— Особенно женщинам. Странно, почему Мисти и остальные не пришли сюда, чтобы убить меня за то, что я увела у них такой лакомый кусочек?
— Что значит — кусочек? Я вам что, бисквит?
— Первосортный, восхитительный бисквит.
— Надо же, как легко ты флиртуешь в присутствии кучи людей, включая моих родителей.
— Кстати, о твоих родителях. Коки не удивилась нашей помолвке. Она рассказала мне, что Син сделал ей предложение через три дня после их знакомства.
— Они исключение из правила, гласящего, что любви не существует.
Я и не ищу любви, почему-то подумала Кэйла, мне просто нужен человек, который поможет вырастить Эшли.
Наморщив лоб, Кэйла высказала вслух свои опасения:
— Ты уверен, что я не использую тебя в своих интересах?
— Пока нет, — пробормотал Джек, — но я надеюсь, что, возможно, позже… — С этими словами он одарил Кэйлу туманным взглядом.
Но позже… позже Эшли внезапно заболела кишечным гриппом.
Только через три дня Кэйла смогла немного прийти в себя. В доме царил жуткий беспорядок, зато Эшли начала выздоравливать. Но отдых нарушил Брюс, приехавший без предупреждения. Кэйла не впустила его в дом, оставила стоять на крыльце.
— Ты должен был позвонить, прежде чем приезжать, — напомнила она.
— Я ехал мимо и увидел твою машину. А я-то думал, что ты работаешь.
— Не язви. У Эшли кишечный грипп, но сейчас ей уже лучше.
— Я должен осмотреть ее, — заявил Брюс.
— Ты кардиолог и хирург, а не детский врач, — остановила его Кэйла. Она часто думала, что Брюс выбрал эту область медицины именно потому, что пациенты под наркозом не могли перечить ему.
— И все же мне необходимо осмотреть ее, — раздраженно настаивал Брюс.
— Думаю, это ни к чему. — Позади Брюса стоял Джек.
Брюс ошарашенно обернулся.
— Кто вы?
— Мой жених, — сказала Кэйла. — Джек, это мой бывший муж, Брюс Уайт.
Брюс переводил взгляд с одного на другого.
— И давно вы помолвлены?
— Со Дня святого Валентина, — сказал Джек, подходя к Кэйле. — Романтичный денек, не правда ли?
— И все же я хочу осмотреть мою дочь. Я врач.
— Эшли уже посетил педиатр, — сообщила Кэйла.
— Ты не запретишь мне видеться с моей дочерью, — прорычал Брюс.
Кэйла устало вздохнула. Последние дни она мало спала.
Джек решил выбрать другую тактику.
— Послушайте, а ваш костюм можно стирать? А то Эшли часто тошнит, и рвотные массы могут запачкать его.
— Черт с вами, заеду попозже, — пробормотал Брюс, нервно оглядывая лацканы своего пиджака. — Вообще-то я хотел только убедиться, что ты получила письмо от моего адвоката.
— Я уже переслала его своему адвокату, — ответила Кэйла.
— Адвокаты нынче дорого берут за свои услуги, — язвительно предупредил Брюс.
— Это не проблема, — спокойно заметил Джек.
Брюс уставился на него.
— А кем вы работаете?
— Тушу пожары.
— Что-то я не слышал, что ваша профессия относится к категории высокооплачиваемых.
— Я считаю, что настоящему мужчине не пристало делать все лишь ради денег, — заявил Джек.
Брюс покраснел, уловив подтекст замечания.
— Я ни от чего не отказываюсь, — бросил он Кэйле, уже уходя. — В субботу в два я заеду за Эшли.
— Обаятельный парень, — прокомментировал Джек уход Брюса.
— В доме такой беспорядок, что лучше не входить, — предупредила его Кэйла.
— Брось ты, зато я здесь чувствую себя в своей тарелке. Признайся, что ты специально для меня все здесь разбросала, — шутил Джек, сдвигая с кушетки настольную детскую игру, потрепанного слоника и упаковки от кассет с мультиками. — Кстати, о доме. Ты не забыла, что завтра у нас встреча с агентом по продаже недвижимости? Я уже договорился с Дианой, что ты прогуляешь еще один день.
Кэйла открыла рот, чтобы возмутиться, но Джек опередил ее:
— Присядь лучше, отдохни. — Он потянул ее вниз, чтобы усадить рядом с собой. Но свободного пространства не оказалось, и Кэйле пришлось устроиться у Джека на коленях.
— По-моему, у тебя на уме не тот отдых, — заметила Кэйла, ощутив возбуждение Джека, когда он прижался к ней бедрами.
— А какой же? — Джек дьявольски ухмылялся.
— Ммм… Опасный, не доводящий до хорошего.
— Разве это плохо? Это, наоборот, чертовски хорошо, — прошептал Джек, дразня языком нижнюю губу Кэйлы и сжимая мощной ладонью нежный холмик ее груди.
Целуя Кэйлу, Джек только зря распалял свою страсть, но не мог остановить себя. Держать эту женщину в объятиях было равносильно райскому наслаждению и адским мукам. Но ничего не поделаешь — до свадьбы ему придется сдерживать свои мучительные желания.
Кэйла тоже томилась желанием. Джек чувствовал это по нетерпеливым движениям ее языка, отвердевшему от его прикосновений соску… Она отвечала на его поцелуи, и Джеку было все мучительнее отрываться от сладких губ.
Поначалу Кэйла считала, что месяц, определенный в качестве испытательного срока до свадьбы, — это много. Но время летело незаметно. Дело о праве опеки над Эшли было назначено на первое мая, и адвокат Кэйлы спешно готовила все документы. Последний раз Кэйла ездила к Джине вместе с Джеком, они нашли общий язык, и Джек даже подал несколько неплохих идей во время беседы.
А что касается свадьбы… столько предстояло сделать, в первую очередь подыскать жилье. В квартире Джека была лишь одна спальня, дом Кэйлы тоже был слишком мал. Джек первым предложил найти подходящий дом и купить его на правах совместной собственности.
Джек уже выглядел абсолютно здоровым и начал понемногу работать, планируя после свадьбы вернуться к полному рабочему дню. Свадьба… Всего две недели осталось… Но сегодня нужно сосредоточиться на выборе дома.
— Ты составил список своих требований? — спросила Кэйла по пути в контору по продаже недвижимости.
— Ага. — Джек показал Кэйле листок бумаги, который содержал всего два пункта: приемлемую цену и большой подвал с несколькими комнатами. — А ты что написала?
Кэйла открыла свой блокнот и зачитала вслух:
— Две ванные, одна из них большая. Окна с видом на юг или на запад. Раздельный санузел. Также важно местонахождение дома, оно должно быть подходящим для ребенка. Да, и двор, обнесенный забором, где Эшли сможет гулять.
Когда Кэйла показала свой список женщине-агенту, та лишь покачала головой и сказала:
— Серьезные требования, посмотрим, что можно подыскать.
Они объехали полдюжины мест, но ничего не присмотрели для себя.
По пути к следующему дому Кэйла сокрушалась:
— Вряд ли мы найдем то, что мне понравилось бы.
