Все это вслух не обсуждалось, разумеется. Но если раньше Лотти находила способы избегать Гая, то теперь он просто оказывался рядом во время прогулок в муниципальном парке. Или держал корзину, когда она развешивала белье по веревкам. Или вызывался прогулять Мистера Бинса, когда ее посылали с поручением на набережную.
И гораздо быстрее, чем ожидала, Лотти перестала смущаться в присутствии Гая. Невыносимую боль от того, что он рядом, заменило трепетное радостное предвкушение, не свойственное ей желание разговаривать, неугасимая вера, что она занимает место, предназначенное ей самой судьбой. («Она кажется не такой угрюмой. Менее упрямой», – заметила миссис Холден. «Сьюзен, это наследственное и все равно проявится, – возразила миссис Чилтон. – Бьюсь об заклад, ее мать мрачная личность и к тому же метиска».) Лотти старалась не думать о Селии. Задача нетрудная, если рядом был Гай: тогда ей казалось, будто ее окружают невидимые стены, она находила защиту в своей уверенности, что занимает это место по праву. Но наедине с Селией она теряла уверенность и чувствовала себя беззащитной.
Она уже не могла относиться к Селии по-прежнему. Если раньше подруга была союзницей, то теперь стала соперницей. Селия перестала быть Селией, превратившись в сочетание отдельных элементов, с которыми Лотти невольно себя сравнивала: стильная светлая стрижка против темной школьной косы; безукоризненная персиковая кожа против смуглой; длинные ноги, как у танцовщицы, против ее собственных… Коротких? Слишком полных? Менее красивых?
А еще ей не давало покоя чувство вины: ночами она закрывала уши, чтобы не слышать дыхания Селии, и лила беззвучные слезы от сознания того, что отчаянно хочет предать девушку, к которой относилась как к сестре. Никого у нее не было ближе. Никто к ней не был добрее. И от этой двойственности она еще больше негодовала на Селию.
Временами Лотти вспоминала их прежние отношения, но уже через секунду снова не могла смотреть на подругу, не думая о Гае, – так бывает, когда облака разойдутся и покажется бескрайная голубизна, но небо опять стремительно затягивают мрачные тучи. Если Селия посылала Гаю воздушный поцелуй, Лотти с трудом подавляла в себе желание броситься между ними – загородить его, чтобы поцелуй не достиг цели. Рука Селии, небрежно опущенная на его плечо, вызывала едва ли не мысль об убийстве. Она металась между чувством вины и бешеной ревностью, и этот маятник чаще всего замирал посередине, в точке безысходной депрессии.
Селия как будто ничего не замечала. Миссис Холден, потеряв рассудок от перспективы скорого бракосочетания дочери, вознамерилась полностью обновить гардероб Селии, поскольку ни одна вещь из него не подходит для ее будущего положения в обществе. Селия пообещала Лотти приобрести под шумок обновку и для нее, но, увлеченная выполнением своей столь приятной миссии, едва ли вспомнила о своей не так хорошо одетой подруге.
– Днем подберу брошюры для медового месяца, – сказала она. – Полагаю, круиз подойдет идеально. А ты как думаешь, Лотти? Можешь представить, что будешь сидеть на палубе в одном из таких бикини? Гаю не терпится увидеть меня в бикини. Он считает, что я выгляжу чудесно. Я слышала в Лондоне, что все голливудские звезды в наше время отправляются в круизы… Лотс? Ой, прости, Лотс. Как дурно с моей стороны. Послушай, я уверена, что ты тоже отправишься в круиз, когда выйдешь замуж. Если хочешь, я сохраню эти брошюры для тебя.
Но Лотти ничуть не завидовала: она просто радовалась возможности лишний раз побыть с Гаем. И пыталась уверить себя, когда они, встретившись якобы случайно, неспешно прогуливались в сторону «Аркадии», что Гай тоже благодарен судьбе.
* * *
Дети заприметили Джо раньше, чем он увидел их. Это было нетрудно: он залез глубоко под капот «остин-хили»,[11] борясь с крышкой распределителя зажигания. Фредди, направляясь домой после похода в магазин с Сильвией и Вирджинией, подбежал сзади и сунул липкую от конфеты руку под рубаху Джо.
– У Селии будет ребенок!
Джо вылез из-под капота, потирая ушибленную макушку.
– Фредди! – Вирджиния кинула тревожный взгляд на дорогу, затем нырнула в открытый гараж и начала вытягивать своего подопечного.
– А вот и да! Я слышал вчера вечером, что они с мамой обсуждали, как его сделать. И мамочка сказала, что Селия должна заставить Гая позаботиться о своих делах и тогда ей не придется рожать каждый год.
– Фредди, я скажу твоей матери, что ты болтаешь ерунду! Прости, – одними губами сказала она Джо, когда Фредди вывернулся из ее обычно железной хватки.
– Почему ты больше не приходишь? – Перед ним возникла Сильвия, склонившая голову набок. – Ты же собирался научить меня играть в «Монополию», а сам не пришел на следующий день, как обещал.
Джо принялся оттирать ладони ветошью:
– Прости. Я был немного занят.
– Лотти говорит, ты не приходишь, потому что сердишься на нее.
Джо замер.
– Так прямо и говорит?
– Она говорит, что ты перестал приходить, потому что она встречается с Дики Валентайном.
Джо, не удержавшись, хмыкнул.
– А у Лотти тоже будет ребенок? – Фредди тем временем успел дотянуться пухлой розовой ручонкой до двигателя и внимательно его изучал.
– Сильвия! Фредди! Идемте же.
– Когда у Лотти будет ребенок, ты научишь его играть в «Монополию»?
– Если есть резинка, то тебе достанется только один ребенок.
Джо извлек руку Фредди из-под капота и затряс головой.
Вирджиния хохотала.
Увидев, что они веселятся, Фредди начал набирать обороты:
– У Лотти будет ребенок с Дики Валентайном. Он собирается спеть об этом по телевизору.
– Следи за своим языком, Фредди. А то тебе могут поверить. – Вирджиния повернулась к Джо, хихикая.
Ей нравился Джо. Парень явно понапрасну терял время, мечтая о Лотти. Глупая девчонка, видимо, считала, что слишком хороша для него, раз живет у Холденов как их ровня. Но на самом деле она ничем не лучше Вирджинии. Просто ей повезло.
– Если послушать этих двоих, то следующим ее кавалером станет Элвис Пресли. – Она пригладила волосы, пожалев, что утром не подкрасила губы, как собиралась.
Но Джо все равно не заметил. Он снова стал серьезным и даже не посмеялся над шуткой об Элвисе Пресли.
– Где-нибудь бывал в последнее время, Джо? В Клактоне, например? – Вирджиния чуть придвинулась, выставив напоказ стройные ножки.
Джо потупился, переминаясь с ноги на ногу:
– Нет. Дел много.
– Фредди прав. Мы давно тебя не видели.
