то отчужденно. Раскатистым басом, громко читал стихи Владимир Маяковский, хорошо интонируя их. Но никто не читал свои стихи так, как Сергей Есенин. Есенин был одним из тех, в ком рядом с поэтом живет актер, для кого «важно не только слово написанное, но и слово звучащее» [216]. По свидетельству современников, он читал «превосходно, очень выразительно и напевно, подчеркивая музыку стиха»; «это была сама жизнь. Есенин, очевидно, знал об этом магическом даре, который вложила в него природа. <…> Есенин не читал стихи, но поистине изливался в стихах, превращаясь в какого-то другого человека, словно в саму поэзию…»[217].
В те годы многие поэты с успехом выступали на митингах, в клубах, цехах, на эстраде. Илья Сельвинский, например, «отлично читавший свои стихи, иногда напевавший их <…> с неизменным успехом выступал… на эстраде», и в этом отношении, по мнению Л. Озерова, он «был предшественником современных бардов. Стих тянулся к мелодии, мелодия шла навстречу стиху»[218].
Последующие, 1920–1930 годы охарактеризовались бурным расцветом массовой лирической песни, отражавшей основные направления литературы этого периода: пафос социалистического созидания, «неуемную радость бытия» и т. д. Конечно, массовая песня была ответом на своеобразный социальный заказ, сформулированный М. Горьким на Первом Всесоюзном съезде писателей, где он призвал активно работать над созданием народных песен. Этот призыв был подкреплен несколькими конкурсами на лучшую массовую песню, которые были организованы в 1936 году редакцией газеты «Правда» совместно с Союзом писателей и Союзом композиторов. Однако массовая песня не отвечала (да и не могла отвечать именно в силу своей декларативности, дидактичности и экстравертности) потребности людей в задушевной лирической песне. Альтернативой ей в эти годы становится песня эстрадная, рассчитанная на возбуждение именно личных, интимных струн души. Причем по степени популярности и признания она ничуть не уступает песне массовой. Подлинным триумфом эстрадной песни становится творчество Леонида Утесова, Клавдии Шульженко, Петра Лещенко, Изабеллы Юрьевой и др. У каждого из них была своя особенность, соответствующая личности и индивидуальности исполнителя. Но были и общие характерные черты, определяющие в значительной степени их успех: относительная простота и доступность содержания песен, мелодичность и несложность сопровождения, искренность и задушевность манеры исполнения. Безусловно, эти песни были ближе массовому слушателю именно благодаря своей задушевности и лиричности.
В годы Великой Отечественной войны поэзия (в т. ч. песенная) играет главенствующую роль. Появляется множество патриотических, агитационных песен. Их отличает единство общественной установки автора текста и музыки — поднять дух людей, усилить патриотические чувства, вселить веру в победу. И, надо сказать, эти песни полностью выполняли свое назначение и становились по-настоящему популярны. Такова история песни «Священная война». Конечно, как и всякое значимое социально-культурное явление, она обросла легендами и мифами.
Ни у кого не вызывает сомнений, что это одна из самых ярких патриотических песен Великой Отечественной и, пожалуй, единственная в своем роде. История создания «Священной войны» началась со стихов Василия Лебедева-Кумача, написанных в ночь с 22 на 23 июня 1941 года и опубликованных в «Известиях» и «Красной звезде» уже на третий день войны — 24 июня. Однако, по свидетельству поэта Евгения Долматовского, написаны они были еще раньше — накануне вероломного нападения фашистов на Советский Союз под впечатлением от просмотра кадров кинохроники с бомбежками городов Европы[219].
Руководитель Краснознаменного ансамбля песни и пляски Красной Армии Александр Александров, увидев в газете стихи с названием «Священная война», написал к ним музыку. И уже 26 июня 1941 года песня звучала на Белорусском вокзале, откуда отправлялись на фронт тысячи солдат. В то же время, несмотря на очевидную народность и силу эмоционального воздействия, повсеместно исполняться она стала не сразу: руководство страны посчитало ее слишком «трагичной», ведь речь в ней идет о «смертном бое», а не о быстрой победе. И только после 15 октября 1941 года она стала регулярно звучать по радио по утрам, сразу после боя Кремлевских курантов, как неофициальный гимн воюющего народа. Вскоре «Священную войну» запели по всей стране: на фронте, в тылу, в партизанских отрядах[220].
Отношение поэта В. Лебедева-Кумача, считавшего себя «бардом сталинской эпохи», к песне наиболее точно выразилось в следующих словах: «Песня хороша только тогда, когда звук, и слово, и мелодия, и мысль слились в одно целое, когда из песни „буквально ни слова, ни ноты не выкинешь“. <…> Поэт и композитор — два равноправных творца песни, и чем теснее и теплее их содружество, тем лучше и продуктивней они смогут работать. <…> Надо писать песню так, чтобы самому хотелось ее запеть. Запевала должен начинать песню от самого сердца и петь ее со всей страстью и любовью — только тогда ее подхватит весь народ»[221].
Надо сказать, что «Священная война» едва ли не единственная из патриотических песен Великой Отечественной войны, которая вошла в «золотой фонд», остальные все — лирические: «В лесу прифронтовом» («С берез неслышен, невесом…»), «Огонек» («На позицию девушка провожала бойца…») и «Враги сожгли родную хату…» Михаила Исаковского, «Соловьи» («Соловьи, соловьи, не тревожьте солдат…»), «На солнечной поляночке…» и «Давно мы дома не были» («Горит свечи огарочек…») Алексея Фатьянова, «В землянке» («Бьется в тесной печурке огонь…») Алексея Суркова, «Дороги» («Эх, дороги, пыль да туман…») Льва Ошанина, «Случайный вальс» («Ночь коротка, спят облака…») Евгения Долматовского, «Темная ночь» Владимира Агапова.
И хотя эти песни целиком принадлежат войне, речь в них идет о мире, который предстоит защищать. Наверное, поэтому маршал Победы Г. К. Жуков поставил их в один ряд со «Священной войной» и назвал «бессмертными песнями», в которых «отразилась большая душа народа»[222].
Послевоенное десятилетие характеризуется разнообразием песенного репертуара, сохраняя по-прежнему оппозицию «массовая песня— эстрадная песня». За массовой сохраняется роль официального гимна с преобладанием тем войны и мира, подвига, солдатского долга, мужества и испытаний. Эстрадная песня, как и прежде, больше ориентируется на личные мотивы, сочетая подчас высокие патриотические чувства с тонким лиризмом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
