Учитывая, что, во-первых — многие книги, ученые труды и романы были вручную переизданы в Астрале (магические кристаллы позволяли считывать информацию из воспоминаний, причем исходники получались очень высокого качества). А во-вторых — человек спит около половины жизни, то возможность обучаться, работать и развлекаться во время сна, поднимала средний срок жизни до 120 лет… или подле того. По факту он оставался теми же 60–70.
Почему-то при этом не пострадала ни экономика, ни политика. Как и прежде идет борьба за власть. Глупое правительство, восстанавливающее против себя народ, нисколько не изменилось. На верхушке неизбежно сидят честолюбивые интриганы, которым на всех кроме себя плевать с высокой колокольни. Но теперь в предвыборных компаниях все обещают увеличить ввоз «Якорей» — тех самих таблеток, и снизить на них цены. Смысла практически никакого: таблетка и так стоит сущие гроши, но вроде бы звучит актуально. Неизменно в цене компьютерные технологии, футбол (в вариации бейсбол) и пиво (в любых вариациях)…
Единственная причина, по которой люди не сидят в «другой жизни» постоянно — это умное ограничение. Раньше одиннадцати ночи таблетка не действует. Выход из игры по желанию (в определенных зонах), или посмертно (что случается намного чаще). В шесть часов утра выйти должны все или их выталкивает принудительно…
Больше в глобальном плане не случилось ничего. Вот такие вот коврижки…
Чересчур, до тошноты, болезненно зачесалась голова. Почему-то с внутренней стороны черепа. Аллея подошла к концу, чего Саня даже не заметил. Когда концентрируешь внимание на своих мыслях, время проходит незаметно. Прямо впереди показался вход во внутреннюю территорию. Как и вся Академия, барбакан был построен в готическом стиле позднего Ренессанса.
Круто. Почему у нас так не строят? Риторический вопрос…
Высокое, полукруглое трехэтажное здание со стреловидной арабской аркой посредине. На карнизах расположились множественные статуи сидящих горгулий и химер. Уродливые тела, состоящие из бесовской головы, разнообразного вида крыльев, рогов, и ножек с копытцами. По всему периметру не нашлось ни одной одинаковой. Выглядело, будто мастер копировал одну статую, а потом его ученики изменяли их в понравившиеся формы. Интересная экспозиция, прямо живая — казалось, стоит отвернуться и эта рать бросится на гостя, чтобы растерзать его на множество клочков.
Над входом, в позах английских львов, стояли два золотых дракона. Их хвосты обвивали бортик небольшого балкона на втором этаже и сплетались посреди его в замысловатый вензель. В лапах растянут гигантский красный гобелен, спускающийся по краям арки до высоты человеческого роста. В центре полотнища изображены демон и неизвестное существо, сомкнувшие в противоборстве руки и лапы. А ниспадающие паруса исписаны мелким шитьем из незнакомых Сане кабалистических символов.
В цветовой гамме стен здания, как и убегающих вдаль куртин, преобладали серые и до черноты синие тона, местами разбавленные светлым мхом. А черепица напоминала вечернее небо в северных широтах.
Общая мрачность действовала подавляюще. Вдобавок погода сегодня тяжелая. Все вместе складывало впечатление направленного прессинга…
И снова никого. Странно, по традициям средневековья на балконе обязан быть расположен круглосуточный пост стражи, снимающей пошлину за вход. «Египетской царицы» тоже не видать.
Наверно я сильно опоздал, раз никто не встречает… Стоп, во всем виноваты запотевшие очки. Вот и обещанный Кольбером гид!
В тени арки, «на рецепшене», сиротливо жалась к стене особа женского пола. Вся стать девушки выдавала лихорадочное напряжение. Оглядывается, хочет убежать, но что-то держит.
Саню нешуточно зацепило ее лицо. Пригляделся. Вот оно что — европеоидный тип! Полукровка? С такого расстояния не разглядишь пигмент кожи. Все что видно — волосы светлые, до плеч, а рост выше среднего. Одета в легкое кашемировое пальто поверх канареечного свитера, джинсы и вязаную шапочку…
Вздохнул. Ну почему именно сегодня такой дурацкий день? Как будто планировщик набросал в кучу все самые интересные встречи месяца, полив сверху перемешанными в дьявольском миксере сценариями бездарных ужастиков прошедшего века.
И что же нас ждет дальше? Ботан опоздал на свидание, некрасиво заставив свою девушку ждать, как всегда получит заслуженный нагоняй, а следом их сожрет невесть откуда выползшее чудовище, дав повод для дальнейшего просмотра фильма (так как его показали только мельком и очень расплывчато).
Сане стало стыдно. Она, наверное, уже давно здесь мерзнет (для теплолюбивых японцев прохладная погода — уже повод для расстройства), раз изображает из себя клаустрофоба посреди людной площади.
— Я — козел, — вздохнул юноша.
Да, ты козел…
Саня скривился. В голове явно завелся невидимый собеседник. Никогда раньше он не разговаривал сам с собой… Надо это как-то утрясти.
Пришлось прибавить ходу. Достаточно он насмотрелся на пейзажи. Саня постарался идти быстро, но чтобы со стороны выглядело нормально. Не вышло — его дерганый ритм создавал полностью противоположное впечатление.
Черт, поесть бы чего. А то даже конфеты с собою нет. Последнюю отдал, той, отмороженной девчонке. И шоколадка ушла сквозь пальцы…
Снова разболелась голова. Теперь в нее долбили снаружи и зуд постепенно переходил в стойкий мандраж. Быстро нарастало кровяное давление, глухо стуча в ушах.
Сначала Сане казалось, что это нормально, но причина крылась не в голоде (некоторые люди легко выдерживают больше недели без еды). Что-то упорно пыталось пробиться извне, да так чтобы наверняка проломить ему череп. Может, нехватка кислорода? Не-е-ет, глупость. Воздух сладковатый, с примесями моря. Больше подойдет термин — опьянение.
Саня взялся дышать реже, но вышло еще хуже. Изнутри поднялся удушливый жар. Он быстро распространялся, связывая лучше, чем веревки — мышцы одеревенели. Пошла судорога — от затылка и до самого копчика. Сердце хрипело, цепенея от усталости. Саня продолжал идти, делая вид, что ничего не происходит. Начали мелко подрагивать пальцы на руках. Кончики уже совсем онемели…
Чуть не проткнул себе ногтями грудную клетку, схватившись за ремни сумки. Осталась всего сотня метров до входа. Совсем чуть-чуть. Медленно окаменели пальцы ног…
Блеск! Я подхватил лихорадку. Этот сом точно был ядовитым, о чем ясно сигнализировала его окраска. Нужно взять себя в руки и добраться до общежития, а там хоть трава не расти…
Саня продолжал шагать. Ноги тряслись, как у парашютиста в первый прыжок. Нельзя чтобы кто-то заметил эти перемены. Провести первый учебный день в больнице ему совсем не улыбалось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
