В ответ Талия смогла лишь выдавить вымученную улыбку.
К тому же она очень нервничала в ожидании ответа от Алисы Морган, хотя рассчитывала, что та подскажет, как ей выстроить дальнейшее повествование.
Когда неделю спустя Талия пришла в агентство, миссис Морган приветствовала ее дружелюбной улыбкой и предложила кофе.
— Во-первых, мне очень понравилось то, что я прочла. Есть несколько моментов, которые я бы усилила, но в целом ты очень хорошо справилась. Когда я читала, то вначале просто расслабленно наслаждалась повествованием, и вдруг такой драматический поворот… — Алиса Морган покачала головой. — Но все-таки, по-моему, Марианна не должна была позволять герою изнасиловать себя.
Талия в недоумении уставилась на нее.
— Она и не позволяла…
Брови миссис Морган выразительно поднялись, и она стала перебирать листы рукописи, лежащей перед ней.
— Ну не знаю, как это называешь ты…
— Марианна сопротивлялась, но Хьюго был сильнее! И никакой он не герой, а злодей!
— Злодей? — В голосе Алисы Морган было неподдельное изумление. — Не может быть! Он же великолепен, и Марианна влюблена в него. Он превратился в главного героя еще в сцене у водопада. Но все-таки ты должна немного изменить…
Алиса Морган внимательно посмотрела на Талию, пребывавшую в замешательстве.
— Девочка моя, только не говори, что ты по-прежнему намерена в финале соединить Марианну с этим занудой Уильямом.
— Он не зануда, — бросилась в защиту своего героя Талия. — Просто я им несколько пренебрегла в повествовании, но я уделю ему больше внимания.
Алиса возвела глаза к потолку.
— Талия, я не верю, что ты не понимаешь, что произошло. Впрочем, подсознание — вещь загадочная. Я не спрашиваю, какие события твоей собственной жизни заставили тебя придумать образ Хьюго, но мне очень понравилось. И по тому, как ты описываешь его, ты определенно влюблена в прообраз.
— Наоборот! Я считаю его гнусным негодяем.
— Ну, мало кто из читателей согласится с тобой. Но хочешь ты этого или нет, Хьюго превратился в центральный персонаж романа и должен им остаться. Кстати, если он уж такой злодей, почему спас Марианну? Ведь он мог сам сбежать с деньгами через то окно. Если ты скажешь, что он сберег ее для себя с дальним прицелом изнасиловать впоследствии, я скажу, что это чушь.
— Он не только насильник, — продолжала упорствовать Талия, — но еще дезертир и предатель. Он должен убить кого-нибудь и в конце быть повешенным.
— Пусть убьет, ради бога. Но защищая любимую девушку. Дорогая, а почему ты вдруг так побледнела? — встревожилась миссис Морган.
— Нет-нет, я просто думаю…
— Переживаешь, что много придется переделывать? Успокойся, совсем немного. В нескольких сценах чуть изменить акцент, чтобы стало понятно, когда в Марианне начинает зарождаться симпатия к Хьюго, а сцену изнасилования переделать в любовную сцену, но обязательно оставить. Преврати ее в сцену соблазнения, против которого Марианна ничего не имела против.
Она понимающе улыбнулась юной романистке.
— Понимаю, что с самого начала ты задумывала совсем другую историю, но то, что я прочитала, просто великолепно. — Алиса протянула Талии листок бумаги. — Здесь некоторые заметки и предложения. Ты можешь учесть их или не учесть, но Хьюго должен остаться главным героем — здесь я настаиваю.
Алиса Морган поднялась на ноги.
— Итак, я уничтожаю в бумагорезке старую рукопись и жду новый законченный вариант. Если возникнут какие-либо затруднения, без стеснения обращайся ко мне. Всего доброго, Талия.
Выйдя на улицу, Талия несколько мгновений стояла, вдыхая жаркий, пропитанный бензином воздух и ничего не замечая вокруг.
Марк и Хьюго. Хьюго и Марк. Реальный человек и выдуманный герой, объединившиеся в ее сознании в одно целое.
Пока она всячески лгала самой себе, Алиса Морган без труда прочитала между строк рукописи правду. Она влюблена в Марка Бенедикта. И с самой первой сцены у водопада она наделяла Марианну своими чувствами и переживаниями. И той ночью…
Нет, она хотела не просто приобрести любовный опыт. Она хотела, чтобы именно Марк стал ее первым мужчиной. Хотела, чтобы хоть несколько часов, но он принадлежал только ей, хотел только ее. Талия наивно полагала, что этого ей будет достаточно. Как же она ошибалась!
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
Талия оттягивала возвращение в квартиру Марка так долго, как только могла, понимая, что теперь, когда она полностью отдает себе отчет в собственных чувствах, видеть его ей будет еще труднее.
Она отправилась в библиотеку, заняла стол в укромном уголке и несколько раз перечитала заметки Алисы Морган. Превратить Хьюго из врага в возлюбленного будет совсем нетрудно — просто правдиво описать свои собственные чувства к Марку. Но счастливая концовка… воссоединение влюбленных?.. Тут уж придется фантазировать, пытаясь совладать с болью от открытой раны в сердце. Особенно в тот момент, когда Хьюго, глядя в прекрасные глаза Марианны скажет: «Я тебя люблю».
Ничего, она справится! Для начала следует полистать пару книг и сосредоточиться на историческом фоне романа.
Талия просидела в библиотеке до закрытия, к моменту которого она исписала почти полтетради, а трансформация Хьюго из негодяя и насильника в героя и возлюбленного уже не выглядела столь противоестественной. Она решила, что Хьюго встанет перед трудным выбором — спасти девушку, которую полюбил всем сердцем, ценой предательства секретной миссии, возложенной на него фельдмаршалом Веллингтоном. Марианна же будет бороться со своим и чувствами к человеку, как она считала, недостойному, цепляясь за изрядно поблекший образ Уильяма.
Когда первый шок от разговора с миссис Морган прошел, Талия не могла не признать, что такой поворот сюжета действительно намного интереснее.
Подходя к дому, Талия увидела Марка, выходившего из парадного. Он не мог ее видеть, и она жадно, не отрываясь, следила за ним.
Марк остановил такси и уехал, оставив ее мучительно гадать, куда и к кому он направился. Ревность — ужасное, разрушительное чувство, но порой от него никуда не деться, вынуждена была признать Талия.
Она должна вернуть себе независимость, начать новую жизнь. А для этого она должна написать такую книгу, которую Алиса Морган непременно сможет продать, поэтому она должна перестать думать о мужчине, который никогда не будет ей принадлежать, и заняться делом.
Распрямив плечи, Талия решительно направилась к дому.
К моменту, когда она ложилась спать, Талия была весьма удовлетворена результатами своей вечерней работы, хотя успела понять, что внесение изменений в рукопись будет процессом долгим и не таким уж простым. За вечер она уничтожила сцену изнасилования и все упоминания о ней в тексте.
