— Может быть… — испуганно вмешалась Неста, — так действительно будет лучше, сэр Джаспер. Иди сюда, Ронуэн. Моя старая кобыла даже не почувствует твоего веса.
Ронуэн боялась, что Джаспер попытается остановить ее, поскольку вовсе не была уверена в себе. Бросив поводья, он подошел ближе, и она поспешно отступила. Но когда он опустился на одно колено и предложил ей другое как ступеньку, она поняла, что он всего лишь хотел помочь ей забраться на лошадь.
Она не желала принимать его помощь, потому что это означало взять его за руку и опереться всем своим весом на его колено. Будь это любой другой мужчина, она, конечно, не стала бы сомневаться. Но это был Джаспер Фицхью, англичанин, которого она пыталась убить и которого все еще надеялась изгнать из Северного Уэльса.
Он ждал, Неста ждала, и Ронуэн, тяжело вздохнув, наконец решилась. Она взяла предложенную руку — она была очень теплой, и наступила на его колено — оно было сильным и устойчивым. Она как раз хотела забраться на спину лошади позади Несты, когда Джаспер неожиданно взял ее за талию, поднял и посадил на лошадь.
Его длинные пальцы сомкнулись вокруг ее талии, и хотя он держал ее всего лишь ничтожную долю секунды, жест показался непристойно интимным.
Потом он отпустил ее. Боже правый, неужели она сходит с ума?
Обозленная и расстроенная, Ронуэн стала понукать кобылу, и та пошла вперед. Она не поблагодарила Джаспера. И ничего не объяснила Несте. Вдавив пятки в бока недовольного животного, она молча ехала вперед.
Надо установить максимальную дистанцию между собой и Джаспером, причем как можно быстрее, думала она. Этот мужчина опасен. Его нельзя недооценивать. К несчастью, она к нему неравнодушна и ничего не может с собой поделать.
Глава 7
— Но мне не нравится, что ты будешь одна, — запротестовала Неста, когда Ронуэн спешилась. Старая женщина с недоумением взирала на нее сверху вниз. — Почему ты не можешь доехать до Каррег-Ду вместе со мной?
Ронуэн поежилась.
— Мне нужно залезть на дерево и побыть одной, — ответила она. — Пожалуйста, Неста, не настаивай. Со мной ничего не случится. Я все детство провела в лесах возле Афон-Брин. Вокруг Каррег-Ду леса ничем не отличаются от наших.
Неста несколько мгновений внимательно смотрела на девушку.
— Ты вернешься обратно, чтобы найти его? — с тревогой в голосе поинтересовалась она. — Если да, хочу тебя предупредить, что нельзя…
— Я не собираюсь встречаться с ним! — выкрикнула Ронуэн. — Все, что угодно, только не это!
— Да? Только не делай вид, что он для тебя ничего не значит. Я еще не настолько стара, чтобы не помнить, что делает с человеком страсть.
Ронуэн бурно запротестовала, уверяя Несту, что она ошибается, но, заметив ее понимающую ухмылку, замолчана. Неужели этот англичанин оказывает колдовское действие на всех женщин поселка? Даже на старую Несту?
«Ты на себя-то посмотри», — посоветовал ей внутренний голос, и Ронуэн понурилась.
— Мне нужно побыть одной, — прошептала она. — Одной.
Неста пожала плечами.
— Хорошо, как скажешь. Но я буду ждать тебя к ужину. Не заставляй меня беспокоиться.
— Ладно. — Ронуэн бросилась бежать, но сообразив, что ведет себя как неблагодарный ребенок, остановилась. — Я встревожена, — призналась она, — и должна подумать. Вот и все.
— Понимаю, — усмехнулась Неста.
Ничего она не понимает, решила Ронуэн, когда кобыла Несты снова пошла вперед. Да и как она может понимать? Жизнь Несты всегда была простой. Она встретила валлийца, вышла за него замуж, и в течение тридцати лет была ему хорошей женой. Ее никогда не соблазнял враг. Ее никогда не доводил поцелуями до умопомрачения человек, которого она хотела убить. Ее никогда не предавало собственное тело, заставляя желать того, кого должна бы ненавидеть.
Кого она действительно ненавидит.
Ронуэн стояла на тропинке и смотрела вслед старой женщине, мерно покачивавшейся в седле. «Что со мной не так?» — думала она. Каррег-Ду был домом ее детства, но она больше не была там своей. Афон-Брин стал ее домом, но и здесь она чувствовала себя чужой. Ей было немного легче с Рисом и его мятежниками. Но и там она не была своей.
Она знала решение своей матери — как и, возможно, любого разумного человека. «Найди себе мужа и обзаведись собственным домом». Но если в прошлом эта перспектива не вызывала у нее энтузиазма, то теперь и подавно. И все из-за Джаспера Фицхью.
Будь он проклят, мрачно подумала она. Тысяча проклятий на его голову! Она схватила стебель камыша и пошла, постукивая себя им по ноге, через высохшее поле дикой пшеницы, со злостью сбивая склоненные головки с семенами, попадавшиеся на пути.
Он лишил ее того немногого в жизни, в чем она была абсолютно уверена, — ненависти к англичанам.
Девушка в полном изнеможении прислонилась к стволу липы. Нет, она все еще продолжает ненавидеть англичан. Просто раньше она не была ни с одним из них знакома, поэтому ей не трудно было представлять их чудовищами. Сейчас, хотя ей это было больно признавать, она поняла, что Джаспер очаровательный мужчина, так же как и его брат, который был хорошим мужем для Джослин и великолепным отцом для их детей.
Только это ничего не меняло. Она должна бороться с Джаспером и всем, что он олицетворяет. И она должна сделать маленькую Гвендолин своей заложницей.
Ронуэн еще долго сидела под липой, погрузившись в свои невеселые мысли. Солнце склонилось к горизонту. Порывы ветра доносили до нее звуки из английского городка. Лаяла собака. Женщина громко звала ребенка домой. Город и замок не были видны, но не позволяли забыть о себе.
Потом она услышала другой звук и насторожилась. Кто-то осторожно двигался в ее сторону, но не по дороге, а через лес. Ронуэн бесшумно встала и прижалась к дереву. Ее рука скользнула к кинжалу на бедре. Хотя чувствовать в руках оружие было приятно, страх от этого не уменьшался. Она была слишком близко к английскому городку. Надо было ехать с Нестой.
Звук приближался. Под чьей-то ногой хрустнула ветка. Метнулся наутек какой-то мелкий зверек. Ронуэн внимательно всматривалась в том направлении, откуда приближался чужой. И очень скоро была потрясена увиденным.
Изольда. Старшая дочь Джослин. Девочка осторожно пробиралась по лесу. Заметив Ронуэн, она замерла.
Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: девочка одна. Но вместе с облегчением пришло раздражение. Ронуэн спрятала кинжал в ножны и направилась к ребенку.
— Что ты здесь делаешь, Изольда? Мама знает, где ты? Нет, конечно, не знает. — Она скрестила руки на груди и сурово взглянула на девочку. — О чем ты думала, дорогая моя, сбежав из замка без провожатых?
