– Я собиралась в город, – сказала девушка.
– Да, дорогая. Но я хотела, чтобы ты просто доставила письмо по дороге.
Так вот в чем дело. Она испытала облегчение и повернулась, чтобы уйти.
– В дом актрисы. Ты знаешь, где это.
Лотти обернулась:
– На виллу «Аркадия»?
– Да, дорогая. Это приглашение.
– Но вы сами говорили, что нам нельзя туда ходить. Вы говорили, что там полно… – Она умолкла, пытаясь вспомнить точные слова миссис Холден.
– Да-да, я прекрасно помню, что говорила. Но все меняется. И мы решили воззвать к здравомыслию миссис Арманд.
– Хорошо, – сказала Лотти, беря протянутый конверт. – До свидания.
– Нельзя же отпускать ее одну. – Это сказала Дейрдре Колкухоун.
Сьюзен Холден оглядела гостиную. Наступила короткая пауза, пока дамы переглядывались.
– Да, она не должна идти одна.
– Видимо, она права, дорогая. После… всего. Пусть ее кто-нибудь проводит.
– Уверена, со мной все будет в порядке, – не без доли раздражения в голосе возразила Лотти.
– Да, дорогая. Но ты должна согласиться, что в некоторых вещах взрослые разбираются лучше. Где сейчас Селия, Сьюзен?
– Делает укладку, – ответила миссис Холден. Вид у нее был взволнованный. – Потом она собиралась взглянуть на кое-какие издания для невест. К таким вещам лучше быть готовой…
– Она не может идти одна, – настаивала миссис Колкухоун.
– В доме Гай, – осмелилась заметить миссис Холден.
– В таком случае отошлите юношу с ней. Так будет безопаснее. – Миссис Чилтон осталась довольна таким исходом.
– Гай? – Лотти запнулась и покраснела.
– Он в кабинете, – сообщила миссис Холден. – Сходи за ним, дорогая. Чем раньше вы отправитесь, тем быстрее вернетесь домой. Кроме того, Гаю не помешает прогуляться, а то он просидел в четырех стенах все утро, занимаясь с Фредди. Мальчик очень терпелив, – пояснила она.
– Н-но я и сама справлюсь.
– Ну почему ты такая необщительная? – укорила ее миссис Холден. – Нет, серьезно, мне приходится чуть ли не вытаскивать ее из комнаты. Она больше не видится со своим другом Джо, и бедняжке Селии никак не удается ее чем-нибудь завлечь… Ну же, Лотти. Попытайся проявить хоть чуть-чуть вежливости. – И миссис Холден сама отправилась на поиски Гая.
– Как дела на работе, дорогая? Справляешься?
Миссис Чилтон пришлось повторить вопрос.
– Отлично, – ответила Лотти, понимая, что если не поддержит разговор, то даст им еще одно доказательство своей нелюдимости.
– Я обязательно должна к вам зайти за зимними сапогами. Они мне крайне необходимы. Какие-нибудь хорошие уже поступили, Лотти? С флисовой подкладкой?
О боже! Сейчас он войдет в комнату! И ей придется с ним заговорить!
– Лотти!
– Кажется, мы все еще торгуем сандалиями, – прошептала она.
Миссис Чилтон вопросительно изогнула бровь, глядя на миссис Ансти.
– Тогда я зайду в конце недели.
Ей удалось покинуть комнату, не глядя на него. Коротко кивнув на его «привет», она уставилась в пол и потому не заметила возмущенные взгляды, которыми обменялись дамы. Но сейчас, когда они вышли из дому и быстро зашагали по дороге, Лотти оказалась перед трудным выбором: с одной стороны, ею овладело отчаянное желание убежать, а с другой – совсем не хотелось, чтобы он счел ее невежественной и грубой.
Засунув руки в карманы, опустив лицо из-за встречного ветра, Лотти сосредоточилась на том, чтобы через равные промежутки делать вдох и выдох. Ни о чем другом она думать не могла. Скоро он уедет, твердила она про себя, словно заклинание. И тогда все войдет в нормальное русло.
– Лотти! Эй, Лотти, давай помедленнее…
Лотти так углубилась в свои мысли, что не сразу его услышала. Она остановилась и обернулась, надеясь, что ветер, терзавший ее волосы, объяснит румянец, быстро разливавшийся по лицу.
Гай протянул руку, словно пытаясь задержать свою спутницу.
– Мы разве куда-то торопимся?
В его голосе слышался легкий акцент – как будто жаркие томные страны его юности стерли в речи все углы. Он двигался плавно, радуясь самому движению, и, казалось, для него не существовало никаких преград.
Лотти не сразу нашлась что ответить.
– Нет, – в конце концов сказала она. – Прости.
Они снова двинулись в путь, на этот раз медленнее. Шли и молчали. Лотти кивнула, приветствуя соседа.
– Ветрено, – приподняв шляпу, заметил тот.
– Кто это был?
– Мистер Хиллгард.
– Это тот, что с собакой?
– Нет, то мистер Аткинсон. – Щеки ее горели. – У него тоже усы.
«Усы! Надо же, усы! – ругала она себя. – Но кто, черт возьми, замечает усы? – Они поднимались по холму к «Аркадии», и Лотти начала прибавлять шаг. – Пожалуйста, пусть все это поскорее закончится, – просила она. – Пожалуйста, пусть он вспомнит о каком-нибудь поручении в городе. Пожалуйста, пусть он уйдет».
– Лотти!
Она остановилась, подавляя слезы и боясь, что у нее вот-вот начнется истерика.
– Лотти, подожди минутку.
Она обернулась и взглянула ему в лицо во второй раз. Он стоял перед ней и смотрел своими огромными карими глазами на чересчур красивом лице. Озадаченный. С легкой улыбкой на губах.
– Я тебя обидел?
– Что?
– Не знаю, что я сделал, но хотелось бы узнать.
«Неужели не знаешь? – подумала она. – Неужели не понимаешь? Неужели не видишь во мне то, что я вижу в тебе?» Она подождала несколько секунд, надеясь, что он все-таки сам ответит, и чуть не разрыдалась от отчаяния, когда он ничего не сказал.
– Ты ничего не сделал. – Она снова двинулась к дому, чтобы он не увидел, как сильно она прикусывает щеки.
– Эй! Эй! – Он поймал ее за рукав.
Она вырвала руку, словно он ее обжег.
– Ты избегаешь меня с тех пор, как я сюда приехал. Неужели из-за меня с Селией? Я знаю, вы всегда были лучшими подругами.
– Конечно нет, – сердито ответила она. – А теперь прошу, пойдем. У меня еще много дел.
– Не понимаю, что происходит, – раздался голос за ее спиной. – Ты почти все время сидишь безвылазно в своей комнате.
В горле Лотти застрял огромный комок пустоты. И душил ее. Глаза щипало от слез. Господи, заставь его уйти. Прошу тебя. Несправедливо так со мной поступать.
Но Гай снова с ней поравнялся.
– Странно, но ты мне кого-то напоминаешь. – На этот раз он на нее не смотрел. Просто шел рядом. – Я пока не понял кого. Но пойму. Это тот дом?
Солнце, несмотря на ветер, согрело ей спину. На подъездной аллее Лотти чуть замедлила темп, под ногами хрустел гравий. Еще не дойдя до середины, она осознала, что не слышит его шагов.
