– Милдред, дорогая. – Потом была пауза. – Мы вылетаем сегодня. – Он еле слышно засмеялся. – Я знаю, что ты меня простишь, и надеюсь, что Кэрри тоже будет великодушна, узнав, что я подстроил эту аварию.
Милдред? Так она знала? Она была частью этого своеобразного заговора? А сейчас он мило с ней беседовал, будто ничего не случилось ни на пляже, ни у водопада! Ей хотелось крикнуть сестре: «Не слушай его, не слушай! Он предал тебя, предал нас обеих!» Но собственная вина не дала бы ей промолвить ни слова. Ведь не только Кристофер обманул Милдред. В страстных объятиях Криса, она сама даже на секунду не вспомнила о сестре.
Кэрри услышала легкий скрип – он опустился в кресло. Потом заговорил снова, но слишком тихо, чтобы можно было что-то разобрать. Однако того, что она услышала, и так уже было достаточно. «Однажды ты встретишь мужчину, который не позволит тебе ответить „нет"», – сказал Крис когда-то. Она посмеялась над ним, и вот он отомстил. Отомстил сполна. Все, что ему надо было делать, это просто подождать, когда она упадет ему в руки, словно перезрелый плод. Он получил свое и теперь хотел выставить ее вон как уже ненужную, использованную вещь. Выставить ее вон!
Кэролайн прижала руку к горлу, словно пытаясь остановить крик боли, которому не терпелось вырваться наружу, и тихонько попятилась от двери. Вернувшись в свою комнату, она даже не подумала о том, чтобы выключить воду в ванной. Натянув на себя первое, что ей попалось под руку, она схватила свою сумку и выскочила из дома.
Кэрри не знала, как добралась до пляжа. Она не могла потом вспомнить, какой дорогой шла, как тащила тяжелую ношу. Только сердце бешено колотилось в ее груди. Дрожащими пальцами она с трудом развязала узел на веревке, которой гидросамолет был пришвартован к берегу. Было время прилива, и ей пришлось ждать несколько мучительных мгновений, пока волна не пригонит самолет поближе. Тогда Кэрри добрела по воде до самолета и с трудом взобралась в него. Ключи торчали в замке зажигания – довольно опрометчиво, но кто же соберется красть самолет, который не может летать? Уж конечно, не глупая девчонка, которой преподали жестокий урок…
Ей сразу же удалось запустить двигатель, пропеллер быстро заработал, и самолет начал сотрясаться. К Кэрри вернулось ясное сознание, и она, пытаясь заглушить душевную боль, сконцентрировала все внимание на своих действиях.
То, что она никогда не управляла гидросамолетом, ни в коей мере ее не смущало. Посмотрев на панель с приборами, Кэрри поняла, что это будет не таким уж сложным делом. Совершенно спокойно, будто ничего не случилось, она вывела из бухты самолет.
В это время на пляже показался Кристофер, он отчаянно махал руками, умоляя ее не взлетать. Ее руки дрожали, но она уже ничего не боялась. Так бывает с людьми, которые уверены, что самое худшее уже произошло. Самолет на большой скорости заскользил по воде.
И вдруг Кэрри поняла, что кричал ей Крис:
– Риф! Ты налетишь на риф!
Тогда она резко надавила на рычаг. Неизвестно, что ее спасло – высокий прилив или просто Божья милость? Вздохнув с облегчением, Кэрри быстро набрала высоту.
Какое-то время она еще видела Кристофера, стоящего на берегу и прикрывающего руками глаза от солнца. На секунду Кэрри почувствовала что-то вроде удовлетворения. Ведь ей самой удалось выбраться с острова. Но ей предстояла еще первая и, как она надеялась, последняя посадка на воду…
И Кэролайн и самолет выдержали испытание, хотя толчок был очень чувствительный. Выбравшись на берег, она увидела, что самолет сильно накренился. Но она уже ничего не могла с этим поделать. Крис найдет свою драгоценную реликвию, даже если ее унесет далеко от берега, и починит. Ее это больше не касалось. Она направилась в сторону городка, возле которого оказалась волею судеб.
На следующий день Кэролайн баловала себя всем тем, в чем ей было отказано на острове. Она испытывала мрачное удовольствие, делая то, за что Кристофер Браун, по ее мнению, стал бы презирать ее.
Но, несмотря на то что она уложила волосы, сделала маникюр, понежилась в великолепной благоухающей ванне, а затем потратила огромную сумму на платье, в котором решила полететь в Сидней, Кэрри не понравилось собственное отражение в зеркале.
У нее еще было три часа до отлета, и она бесцельно бродила по улицам Кэриса. Пить не хотелось, а на еду смотреть вообще не могла. Да и сможет ли она когда-нибудь еще в своей жизни почувствовать голод! Она была опустошена, убита случившимся с ней.
– Кэрри!
Она резко обернулась, услышав свое имя.
– Алан? – Произнесла она с удивлением. Было уже поздно куда-либо прятаться.
– Что ты здесь делаешь? Я думал, ты где-то отдыхаешь со своей сестрой.
– Планы переменились. Сегодня вечером я улетаю домой. Извини, но мне надо пойти собрать вещи. – Она сделала шаг в сторону. Ей хотелось как можно быстрее от него избавиться.
– Я тоже лечу этим рейсом. Может, вместе поедем в аэропорт?
– Алан…
– Кэрри, пожалуйста, – умолял он. – Я знаю, что вел себя по-дурацки, уверен, что я последний человек в мире, с которым ты хочешь быть рядом. Но если честно, ты выглядишь просто сногсшибательно.
– Спасибо. – Она недовольно сморщилась: даже комплимент в устах Алана казался нелепым.
– Правда, – пробормотал он в смущении. – Красивое платье, все просто отлично. Но… что-то странное случилось с твоими глазами. Что произошло? Твой отец в порядке?
– Да, в порядке, – быстро ответила она. – Не в этом дело. Я знаю, мне надо извиниться за свое поведение, но…
– Кэрри, перестань, а то я буду чувствовать себя еще хуже… Давай пойдем выпьем чего-нибудь. Ты можешь со мной не разговаривать. Но ты сегодня такая красивая, что тебе просто нельзя оставаться одной. И если ты пообещаешь, что забудешь, каким я был идиотом, я больше не стану мучить тебя предложениями выйти за меня…
– Неужели я так плохо выгляжу?
– Ты никогда не выглядишь плохо, Кэрри. Ой, я опять сказал что-то не то? Может, это из-за жарких тропических ночей…
– Определенно, – сказала она с чувством раскаяния. – Я не заслуживаю хорошего отношения с твоей стороны.
– Заслуживаешь, – поспешно возразил он. – Заслуживаешь, по крайней мере, быть счастливее, чем сейчас.
Она вздохнула. Может, ей и правда нельзя сейчас оставаться одной.
– Ну ладно. Я буду пить апельсиновый сок.
Алан обрадовался, словно маленький ребенок, и Кэрри поняла, почему он показался ей таким очаровательным, когда она впервые его встретила. Он никогда ничего не требовал, с ним было легко. Вот и сейчас Алан болтал о каких-то глупостях, пытаясь отвлечь Кэрри от горьких мыслей, которые были написаны у нее на лице.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
