– Отпустите меня! – потребовала она.
– Это мой дом, Кэрри Олмос. Здесь только я отдаю распоряжения.
– Вы… вы…
– Вы забыли, что хотели сказать?
– Я слишком воспитана, чтобы произнести это вслух.
– Я знаю, кто я такой, Огненная Кэрри. И не вам об этом судить.
Не успела девушка что-либо ответить, как он уже посадил ее на один из стульев с высокой спинкой. Перед ней стояли яйца всмятку, свежие тосты и чай. Солнце уже окрасило небо в розовый закатный цвет, и прошло много времени с тех пор, как она ела последний раз. Но она упорствовала в своем желании чем-нибудь ему досадить.
– Я не голодна, – сказала она с тем упрямым выражением на лице, которое школьных учителей просто выводило из себя. Но на Криса это не подействовало.
Он взял ее руку и вложил в нее ложку.
– Ну заставьте себя, – сказал он ей тихо, словно ребенку, и присел рядом.
– Я не голодна, – продолжала стоять на своем Кэролайн, но она знала, что еще чуть-чуть и соблазняющий запах тостов заставит ее опровергнуть это утверждение.
– А сейчас, – сказал он все тем же спокойным голосом, – я собираюсь принести вашу сумку с пляжа. Чтобы вы знали о последствиях, я скажу, что сделаю, если вы меня не послушаетесь.
– Что же именно? – спросила Кэрри, затаив дыхание. – Что же вы сделаете?
Крис осторожно провел пальцем по шее девушки, заставив ее задрожать от наслаждения.
– Если, когда я вернусь, вы не съедите все до последней крошки, то я сдерну с вас это дурацкое полотенце и займусь с вами любовью. Прямо здесь.
8
Его слова прозвучали бесстрастно, в них не было угрозы – только простая констатация факта. Но Кэрри мгновенно ему поверила. Просто ужасно, как легко он заставлял людей верить ему. Но еще ужаснее было то, с какой готовностью ее сердце отозвалось на его слова.
– На обеденном столе?
– Там, где вы в тот момент окажетесь.
– Но… это будет насилие, – сказала Кэрри хриплым голосом.
– Нет. – Теперь он поднес руку к ее лицу, чуть коснулся пальцами пылающих щек и улыбнулся так, словно понимал, что ощущает Кэрри в данный момент. – Нет, не насилие. Это будет нечто совсем иное. Мы оба знаем, что вы будете умолять меня о большем. – Он развернулся и ушел.
Страх охватил каждую клеточку ее существа, заставив учащенно забиться сердце. И Кэрри послушно съела яйцо, тосты до самой последней крошки, хотя они и застревали в ее горле. Она знала, что ничего другого ей не оставалось. Как могло такое случиться? Как она могла влюбиться в этого человека? Ведь она своими глазами видела чек, подписанный Милдред.
Он не вернулся к тому времени, когда Кэрри закончила есть. Тогда она собрала посуду и поковыляла с ней в кухню.
Кухня была обставлена мебелью из темного дерева, гармонично сочетающейся с бледно-терракотовым и кремовым цветами обивки и стен. Дом действительно был великолепен!
Вымыв посуду, Кэролайн медленно пошла на террасу, решив лечь на диван и приподнять ногу, чтобы боль чувствовалась меньше. Но вдруг ей пришло в голову, что у нее не будет лучшей возможности осмотреть дом.
– Кристофер!
Кэролайн нашла его на берегу. Он сидел на камне и смотрел вдаль.
Прошло три дня, три долгих дня, в течение которых не было никакого признака того, что их ищут. Ни с моря, ни с воздуха. Нервы Кэрри уже не выдерживали томительного ожидания. Она не могла себе представить, сколько еще способна вытерпеть общество этого человека. Он привлекал ее и отталкивал одновременно. Заставлял грезить о нем и вызывал гнев и возмущение одним своим взглядом.
Зато Кристоферу, судя по всему, нравился тот образ жизни, который он вел на острове. Но в конце концов тут был его дом. И он занимался именно тем, чем хотел заниматься, ловил рыбу в тихой бухте, читал, исследовал рифы, надев ласты и маску. Она наблюдала за ним, страстно желая принять его приглашение присоединиться к нему. Но при этом боялась, что чувства, которые она испытывала к нему и которые пыталась скрыть, вырвутся наружу…
– Кристофер, так больше не может продолжаться.
– Может, – заверил он. – Сядьте и расскажите, что вас встревожило.
– Вы знаете, что меня тревожит, – заявила она, проигнорировав ею предложение сесть. – Я хочу как можно скорее убраться с этого острова. Я хочу домой.
– Правда? А мне казалось, что для вас было важнее провести время с сестрой.
– Это была идея отца. Он думал… – То, о чем думал отец, больше не имело значения. Для чего бы ни предназначался чек Милдред, ясно, что не для того, чтобы Кристофер прокутил ее деньги. – Как только я выберусь отсюда, я сяду на первый самолет, летящий в Сидней. Мой отец наверняка в ярости из-за того, что не получил от меня никакой весточки.
Крис взглянул на нее, прикрыв рукой глаза от солнца.
– Значит, вы действительно уверены, что о вас волнуются?
– Конечно. А как же иначе? – Она слегка нахмурилась. – Я ведь опоздала на встречу с Милдред и намного… Боже! Но ведь они могут подумать, что самолет упал в море! – Она в ужасе закрыла рот рукой. – Это так, да? Поэтому нас никто не ищет! Все думают, что мы погибли! – Кэрри старалась не заплакать. – Отец полетит в Париж, чтобы сообщить о трагедии маме. Он не станет звонить, потому что, несмотря на то что они расстались, он любит ее. Отец скажет это сам, чтобы быть рядом со своей женой в тяжелую минуту. – Слезы потекли по лицу девушки. – А вдруг отец уже в Париже? О, Кэрри! Это ужасно!
Кристофер быстро поднялся и обнял Кэрри, вытирая слезы с ее щек.
– Ну-ну! Все не так уж плохо. Если бы кто-нибудь решил, что с нами случилась беда, то стали бы искать место крушения. Кэрри, милая, не переживайте так. Милдред, наверное, подумала, что я уговорил вас заехать сюда, в мое логово. Она знает, что я очень опытный пилот.
– Она бы никогда так не подумала!
– А ваша мать подумала бы? Вы очень с ней близки, часто видитесь?
– Мама оставила нас много лет назад.
– Из-за другого мужчины?
Кэрри отрицательно покачала головой.
– Нет. У нее много недостатков, но неверность – не один из них.
– Тогда что же?
– Деньги. В браке моих родителей деньги всегда были поводом для ссоры. Когда мама узнала, что отец заложил дом в пятый раз, чтобы финансировать свое последнее предприятие, она не выдержала. Думаю, она просто устала все время жить в страхе. Отец чуть было не разорился незадолго до этого. И им пришлось продать почти все, чтобы выплатить долги.
– Почему же вы не уехали с ней?
– Кто-то должен был остаться присматривать за отцом. Может быть, дочери не так критичны, как жены.
– Но вы ее обвиняете? – Крис видел все только в черном или белом свете. Но на сей раз все-таки он был прав.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
