Слова Луки проникли в ее сознание через дурманящий туман. Джуд очнулась.
— Ты негодяй! — воскликнула она.
Сгорая от стыда, она попыталась отвернуться, чтобы не видеть его насмешливый взгляд, но Лука крепко держал ее. Джуд зажмурилась, но его образ не исчезал. Она и так могла видеть его черные пронзительные глаза, взгляд которых прожигал сквозь ее тонкие веки.
Ее пальцы наконец ослабли, а глаза открылись.
— Ты гипнотизируешь меня взглядом, — слабым и смущенным голосом упрекнула его Джуд. — И ты это знаешь. — Она осторожно распрямила пальцы и положила ладонь ему на обнаженную грудь.
Выражение какой-то первобытной гордости на миг осветило его надменное лицо.
— Si, cara[4], — одобрительно вздохнул он. — Ты почувствовала это. Ты чувствуешь, как мое сердце стремится навстречу тебе.
— Мне? — еле слышно прошептала Джуд.
Он кивнул.
— Ты прекрасна!
— Ты не должен так говорить! — возразила она, чувствуя, как под пальцами лихорадочно бьется его сердце. Шелковистая кожа Луки была на ощупь тугой и теплой. От близости у нее снова закружилась голова. Ее так переполняли чувства, что больно сжималось горло, тело казалось невесомым и словно воздушным.
— Но я хочу так говорить. — Лука взял ее вторую руку и поднес к губам. — Это со мной началось, когда я впервые встретил тебя и когда ты в ярости таращилась на меня своими красивыми испуганными глазами.
Он наклонил голову и поцеловал пульсирующую жилку на ее шее. Голова Джуд откинулась назад. Она покорилась ему.
— Ты думаешь, что можешь уговорить меня на все что угодно, если сначала затащишь меня в кровать?
Ей ответил его озорной взгляд.
— С небольшим перерывом. Священнику не понравится, если жених будет заниматься с невестой любовью прямо перед алтарем.
— Даже если стану спать с тобой, я не собираюсь выходить за тебя замуж.
— Ты не годишься для роли любовницы.
— Я преклоняюсь перед твоими глубокими знаниями по этому предмету!
— Прежде чем ты начнешь выставлять новые условия, давай поиграем, — шепнул он ей на ухо. Она удивленно уставилась на него, а он продолжал, хитро улыбаясь:
— Например, поспорим, что, пока ты не выйдешь за меня замуж, я не стану спать с тобой.
— Ты говоришь несерьезно! — Она испытующе посмотрела на него, но подтверждения не нашла. Угроза показалась ей вполне реальной.
Пробормотав что-то нечленораздельное на родном языке. Лука неожиданно и резко притянул ее к себе и так сильно сжал в объятиях, что она едва не вскрикнула.
— Как, по-твоему, достаточно ли у меня самоконтроля? — прорычал он.
В ее взгляде мелькнуло удивление, смешанное с потрясением. Но затем Джуд охватила волна чувственного желания, особенно когда Лука обхватил рукой ее ягодицы.
Чувствуя своим животом его восставшую плоть, Джуд поняла, что теряет остатки разума. Ее глаза закрылись, губы невольно раздвинулись, дыхание участилось. Их сердца бились в бешеном унисоне.
— Разве ты не понимаешь, что мое терпение на пределе? — тихо произнес он ласкающим тоном.
Джуд, ослабев от желания, произнесла его имя.
Лука жадно пожирал взглядом ее лицо, потом раздвинул приоткрывшиеся губы Джуд и с тихим стоном приник к ним в жадном поцелуе. Его поцелуй не был мягким, он буквально рвал ее губы, высасывая их, как сок спелой ягоды. Джуд отвечала ему с такой же страстью, чувствуя, что окончательно теряет над собой контроль.
— Dio! Как сладки эти губы! — с трудом проговорил он, когда они оторвались друг от друга. В его глазах горел палящий огонь, черты лица исказились от страсти. Первобытный основной инстинкт воспрянул внутри нее в ответ на то, что она прочла в его выразительных глазах.
С невольной робостью Джуд опустила глаза.
— И что же эти губы? — невинно спросила она.
— Они созданы для поцелуев. А ты вся создана для любви. — С этими словами Лука просунул руку под ее свитер и провел ладонью по узкой талии.
От этого прикосновения Джуд вздрогнула, словно от электрического тока, ощутив во всем своем теле новый прилив чувственности.
Лука не видел ее глаз, так как они были прикрыты густыми ресницами, длинные тени от которых падали на щеки. Он заметил, что кончики ресниц были ярко-золотистыми, на щеках гулял легкий румянец возбуждения.
— Я хочу видеть тебя всю, — хрипло прошептал Лука, поспешно снимая с нее хлопчатобумажную кофточку. Решительным жестом он убрал ее руки, которые она прижала к своей груди.
Джуд почувствовала сильное смущение.
— Я не ожидала, что… получится так… — проговорила она. На ней было обычное белье, созданное для удобства и не предназначенное для соблазна.
— Если хочешь, чтобы я снимал с тебя кружева, позволь мне подарить тебе их. Но мне не надо никакого вспомогательного стимула. Мне нужна только ты сама.
В ее удивленных глазах застыли слезы.
— Правда? — также шепотом спросила она.
— Правда, — заверил ее Лука, медленно расстегивая спереди ее лифчик. Его взгляд опустился. — Ты совершенна, — скорее выдохнул, чем произнес он, жадным взглядом пожирая открывшиеся ему полные крепкие груди с розовыми припухшими сосками.
Джуд застонала, когда он заключил в ладонь один нежный холмик. Большим пальцем он провел по затвердевшему соску. Ее тело задрожало от сладостного возбуждения.
— Смотри, как хорошо лежит твоя грудь в моей ладони, словно они созданы друг для друга, — сказал Лука, поглаживая ее плоть.
— Боже, Лука! Я и не знала, что это будет так…
Он склонился к ее уху.
— И тебе это нравится?
— Нравится? Господи! Да я с ума схожу от счастья…
Я люблю тебя, подумала она.
Если она не поделится с ним сейчас же внезапно возникшей прекрасной мыслью, то может упустить момент.
— Лука!
— Ммм?
— Может быть, мы притворимся, будто уже женаты? — бесхитростно предложила Джуд.
Она почувствовала, как напряглось его тело.
— Нет, мы не станем этого делать, — ответил Лука тоном, не допускавшим возражений. — Мы же не договаривались о том, что будем притворяться друг перед другом. — Потом без предупреждения он подхватил ее на руки и, сделав несколько шагов, положил на кровать, прямо на шелковое покрывало.
Какое-то время он просто стоял и смотрел на нее.
Напряженная тишина звенела, как натянутая струна, в голове Джуд громкими ударами барабанила кровь.
Намерения Луки читались в его глазах. Немного поколебавшись, он начал развязывать пояс своего халата.
От напряженного ожидания у нее пересохло во рту.
Лука скинул халат и отбросил его в сторону. В своей совершенной наготе он походил на античную статую. Его вид мог привести в трепет и свести с ума любую женщину. Сердце Джуд забилось с удвоенной частотой.
