Громкий звук мотоцикла, зарычавшего на улице, заставил их вздрогнуть.
— Совсем у людей совести нет. Куда он в такую рань? — Саша повернулась на шум. Нервы были на пределе.
Нейтан кинулся к окну. Рев мотоцикла не прекращался, но теперь к нему прибавился еще более зловещий низкий звук, вырывавшийся из груди Нейта. У Саши свело желудок и застучало сердце. Он выглянул сквозь задернутые гардины.
— Какого черта! Вот дерьмо!
Нейт понимал, что кричит слишком громко, но не мог сдержать злость. Даже ради Саши. Он чувствовал ее запах на своей коже, волосах. Все тело ныло от желания снова затащить ее в постель. Но она ясно дала понять, что это невозможно. И была права. Он сам не знал, что вызвало приступ злости. Парень на улице или бурлящий водоворот противоречивых чувств, лишавший равновесия.
— Мне показалось, нам удалось избавиться от них, но, должно быть, они выследили нас вчера вечером.
— Кто? О чем ты? Что случилось? — Вместо того чтобы подойти к окну, Саша, вытаращив глаза, еще глубже вжалась в диван.
В этот миг Нейт понял, что она не сможет надолго задержаться в его жизни. Жасмин, Кара и другие обожали внимание публики. Питались им, как пираньи. Но только не Саша. Она обычная, нет, замечательная школьная учительница и не хочет ничего другого. Она совсем не жаждет славы. А он втягивал ее в хаос собственного существования. Прошлой ночью ему нужно было поехать к себе в отель, а не поддаваться соблазну. Но в ней столько нежности, столько страсти, он ни о чем не жалел. Это было так прекрасно. Чертовски здорово. Надо просто перестать об этом думать. У него не получалось.
— Репортеры, папарацци, вся эта шваль. — Нейт постарался смягчить голос. — Они либо следили за нами, либо всю ночь сидели в Интернете, выясняя, кто ты такая.
— Тогда задвинь шторы. Я не хочу, чтобы они лезли сюда. Как нам от них избавиться?
— Без скандала? Практически никак. Кроме того, теперь они знают, где ты работаешь, и на какой рухляди, извини, машине ездишь.
— Если ты хочешь меня ободрить, это не лучший способ. Мне нравится моя машина. Я купила ее, когда мне было двадцать два, и заплатила первоначальный взнос с первой зарплаты.
— Господи, должно быть, у вас, учителей, действительно очень маленькие зарплаты.
Саша приподняла бровь.
— Да уж. Похоже на то. А то, что она розовая, так ее легко найти на паркинге. Большой плюс.
— Не лучший вариант, чтобы удирать от папарацци. Можно я куплю тебе другую? Какую захочешь. Хотя бы это я могу для тебя сделать?
Саша выпрямилась и помрачнела.
— Что? Ты переспал со мной и теперь хочешь расплатиться машиной? Это что такое? Попытка откупиться от чувства вины или еще хуже? Мне ничего от тебя не надо. Не тот случай.
— Эй! Замолчи немедленно! — Нейт чувствовал, что должен любым способом убрать выражение обиды в ее глазах. Он не хотел запомнить ее такой. — От меня все чего-то хотят. Я просто еще не привык к тому, что ты ничего не хочешь. — Он не мог примириться с ее обвинением. Приподняв подбородок Саши, заглянул ей в глаза. — Я спал с тобой, потому что ты красивая. И нравишься мне. Я рад, что сделал это. — Ни одна женщина не возбуждала его до такой степени. Теперь он не знал ни как уйти, ни как остаться.
— Ладно. Я тоже. Как мне кажется. — Она заставила себя улыбнуться, глядя на него снизу вверх сквозь завесу густых темных ресниц.
Ему стоило большого труда не сказать какую-нибудь сентиментальную глупость.
— Я хочу купить тебе машину, потому что могу себе это позволить. Вот и все. Твоя уже старая, она может быть опасна. — Он указал большим пальцем на окно. — Как эти идиоты. Они могут сильно испортить жизнь.
— Да, понимаю. Спасибо тебе. — Саша покачала головой. — Как нам от них отделаться? Вызвать полицию?
— Сомневаюсь. От нее мало толку. Большинство полицейских считают, что охота за знаменитостями — это честная игра.
Нейта снова охватила злость, и, прежде чем он успел сообразить, его кулак с силой ударил по кофейному столику. Плечи Саши поднялись, в потемневших глазах застыл испуг.
— Хватит. Уходи. Иди ломать свои вещи.
Ему хотелось защитить ее, но он снова все испортил. Почему так? Она даже не представляла, в какую историю вляпалась. Вся ее жизнь в мельчайших подробностях могла оказаться разобранной по косточкам. Он должен защитить ее. Но как? Сделать, как она говорит, и просто уйти? Однако он не может оставить ее на съедение этим акулам, кружащим вокруг. Это он виноват в том, что они появились здесь. Опустившись на колени возле дивана, Нейт взял Сашу за руку.
— Пойди в спальню и собери самое необходимое из одежды, я сделаю несколько звонков. Тебе надо исчезнуть на несколько дней, пока их интерес не уляжется. Тебе ведь не надо идти в школу в понедельник?
Саша отдернула руку.
— Нет. На следующей неделе у нас каникулы, правда, но мне надо поработать над хореографией.
— Отлично. Ты не должна здесь оставаться. А работать сможешь в любом другом месте.
— Спасибо, не нужно. Я сама могу о себе позаботиться.
Она вздрогнула, услышав звонок своего мобильника.
— Здравствуйте. Да, это Саша. Что? Нет! Нет! Убирайтесь! Идите к черту!
— В чем дело? — От одного вида ее перепуганного лица у Нейта свело низ живота.
— Какой-то урод спрашивал, сколько раз у нас был секс прошлой ночью. И не хочу ли я дать эксклюзивное интервью. — Ее глаза полезли из орбит. — Какое им дело?
— Ты не знаешь этих людей. Нам надо где-то залечь на несколько дней, иначе они замучают тебя звонками. А если ты не станешь с ними разговаривать, они начнут копаться в твоем прошлом или, еще хуже, что-нибудь сочинят и опубликуют свое вранье.
Саша в ужасе закрыла лицо руками.
— Я этого не вынесу. Сестры переживут. Касси даже, может быть, понравится внимание. Но мама не заслужила того, чтобы ее жизнь растиражировали по газетам, особенно то, что произошло с папой. Хватит того, что она перенесла тогда.
Нейт взял ее за плечи.
— Собирайся.
— Подожди, я знаю. Знаю. Просто мне надо немного подумать. Сообразить.
— Саша, чем скорее мы выберемся отсюда…
— Понимаю. Я просто думаю…
Будь у него больше времени и меньше мозгов, он бы прижался к ее губам и отнес ее в постель. Вместо этого Нейт перекинул ее через плечо и, не обращая внимания на протесты, оттащил в спальню. Бросив Сашу на кровать, еще хранившую тепло их тел, он встал над ней. Кто-то должен взять ответственность на себя. Не она.
— Хорошо. Даю тебе десять секунд на размышления. Можешь составить список того, что тебе надо. Десять. Не больше. Потом я звоню своему пилоту.
Словно пытаясь осмыслить эти пожарные меры, Саша устремила на него пристальный взгляд. Ее плечи подались вперед, недоуменное выражение лица сменилось настоящей тревогой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
