— Подожди. — Он качнулся вперед.
Она качнулась вперед вслед за ним. Если она поднимет ногу… Голову повело от нахлынувшего желания.
— Что еще тебе нравится, Саша? — Наконец его большой палец коснулся заветной точки. Но легкое нежное нажатие не могло удовлетворить ее.
— Я хочу… хочу, чтобы ты… — Палец начал круговые движения, Саша уже не могла ни о чем думать. Все тело охватил неистовый голод. Она чувствовала, что теряет себя.
— Чего ты хочешь? — Теперь его голос звучал громче. — Саша, скажи, чего ты хочешь.
— Я хочу этого. — Острое желание, возникшее внутри, накатывало волна за волной. И каждая последующая становилась сильнее и слаще предыдущей. Но этого мало. — Я хочу этого. Хочу! О боже, боже. Я хочу тебя.
Пальцы Саши скользнули по его члену, она потянула его к себе. Нейт не знал, хватит ли у него выдержки, чтобы успеть натянуть презерватив. Хватит ли выдержки у нее.
— Скорее, Нейтан. Пожалуйста.
— Не спеши. Я не хочу делать тебе больно.
— Скорее. Прошу тебя.
Нейт сделал попытку нежно войти, но, ощутив ее напряжение, сомнение и шок, остановился и стал ласково гладить ее, пока не почувствовал, что она расслабилась. Впервые в жизни ему понадобилось сдерживаться. Но он должен был сделать все правильно. Ради нее. Ради себя. Хотелось показать Саше, чего она лишала себя долгие годы. Но, поняв, что она уже близка к концу, почувствовав, как ее ногти впились ему в спину, Нейт отдался на волю бушевавшего в нем пожара. Сначала медленно, потом, уже не сдерживаясь, погружался все глубже и глубже. Саша отвечала ему. Ее ноги приподнялись и сжали его бедра. Он впился в ее губы жадным поцелуем, будто хотел вобрать в себя всю ее. Выгнув спину, она запрокинула голову, не отводя от него глаз. Пока… Пока он не забылся в слепящей вспышке блаженства, слушая ее тихие стоны и крики.
Выпутавшись из плена смятых простыней, Саша резко села на кровати и окинула взглядом свою спальню. О боже праведный. Это был не сон. Трижды за ночь. Невероятно. Потрясающе. Нейт спал рядом, в уголках его глаз притаились смешинки. Простыня деликатно прикрывала одну из лучших его частей. Он выглядел как модель для журнала. В ее постели! При виде его у Саши дрогнуло сердце. Она понимала, что, несмотря на все свои старания, теряет голову. Никогда она не думала, что может взлететь на такую высоту. Что секс может быть таким потрясающим. Нужно было только отдаться ему. Почувствовать себя настоящей женщиной. Желанной для такого мужчины, как Нейт. Не пытаться просчитать все за и против. Эти за перевесили. Что теперь? Она не подумала об этом. Не подумала о пустоте, которая ждет ее, когда он уйдет. Не подумала о том, что никакой другой мужчина не сможет дать ей почувствовать то, что дал Нейт этой ночью. Надев халат, Саша вышла в гостиную в надежде обрести почву под ногами.
Реальность заключалась в следующем:
1. Он живет в Лос-Анджелесе. Она живет здесь.
2. Его жизнь хаотична и полна крайностей. Она любит порядок.
3. Он живет одним моментом. Она планирует все до мельчайших деталей.
Планировала до сегодняшней ночи, когда вдруг решила измениться. Он совсем не такой, как ей нужно. Отсюда, несомненно, пункт четыре. Он непредсказуем, ненадежен и необуздан. Все эти качества ей ненавистны. Она всегда старательно избегала их в отношениях с мужчинами. И никакое планирование не могло избавить от стучавшего в грудь ощущения неуверенности.
— Саша?
Услышав его сонный голос, она вздрогнула. Внутри затрепетали сотни бабочек.
— Еще только полседьмого, день даже не начался. В чем дело?
Каждая клеточка ее тела стремилась к нему, кровь вскипала в жилах. Однако Саша торопливо прошла к кухонному уголку. Она не знала, что делать, и, уж точно, не собиралась устраивать сцену. Обернувшись, она увидела улыбающегося Нейта.
— Снова ты подкрадываешься сзади.
— Саша, в квартире размером с почтовую марку негде подкрадываться. Мне стоило лишь приподнять голову с кровати, и ты бы уже увидела меня отсюда. — Он махнул головой в сторону кухонной скамьи.
Теперь бабочки порхали вокруг ее сердца, вызывая странную покалывающую боль в груди. Саша попыталась успокоиться.
— Разве ты не торопишься на самолет, Нейт? Или еще куда-нибудь?
— Уже хочешь от меня избавиться?
Ей показалось или в глазах Нейта мелькнуло облегчение? Неужели он чувствует себя так же неуверенно, как она? Саша протянула ему чашку кофе.
— Нет проблем. Я перенес вылет на час дня.
Возможно, это первый рейс, который ему подходит, поэтому он может не спешить.
— Понятно. Значит, у тебя все в порядке? — А у нее?
— Я звезда, Саша. Я решаю, что делать дальше.
Ну, понятно. Нежный любовник сыграл свою роль и уступил место маниакальному эгоцентрику.
— Э-э-э… только не за меня. Я сама решаю, что мне делать. Я привыкла договариваться.
— Похоже, сегодня утром на кого-то напала обидчивость. Может, это от недосыпа? — Его слабая улыбка говорила, что он тоже борется с ощущением неловкости. А может, это реакция на ее дурное настроение? В любом случае Саше требовалось как-то защитить себя.
За неимением другого места Нейт уселся на диван.
— Я имел в виду, составить свое расписание. Если тебе не нравится, могу его поменять. Сдвинуть вылет назад или вперед.
— Назад, возможно, хорошая мысль. Земля продолжает вращаться независимо.
— Независимо от чего?
— От этого. От прошлой ночи.
— Послушай, Саша, мне было очень хорошо. Как никогда. Честно. — Он неуверенно взял ее за руку. — Но надо ехать. Я знаю, это тяжело.
— Все нормально. — Она выдернула руку, не желая, чтобы он заметил ее состояние. Чем больше ей удастся закрыться, тем лучше.
— Нет, все совсем не нормально. Я по твоему лицу вижу. Ты потрясающая. Нам было хорошо. Очень, очень хорошо. Но, — он погладил ее по голове, — я больше ничего не могу тебе дать. Я говорил.
К ее глазам подступили слезы, но она заставила себя остановить их так, чтобы Нейт ничего не заметил. Она знала все это заранее, и только глупое сердце не хотело мириться.
Стараясь, чтобы голос звучал бодрее, она произнесла:
— Слушай, не беспокойся, я не какая-нибудь липучка. Не собираюсь приставать к тебе в какой-нибудь галерее или грубить твоим спутницам. У тебя своя жизнь, у меня своя. А это было просто небольшое развлечение.
Так почему им невесело? Сделав глоток кофе, Нейт погрузился в свои мысли. Или боролся с собой. Или еще что-то.
— Может быть, я еще вернусь сюда. Когда-нибудь.
— Конечно. Лет через десять? — Проклятье. Зачем она это сказала? Она же не собирается ждать его возвращения. Вот черт.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
