– Алан Багли совсем не бедный, и он никогда не был моим любовником. Я совершенно не понимаю, зачем он появился у нас и упросил отца остаться с нами подольше.
– Не беден? Но недостаточно богат для вас, однако…
– А «настоящими» деньгами, Крис, мы с отцом, к вашему сведению, называем только те деньги, которые ты сам заработал. Количество же – два фунта или два миллиона – совершенно не важно.
Кристофер задумался, словно переваривая информацию.
– Для вас это действительно не имеет значения?
– Не имеет. С тех пор как отец разбогател, мы встречали много людей, похожих на Алана. У него счет в банке, унаследованный от родителей. Он никогда не пачкал свои руки работой, а нанимал умных людей, вроде моего отца, чтобы увеличить свое состояние. Алан приятный, очень милый человек, и, несмотря на все мною сказанное, я очень им дорожу. Только в роли возлюбленного я его представить себе не могу. Его хороших качеств для этого недостаточно.
– Даже его очарования вместе с деньгами?…
– В мужчине должно быть что-то еще, как мне кажется? Если Алан завтра потеряет все, что имеет, он даже не сможет заработать деньги на буханку хлеба.
– Понятно.
Действительно ли Кристофер понял, что она имеет в виду? Она мельком взглянула на него, но его глаза ничего не выражали. Видимо, скрытность была чертой его характера.
Кэрри опять рассказала намного больше, чем предполагала. Но ведь как давно ей не представлялась возможность поведать кому бы то ни было то, что у нее наболело в душе.
– Конечно, – продолжила она, наклонив голову, – кольцо его бабушки, которая отнюдь не отличалась особыми добродетелями, было только предлогом… Я сама теперь жалею, что так себя вела.
Крис взял выбившуюся прядку ее великолепных волос и намотал на свой палец.
– Я теперь вижу, что он действительно плохо выбрал обручальное кольцо. Надо было найти что-нибудь более подходящее. Что-нибудь редкое, необыкновенное.
– Это ничего бы не изменило, – сказала Кэролайн, высвободив свои волосы и аккуратно заправив их за уши.
– Так в чем же дело?
– В том, что я не люблю его. – Тишина словно приветствовала ее ответ. Наконец-то она сказала то, на что он не мог ответить в своей обычной саркастической манере. – Можно, я возьму зажигалку, Крис? Пожалуйста… – тихо спросила она после затянувшейся паузы.
Он сидел, глубоко задумавшись, словно не слыша ее. Потом накрыл зажигалку своей рукой.
– Некоторые вещи в этом мире не имеют цены. Алан Багли не смог купить вашу любовь, Кэрри. И даже за «настоящие» деньги я не продам мой самолет. – Словно желая подчеркнуть последнюю фразу, он демонстративно засунул зажигалку и карман.
– Я позабочусь, чтобы у вас появился новый самолет, – стояла на своем Кэрри, прекрасно понимая, что его не переубедить. – Такой же хороший. Даже намного лучше.
– Нет, Кэрри, нет. Этот самолет невозможно заменить ничем другим. Это часть того, что делает меня тем, кто я есть.
– Кто же вы на самом деле? Вы критикуете меня за то, что я жестока к людям, что их чувства меня не волнуют. А вы сами? Ведь есть же люди, которым вы тоже причиняете боль? Вы о них никогда не задумывались?
– Причитания и слезы по всему архипелагу? – Он усмехнулся. – Вы только подумайте о вечеринке, которую устроят эти милые дамы, когда я возвращусь из царства мертвых.
– Черт вас побери! – выпалила Кэрри. Но не успела она опомниться, как Крис был уже подле нее, а его рука обвила ее талию. Он так прижал ее к себе, что девушка боком почувствовала в его кармане корпус зажигалки.
– Вы тут хвастались, что ваши манеры просто безупречны, – сказал он язвительным тоном. – Мой самолет, как вам уже известно, не продается, но если бы вы вспомнили одно волшебное слово, возможно, я бы отдал его вам. – Кэрри как завороженная следила за его губами, пока он говорил, и вдруг ей страстно захотелось их поцеловать, а волна желания где-то внутри нее подсказала ей, что она в ловушке. Крис дотронулся до ее щеки, нежно провел пальцем вдоль линии скулы. – Скажите «пожалуйста», Кэрри, и вы можете взять зажигалку. Если только осмелитесь уничтожить то, что бесконечно дорого другому человеку.
– Идите вы!.. – воскликнула она в сердцах и отшатнулась, одновременно отталкивая его тыльной стороной ладони. Кристофер не сделал попытки удержать ее.
Этим вечером она отказалась от еды, которую он приготовил, если верить его словам, специально для нее. Тихо легла в кровать и глубоко вздохнула – ей предстоит провести еще одну ночь, чудесную ночь в раю. Но это был рай, в котором Кэрри всегда будет чувствовать себя чужой.
Она спала беспокойно, то и дело ворочаясь с боку на бок. Ей снилась мать, спокойная женщина с ясными глазами, которая отвергла любовь своего мужа, потому что он жаждал риска. Она не смогла так жить. Кэрри снилось, будто она кричит на мать, говорит, что та сумасшедшая, ненормальная, что никто не идеален, что нужно с благодарностью принимать то, что посылает тебе судьба. Но мама ее не слышала и уходила все дальше и дальше от нее.
– Нет! – закричала Кэрри. – Нет! Вернись!
– Кэрри! – Кристофер прижимал ее к груди, а она в волнении протягивала руку, словно пытаясь удержать мать. – Это был всего лишь сон, любимая. Тихо, успокойся. – Он гладил ее по волосам, прижимая к себе еще крепче. Постепенно сознание Кэрри прояснилось: Крис обнимал ее и он назвал ее любимой!
– Сон? – пробормотала она. – Что было сном, а что происходило на самом деле?
– Ты хочешь поговорить об этом? – Кэрри кивнула и только потом поняла, о чем он спрашивает.
– Мне снилась мама… впервые за последние несколько лет.
– Ты скоро увидишься с нею.
– Ты так думаешь?
– Обещаю. – Он оглядел ее смятую постель. – Пойдем, ты не должна здесь больше оставаться. Я уложу тебя в свою кровать.
– Нет, я останусь здесь, – быстро произнесла Кэрри, отодвигаясь от него.
– Не спорь.
– Я не могу…
– Я не собираюсь делить мою постель с тобой, Кэрри.
– Я не это имею в виду. Просто я не хочу больше спать. Сны часто приходят снова. Я боюсь…
– Тогда пойдем на пляж и подождем восхода солнца. – Крис поднял ее с кровати и, бережно держа на руках, пронес через дом, затем вниз по тропинке к белому полумесяцу пляжа. Опустив ее на песок, сел рядом и обнял.
– Еще один день в раю, – сказала она вздрогнув.
– Мог бы быть.
– Но не для меня.
– А ты попытайся. Слушай. – Море нежно ласкало берег, успокаивая и убаюкивая. Редкие крики птиц были слышны из леса, где деревья таинственно шептали что-то друг другу. Море, остров, белая луна. И яркие звезды на бархатном небе…
Кэролайн коснулась щекой плеча Криса и взглянула на него, впервые не испугавшись бездонной глубины его глаз.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
