лабораторию? Возможно там найдется что-нибудь, что пригодится Мастеру, если конечно он ещё не собрал там всё, что можно. Ведь это, по всей видимости, была его лаборатория.
В кузнице искать было нечего. Здание выгорело изнутри, крыша обвалилась, и на слое пепла и рассыпавшегося в труху недогоревшего дерева росли жарки. Было бы странным, если б тут осталось что-нибудь металлическое, живущим всегда было нужно очень много железа.
Идя дальше, Хартблид сравнивал увиденное с тем, что помнил скелет об этих местах. Сердце, почему-то сжалось. Это чувство было необъяснимым, навроде грусти, оно сильно отличалось от практичного сожаления о том, что столь хорошие дома находятся в запустении. Он хотел бы чтобы вдоль дороги снова были покрашенные в белый цвет заборчики, за которыми над аккуратными цветущими клумбами вьются трудолюбивые пчёлы. У коновязи, фыркая, хрустел овсом взнузданный конь. Собака, дремлющая на крыльце таверны, чьи окна подсвечены изнутри тёплым, желтым светом. Пересвист птиц на яблоне, где протяни руку — и в неё упадёт румяный плод. Или на голову, если присесть в тенёчке. На натянутых веревках ветер колышет свежевыстиранную одежду. В огороде между рядами крупных кочанов, обрамлённых мясистыми листьями, скачут кролики, за которыми с палкой в руке гоняется тип в белом подгузнике. Скрипучая тачка, груженная солнечно-желтой репой и красно-оранжевой морковью.
Это — цвета и гомон царства жизни. Было. Сейчас здесь — царство смерти, тишины и серых красок.
И это навевало грусть. Хартблид почувствовал, что так не должно быть, что он, с детства принадлежащий Склепу — всей душой тянется туда, где всё такое яркое, вкусное, красивое, суетливое…
Алхимическая лаборатория. Двухэтажное здание, первый — из камня. Второй, когда-то, был из дерева, теперь от него практически ничего не осталось, лишь обгоревшие балки. Наверное не было смысла заходить внутрь, но Хартблид зашел. Не было мягкого света из окон, набранных из разноцветного стекла, не было солненчых зайчиков на полированном дереве прилавка — как и самого прилавка. Похоже, всё что можно было даво уже разломали и вынесли, а любой запах, остававшийся с тех времен, когда в Нубятнике царила жизнь — был вымыт, выветрен разрушительным дыханием времени. Пахло лишь тленом. Прочесав засыпанное толстым слоем грязи помещение, где некогда на полках стояли ряды манящих взгляд разноцветных бутылочек, а теперь лишь осколки стекла поблескивали в чёрной грязи, Хартблид обнаружил люк. Возможно когда-то это был секретный спуск вниз, приводимый в действие каким-нибудь хитрым образом, но теперь люк — единственное относительно целое квадратное пятно, ощутившееся под ногами твердым, в отличие от мягкой пыли прогнивших половиц вокруг.
Приказ — и два скелета открывают проход. Люк недолго сопротивлялся, удерживаемый, повидимому каким-то механизмом, но время его подточило. Скрежет, натужный скрип — и перед мальчиком открылся ход вниз. Каменные ступени, на которые уже давно не ступала нога живущего.
Что весьма плохо — так это отсутствие света. Волшебных факелов здесь не было, так что уже через несколько шагов вокруг царила глубокая, непроницаемая тьма. Пришлось выбраться и поискать что-нибудь, из чего можно сделать факел. Полуистлевший кусок мешковины и пущенное на палку чахлое деревце у входа — сгодились. Время изучить подземелье…
Почти сразу же обнаружился целый сундучок, стоящий у стены, а в нём около десятка разноцветных бутылочек. Красные, синие, желтые, розоватые, пурпурные — Хартблид понюхал все, но знакомого запаха, которым пахло в видении памяти скелета, не обнаружил. Скелет тоже никак не реагировал на обстановку.
"заберу всё на обратном пути", подумал мальчик, затем, после колебаний взял красную и синюю бутылочки. Мастер как-то говорил что красное лечит, а синее помогает восстановить магическую энергию. По краю сознания пронёсся вопрос: почему владелец лаборатории не забрал свою заначку?
Ответ нашелся вскорости. Короткий коридор привел в комнату с тремя выходами, и она была довольно уютной — на полу (не виданное дело!) — ковёр, на стенах — полускрытые паутиной картины. По центру — камин, видимо имевший совмещенную с домашней печью трубу, рядом два кресла, низкий столик и стопка книжек разной толщины.
Один выход вёл на что-то вроде кухни, по крайней мере на это намекали продуктовые лари, какие-то мешки, пучки свисающих с потолка трав, связки чего-то что когда-то было луком и чесноком… Быстро проверив запасы, Хартблид убедился в том, что съедобного тут практически ничего нет. Только лапша в плотно закрытых тубусах годилась в пищу, и некоторое количество круп, защищенных от влаги и воздуха стеклянными банками с залитыми чем-то вроде смолы плотно пригнанными крышками. Куда лучше было с напитками — целый склад бутылок с вином.
Вторая комната была баней. С небольшим бассейном, отделанным розовой плиткой. Из интересного здесь были только несколько бутылочек с ароматическими маслами. Хартблид оценил, и спрятал в сумку одну из них, с самым приятным запахом. Он бы в жизни не смог ответить на вопрос, чем оно пахнет, хотя любой более сведущий в вопросе моментально признал бы запах кокосового масла.
За отдельной дверцей скрывался туалет. В Склепе тоже был такой, правда уровень исполнения куда ниже.
И наконец, третья дверь вела в спальню. Где на кровати, под одеялом, спал вечным сном хозяин всего этого великолепия. Точнее, то что от него осталось — обтянутый кожей скелет. Ужасное зрелище в свете дрожащего факельного огня.
— Ты хотел спрятаться и переждать опасность, но смерть достала тебя даже здесь. От неё никому не скрыться, — сказал Хартблид, присаживаясь на кровать рядом с телом, и отметив что кровать мягкая. Если б не пятно вокруг трупа, он бы даже задумался о том чтобы перетащить её к себе. Хотя если поискать в сундуках, наверняка там найдется что-нибудь не хуже. И… О да! Одежда!
Несколько минут Хартблид рылся в шкафу, с наслаждением касаясь шелка и бархата, перебирая их пальцами и млея от удовольствия. Мешковина и льняное полотно, с которыми он имел дело с детства, не могли сравниться по ощущению с этими непонятными, но приятными на ощупь тканями. Короче, надо брать. Смотритель наверняка сможет сшить из этого что-нибудь хорошее. Потому что покамес оно мягко говоря, не по размеру.
И наконец, напоследок, самое приятное — книги. "Нет роз для принцессы" — ага, судя по обложке, максимум кандалы; "Как сварить вечернюю тень" из серии "алхимия для нубов"; "Эльфийские попки", с отметкой восемнадцать плюс, правда неясно, это
