на кровати, которая для гномы была слишком большой. Гномы вообще любят спать на подушке на полу, но сегодня Руби предпочла забраться повыше: тролль за дверью заставлял ее нервничать.
– Очень жаль, что нельзя нашего тролля подсунуть на ночь Лули или Арвилу, – продолжала бурчать гнома. – Тогда бы сразу раскаялись!
– Они и так раскаются, – попыталась я утешить Рубеллу. – У них теперь неделя ночных смен в прачечной академии. Им сегодня ночью тоже будет не до сна.
– Слишком мягкое наказание, – не унималась гнома.
– Поверь, для Лули стирать чужие штаны – самое страшное, что можно представить! Говорят, наш ректор считает, что лучшее наказание – это то, что принесет пользу академии и заставит задуматься.
– Разумно, – согласился Нис. – Каждый заслуживает шанса. Но если эти двое продолжат доставать Лети, я…!
– Что ты? Набьешь морду Арвилу? Тогда сам отправишься на штрафные работы! – Руби вздохнула. – Так, ладно, Нис, выметайся давай. Завтра доцелуетесь, а сейчас я устала и хочу спать.
И хотя мы всю ночь просыпались от скрипа и возни за дверью, под утро привыкли.
На второй день после того, как я обзавелась личным помощником – я решила называть его так, – отдельные студенты набрались смелости и подошли к малышу Горги, чтобы рассмотреть его как следует и расспросить меня.
– Он тебя слушается? А прикажи ему что-нибудь? Можно его потрогать?
Я заставляла беднягу тролля поднимать руки, приседать и подпрыгивать. На третий день малыш Горги шел на занятия, весь увешанный сумками с учебниками. На четвертый уже никто не косился на нас и не убегал в ужасе. Как же быстро люди ко всему привыкают!
– Летиция, попроси малыша Горги переставить мою кафедру ближе к окну. Летиция, давай-ка, пока у нас есть несколько минут перед занятием, попросим твоего помощника перенести столы из подвала в аудиторию, – такие просьбы я теперь выслушивала постоянно.
И Горги безропотно – а как иначе! – таскал столы, двигал мебель, поправлял покосившиеся фонари. Преподаватели использовали его без зазрения совести.
– Чего ты на них за так работаешь? Требуй, чтобы ставили звездочки! – предложила Руби.
Но я качала головой: мне это ничего не стоило, я была рада помочь.
Лули и Арвил теперь сидели за разными столами в противоположных концах аудитории. Лули вела себя так, будто ничего не случилось. Ходила, гордо расправив плечи. Арвил, наоборот, стал непривычно тихим, не лез на глаза преподавателям и старательно писал конспекты. Хотя вряд ли его смирение продлится долго.
На пятый день случилось забавное происшествие. Мы с Эрри и Матильдой – артефактором – после занятий отправились на рынок, чтобы купить по пирожку с повидлом: захотелось сладенького. Угощала Матильда и очень уговаривала нас с эльфийкой составить ей компанию. Особенно уговаривала меня.
– Но ты ведь знаешь, куда я, туда и Горги, – напомнила я и указала себе за спину.
Надо мной грозно и невозмутимо возвышался мой молчаливый телохранитель. Я так к нему привыкла, что решила когда-нибудь после окончания академии снова завести себе слугу. Это ведь незаменимый помощник по дому! Профессия некроманта с каждым днем мне нравилась все больше!
– И отлично! – почему-то обрадовалась Тилли.
Почему Тилли желала прогуляться в нашей компании, стало понятно через несколько минут после того, как мы вышли за ворота. Тилли летела на всех парах. «Как человеку булочек захотелось!» – думала я. Мы с Эрри едва за ней поспевали. Тяжеловес Горги отставал, но изо всех сил стремился нас нагнать. Тилли нервничала и постоянно оглядывалась.
Мы прошли по узкой улочке и завернули в переулок – не самый удобный путь к торговым рядам, и не самый быстрый, но я решила, что Матильде виднее. И вдруг прямо на нас вышла группа местных парней. Орк, два человека и гоблин.
– Вот и наша курочка, – осклабился неопрятный рыжий детина без двух передних зубов. – Мы уж заждались.
Местная шпана. Ройм, столица королевства Флор, в общем-то спокойный город, но и здесь находятся кварталы, облюбованные разномастными бандами и шайками. Вспомнить хотя бы печально знаменитый район Пеструшки, опустевший после эпидемии. В заброшенных домах кто только не скрывался. Даже городская стража предпочитала не соваться туда без нужды. В начале учебного года нам, студентам, строго-настрого запретили приближаться к речке, отделявшей район Пеструшек от остального города.
Похоже, шпана, на которую мы наткнулись, давно преследовала бедную Тилли: рыжий предводитель положил глаз на симпатичную первокурсницу и думал, что ухаживает. Желтая мантия будущего артефактора его не пугала, уговоры не действовали. Дошло до того, что Матильда боялась лишний раз выйти за ворота.
Но теперь у меня появился телохранитель, а у Тилли созрел план…
– О, да она не одна! – осклабился гоблин. – Посмотрите, какие цыпочки!
– А ну назад! – крикнула Эрри. – Иначе наложу заклятие.
– Ой-ой, – засюсюкал гоблин. – Боюся, боюся.
Увы, даже черная одежда и фиолетовая мантия не делала хрупкую эльфийку грозным противником в глазах этих мордоворотов. Да мы все грозными не выглядели, что уж. И, признаюсь, немного растерялись. Я даже забыла про малыша Горги.
Да только он про меня не забыл. Он отстал лишь на несколько шагов и теперь вынырнул из-за угла, ворочая головой и топая ногами: переживал, что упустил хозяйку из виду.
– Ой… – выдохнул гоблин, перестав кривляться.
Орк попятился. Рыжий застыл с отваленной челюстью. Последний подельник решил сразу дать деру.
– Ну что же вы, подходите, не стесняйтесь! – крикнула я.
Внутри все дрожало, но голос звучал бодро и весело.
– Кто первым хочет помериться силой с моим телохранителем? Горги, камешек!
Мы с Горги к тому времени отрепетировали забаву на потеху всем желающим. Услышав команду «Горги, камешек», тролль поднимал с земли первый попавшийся булыжник и крошил его в огромной руке.
Увидев, как рассыпается в труху крепкий песчаник, шпана бросилась наутек.
– И только попробуйте еще раз подойти к нашей Тилли! – крикнула я вдогонку. – Горги найдет вас всюду!
– Спасибо, девочки…
Тилли без сил прислонилась к стене.
– Не за что. Только предупреждай в следующий раз!
– А ты бы пошла со мной?
– Конечно!
Матильда улыбнулась, а Эрри зарядила ей подзатыльник.
Вот так мы и жили с малышом Горги, пока нити магии, связывающие нас, не истончились. Мэтр Аци позвал нас в павильон, чтобы снять привязку. Я приказала троллю лечь в ящик и грустно глядела, как он устраивается внутри, тонет в опилках, как закрываются его глаза.
– Я буду скучать…
Никогда не думала, что скажу это, но я успела привыкнуть к своему голему.
– Ничего-ничего, еще налюбуешься на своего дружка на других практических. Вот только взаимодействовать вам пока нельзя, иначе снова привяжешь. Первоначальная привязка самая крепкая.
