— Тогда это отношения по схеме любовь/ненависть? Потому что, когда я сказал своим парня из братства, что заеду за тобой сегодня, все высказали похожее предположение. Он ведет ещё более беспорядочно и нелогично, нежели раньше.
— Они ошибаются, — упорствовала я.
Парке закачал головой, будто бы я не понимала, что говорила. Затем положил свою руку на мою.
— Думаю, нам лучше ехать. Я заказал столик.
— Где?
— У Биассети. Я рискнул… надеюсь тебе нравится итальянская кухня.
Я приподняла бровь.
— Ого, как тебе так быстро удалось, там же нужно резервировать за несколько недель?
— Ну… это ресторан моей семьи. По крайней мере, половина ресторана.
— Люблю Италию, — улыбнулась я.
Паркер вел точно соблюдая скоростной режим, включая поворотники если хотел перестроиться, притормаживая на на каждый желтый свет. Когда он говорил, он не отрывался от дороги. Когда мы подъехали к ресторану, я хихикнула.
— Что?
— Просто ты… очень аккуратный водитель. Это хорошо.
— Немного отличается от поездки на мотоцикле Тревиса? — улыбнулся он.
Я должна была засмеяться, но почему-то эта поездка не показалась мне хорошей.
— Давай не будем говорить сегодня о Тревисе. Договорились?
— Я понял тебя, — ответил он, вставая со своего сиденья, чтобы открыть мне дверь.
Мы сели за столиком, прямо напротив здоровенного окна. Мой наряд с сравнение одеждой других дам, чтобы здесь выглядел довольно бедно. На них были одеты бриллианты, и вечерние платья. Я никогда ещё не ела в таком роскошном месте.
Мы сделали заказ, и Паркер закрыв меня, сказал улыбаясь официанту
— И принесите пожалуйста бутылку Allegrini Amarone.
— Конечно, сэр. — ответил официант взяв меню.
— Это меня место просто невероятное- прошептала я, наклонившись вперед.
Его зеленые глаза потеплели
— Спасибо, я передам отцу твои слова.
К столику подошла женщина. Её волнистые, светлые волосы были собраны в пучок. Я старалась не смотреть на свергающие бриллианты вокруг её шеи и бриллиантовые серьги в ушах. Но они притягивали мой взгляд.
Её голубые, узкие глаза смотрели прямо на меня.
Она быстро повернулась.
— Кто, твой подружка, Паркер?
— Мама, это Эбби Абернати. Эбби, это моя мама, Вивьен Хейс.
Я протянула свою руку, и она её слегка пожала. Во время этого обыденного жеста, любопытство скользнуло по её лицу, и она посмотрела на Паркера
— Как ты сказал, Аббернати?
Я сглотнула, забеспокоившись, что она знает эту фамилию.
Выражение лица Паркера сменилось легким раздражением.
— Она из Уичиты, мам. Ты не могла знать её семью. Она кстати поступает в Восточный.
— О, — Вивьен снова взглянула на меня, — А наш Паркер идет в следующем году в Гарвард.
— Да он мне говорил, это очень круто. Наверное вы им очень гордитесь.
Её взгляд немного расслабился, а уголки рта слегка приподнялись.
— Да. Это правда.
Я была поражена как вежливо она сказала это, ведь до этого она с раздражением просто цедила слова. Это не был талант, или особенность речи. Миссис Хейс потратила годы, чтобы научиться показывать свое превосходство парой фраз.
— Рад был тебя увидеть, Мам. Приятного вечера.
Она поцеловала его в щеку, вытерла след от губной помады, и вернулась к своему столику.
— Извини за это. Я не знал, что она будет здесь.
— Все нормально. Она выглядит… милой.
Паркер засмеялся.
— Ага, для пираньи.
Я подавила смешок, и он виновато улыбнулся.
— Она разогрелась, и теперь будет плавать в другом месте.
— Надеюсь к тому времени ты уедешь в Гарвард.
Мы бесконечно говорили о еде, о вузах, математике, даже об Арене. Паркер был очаровательным, смешным, милым и говорил правильные вещи. Всевозможные люди, подходили поздороваться с ним, и он всегда представлял меня с гордой улыбкой. Он был чем-то по типу знаменитости, и когда мы уходили из ресторана, я почувствовала на себе множество взглядов.
— Что теперь? — спросила я.
— Боюсь, что у меня в понедельник утром зачет по сравнительной анатомии позвоночных. Мне необходимо подготовиться, — ответил он, накрываю мою руку своей.
— Как знаешь, — ответила я, стараясь не выглядеть разочарованной.
Он привез меня домой, и поднялся по лестнице держа меня за руку.
— Спасибо тебе, Паркер, — я улыбнулась, — я потрясающе провела вечер.
— Это не слишком нагло просить о втором свидании?
— Для тебя, нет, — засияла я.
— Я позвоню тебе завтра?
— Звучит идеально.
Наступила гнетущая тишина. Целовать или не целовать, ненавижу этот вопрос.
Прежде чем я успела подумать над этим, он нежно взял меня за затылок и притянул к себе, соединяя свои губы с моими. Они были мягкие, теплые и просто восхитительные. Он отодвинулся, а затем поцеловал меня снова.
— Увидимся завтра, Эбс.
Я помахала ему когда он спускался к машине
— Пока.
Как в тот раз, когда я взялась за дверную ручку, дверь резко открылась и я упала вперед. Тревис поймал меня и я восстановила равновесие..
— Ты можешь так больше не делать? — сказала я, закрыв дверь.
— Эбс? Похоже на буквы алфавита для умственно отсталых. — съязвил Трев.
— Пташка? — ответила я с легким презрением- Это такая летающая штука, которая гадит везде?
— Ты Пташка, — ответил он. — Голубь, красотка, козырь в колоде, туз в рукаве, выбирай, что больше нравится. Ты моя Пташка.
Я оперлась на его руку, чтобы снять туфли и затем прошла в его комнату. Переодевшись в пижаму, стараясь все ещё злиться на него.
Тревис сел на кровати, и скрестил руки
— Хорошо провела время?
— О, да, — вздохнула я, — Просто потрясающе. Это было идеально. Он…
Я замолчала пытаясь подобрать слово которым бы можно было все описать, но не придумав ничего просто закачала головой.
— Он поцеловал тебя?
Я соединила губы вместе и кивнула
— У него такие мягкие губы.
Тревис отпрянул.
— Меня не волнуют какие у него губы.
— Поверь мне, это важно. Я всегда волнуюсь по поводу первого поцелую, но этот был неплох.
— Ты переживаешь из-за поцелуев? — спросил он, позабавившись.
— Только из-за первых. Ненавижу их.
— Я бы их тоже ненавидел, если бы меня поцеловал Паркер Хейс.
Я хихикнула и направилась в ванную, чтобы смыть с лица макияж. Тревис пошел за мной, и спросил прислонившись к дверному проему
— Пойдете ещё куда-нибудь?
— Угу. Он пригласил меня завтра.
Я вытерла лицо, и стремглав понеслась в спальню прыгнув в кровать.
