоннель. Мы, естественно, побрели следом. Без всякого, надо сказать, удовольствия.

Снова дверка. Практически такая же, как в прошлый раз. Полутемная комната и в темноте - железная койка самого спартанского вида. Тумбочка, лампа с зеленым абажуром, стакан воды, накрытый солдатским сухарем. Ты куда нас привел, предатель?!! Обратно в темницу, в камеру к еще одному несчастному? Но человек, лежащий на койке лицом к стене, обернулся и сел рывком, щурясь от света лампы.