Читаем без скачивания Рождество Эркюля Пуаро - Агата Кристи

– Миссис Магдалена Ли рассказала мне, что юная дама быстро нагнулась и украдкой подняла эти штуки. Вы можете это подтвердить?

Сагден задумался.

– Н... нет, – наконец неуверенно ответил он. – Я бы так не сказал: она выглядела при этом так, словно не сознавала за собой никакой вины, совершенно не сознавала. Но она взяла их как-то целенаправленно и спокойно, если вы понимаете, о чем я говорю. И она не знала, что я видел, как она это сделала. Я в этом убежден. Ведь она вздрогнула, когда я разоблачил ее.

Пуаро задумался над этими словами.

– Тогда обе штучки имеют какое-то значение? Только вот какое? Маленький кусочек резинки, совсем новый, нетронутый. Им, кажется, еще совсем не пользовались. Что же это может значить? И тем не менее...

Сагден нетерпеливо перебил его:

– Вы можете ломать над этим свою голову, если вам так нравится, мсье Пуаро. Я думаю совсем о другом.

– Насколько вам удалось прояснить дело? – спросил Пуаро.

Сагден вытащил свою записную книжку.

– Давайте начнем с фактов. Прежде всего исключим людей, которые не могли совершить убийство.

– Кто же это?

– Альфред и Гарри Ли, – у них бесспорное алиби, так же, как и у миссис Лидии Ли, которую Трессильян, примерно за минуту до всего этого спектакля на втором этаже, видел в гостиной. Что касается остальных – я составил себе список.

Он протянул Пуаро свою записную книжку. Тот внимательно стал читать.

В момент убийства были:

Джордж Ли -?

Миссис Магдалена Ли -?

Дейвид Ли – в музыкальной комнате играл на пианино (подтверждается его женой).

Миссис Хильда Ли – в музыкальной комнате (подтверждается ее мужем).

Мисс Эстравадос – в своей спальне (не подтверждается никем).

Стивен Фарр – в танцевальном зале и заводил граммофон (подтверждается тремя слугами, которые слышали музыку в своей комнате для отдыха).

Пуаро отдал список Сагдену.

– Какие выводы вы из этого делаете?

– Старика могли убить Джордж Ли, миссис Магдалена Ли, Пилар Эстравадос. Его могли убить также: либо мистер Дейвид, либо миссис Хильда Ли, но никак не оба вместе.

– Значит, вы не верите в это алиби? Инспектор Сагден энергично покачал головой.

– Ни за что на свете! Муж и жена – счастливые супруги, они, возможно, оба замешаны в этом деле, но если только один из них совершил преступление, тогда другой готов создать ему алиби. Я представляю это дело так: кто-то играл в музыкальной комнате на пианино. Это мог быть Дейвид Ли, который, как известно, заядлый музыкант. Но ничто не доказывает, что его жена тоже была в музыкальной комнате. Так они утверждают. В свою очередь, Хильда Ли могла играть на пианино, тогда как Дейвид тихо поднялся по лестнице и убил своего отца! Нет! Здесь совсем иной случай, чем с братьями в столовой. Альфред и Гарри Ли не могут выносить друг друга и потому никогда не будут выгораживать друг друга.

– Как обстоит дело со Стивеном Фарром?

– Он тоже под подозрением, потому что его алиби с граммофоном все же сомнительно. С другой стороны, именно такое алиби порой заслуживает большего доверия, чем так называемые совершенно неоспоримые, которые в десяти случаях из ста создаются искусственно.

Пуаро задумчиво склонил голову.

– Я понимаю, что вы имеете в виду. Это алиби человека, который и не подозревал, что оно ему вообще когда-нибудь понадобится.

– Именно это я имею в виду! И, кроме того, я не считаю, что в этом деле замешан кто-то чужой.

– Тут я с вами согласен, – быстро сказал Пуаро. – Все это чисто семейное дело. Яд, который действует в крови, чувства, которые глубоко запрятаны... Думаю, что здесь сочетались ненависть и холодный расчет...-

. Он устало махнул рукой. – Я не знаю, все это очень сложно!

Инспектор Сагден с уважением выслушал длинную тираду, но она не произвела на него особого впечатления.

– Разумеется, мсье Пуаро, – сказал он вежливо. – Но мы докопаемся до сути, поверьте мне. Мы сейчас очертили круг подозреваемых: Джордж, Магдалена, Дейвид и Хильда Ли, Пилар Эстравадос, и мы сюда еще добавим Стивена Фарра. Теперь перейдем к мотиву. У кого была причина желать устранения мистера Ли с дороги? И при этом мы так же можем сразу исключить нескольких людей. Мисс Эстравадос, к примеру. Если я правильно понял, она вообще ничего не получает по тому завещанию, которое имеется на сегодняшний день. Если бы Симеон Ли умер раньше, чем его дочь Дженнифер, она получила бы свою долю, и эта доля, вероятно, перешла бы к Пилар; но поскольку Дженнифер Эстравадос умерла раньше своего отца, ее часть наследства делится между остальными. Следовательно, полностью в интересах мисс Эстравадос было, чтобы старик жил. По тому, как радушно он принял ее, можно было предположить, что он упомянет ее в новом завещании; следовательно, она ничего не приобрела от его смерти, а потеряла – все. Вы согласны со мной?

– Безусловно.

– Конечно, она могла бы перерезать ему глотку во время ссоры, но такое мне кажется совершенно невероятным. Во-первых, она была привязана к старику; а во-вторых, она еще не столь долго прожила в доме, чтобы испытывать к нему какую-то ненависть. По всем этим соображениям я не предполагаю, что мисс Эстравадос как-то замешана в преступлении – даже если кто-то, как, например, ваша подруга Магдалена Ли, хочет доказать, что перерезать человеку горло – это очень неанглийское убийство.

– Не называйте ее моей подругой, – сказал Пуаро. – Или, может, мне начать говорить о вашей подружке Пилар, которая находит вас столь симпатичным. – Он испытал удовольствие, увидев, как славный инспектор снова сильно смутился. Огромный полицейский покраснел, как дитя. Пуаро смотрел на него со злорадством. При этом в его голосе прозвучала нотка настоящей зависти, когда он сказал: – Впрочем, она права, – ваши усы великолепны. Скажите мне, вы пользуетесь специальным кремом?

– Кремом? Боже всевышний! Конечно, нет. Я ничего не делаю, не забочусь о них. Они растут сами собой.

Пуаро вздохнул:

– Божественный дар природы!

Он потрогал собственные изящные черные усы и снова вздохнул.

– Можно употреблять самые дорогие мази, – пробормотал он, – и усы не будут менять свой цвет.

Инспектор Сагден, казалось, не проявил никакого интереса к вопросу о мужской красоте. Не давая себя отвлечь, он продолжил:

– Если говорить о причине этого убийства, то я полагаю, что можно исключить и Стивена Фарра. Возможно, между старым мистером Ли и отцом Фарра существовали какие-то трения, от которых пострадал старый Фарр. Но мне это кажется совершенно невероятным. Стивен Фарр был слишком спокойным и уверенным, когда мы допрашивали его. Не думаю, что он только разыгрывал спокойствие. Нет, эта версия не приведет нас к успеху.

– И я так думаю, – согласился с ним Пуаро.

– Еще одна личность имела все основания для того, чтобы сохранять жизнь старому мистеру Ли, – это сын Гарри. Положим, он получает свою долю по завещанию. Но я убежден, он не знал о том, что отец кое-что оставил ему. Во всяком случае, определенно, не мог знать этого наверняка. Наоборот, сложилось мнение, что Гарри за свои проступки лишен наследства. Но теперь он, кажется, снова оказался в милости! Следовательно, в его интересах было то, что отец хотел составить новое завещание. Он же не был настолько сумасшедшим, чтобы убивать старого господина до этого момента. Кроме того, мы ведь знаем, что он и не мог этого сделать Смотрите, Пуаро, мы все-таки не так уж плохо двигаемся вперед! Мы можем вычеркнуть из списка подозреваемых целый ряд людей.

– Разумеется, скоро в нем вообще никого не останется.

– До этого дело не дойдет У нас останутся Джордж Ли и его жена, Дейвид и Хильда Ли. Всем им смерть Симона Ли на руку, а Джордж Ли к тому же, должно быть, очень жаден до денег Отец угрожал ему, что сократит высылаемую сумму.

– Продолжайте, пожалуйста.

– Миссис Магдалена Ли Она тоже жадна до денег, как кошка до свежего молока Держу пари, что именно сейчас она по уши сидит в долгах Она испытывала ревность к маленькой испанке, когда заметила, что старик любит малышку. Когда она услышала, что свекор зовет адвоката, то поспешила убить его. Этим можно объяснить все дело.

– Наверняка.

– Остаются Дейвид и его жена. Они фигурируют в нынешнем завещании как наследники, но не думаю, чтобы денежные соображения были особенно важны для них.

– Почему?

– Дейвид Ли мечтатель, не деловой человек. Но он... ну, весьма странный малый. На мой взгляд, преступники могли руководствоваться тремя мотивами: желанием похитить алмазы – завещанием – чистой ненавистью.

– Ах, вот как вам все видится!

– Да, и с самого начала. Если Дейвид Ли убил своего отца, то он сделал это явно не из-за денег. И если он был преступником, то это объясняло бы такое... необычайно кровавое убийство.

Пуаро с уважением посмотрел на него.

– Верно! Я спрашивал себя, примете ли вы во внимание этот момент «Так много крови», – сказала миссис Лидия. Это напоминает о древнем ритуале, кровавой жертве, о том, что люди вымазывали кровью свои жертвы...