– Загляни в мои мысли.
– Мне это не под силу – я не принимаю кровь древних.
– Тогда мы сейчас выйдем из бара, сядем в мою машину, я возьму твою кровь и передам ее Оллрику. Когда вирус замедлит его, придет твой хозяин и пленит его.
– Эрбэнус мне не хозяин.
– Как скажешь.
– Думаешь, я его пленница?
– Он похитил тебя из резервации. К тому же он не человек. Для таких, как он, мы – всего лишь мусор.
– Дети Наследия не такие, как вендари.
– Если верить воспоминаниям, которыми поделился с тобой Эрбэнус, то Наследие появилось благодаря крови вендари.
– Я не буду с тобой спорить. Каждый слышал разные истории, каждый верит в свои истины.
– Согласен, но, поверь мне, Наследие такое же зло, как и вендари…
– Мы будем спорить или займемся делом? – начала злиться Лана.
Они покинули бар. Машина Алево была серой и неприметной. На такой, скорее, развозят детей после футбола, а не охотятся на людей ради их крови. Все это время Алево тщетно пытался почувствовать близость Эрбэнуса. Встреча с Ланой казалась ему странным сном, впрочем, возможно, причиной этому было ее собственное восприятие реальности как сна, которое впиталось в его мысли, когда он изучал ее воспоминания.
– Что собираешься делать, когда плените Оллрика? – спросил Алево.
– Поеду с Эрбэнусом в Наследие.
– Можем сбежать от него прямо сейчас. Ты и я.
– Ты и я? Если рассматриваешь меня как женщину, то ты, должно быть, спятил, потому что вирус в моей крови убьет тебя.
– Я не рассматриваю тебя как женщину.
– Тогда зачем предлагаешь бежать?
– Потому что не вижу разницы. Что Наследие, что вендари – одно зло. Проще сбежать, и пусть эти твари сами разбираются.
– Мы тоже не святые. Я видела, как ты убивал людей. И уверена, ты видел, как я заражала людей. Проблема лишь в возможностях. Если бы у людей была сила древних или Наследия, то, поверь мне, они бы натворили дел куда больше. – Лана закатала рукав, подставляя вены, чтобы Алево мог взять у нее необходимую для пленения его хозяина кровь. – Или будет лучше, если я поеду с тобой до гнезда, где прячется Оллрик? – спросила она, пристально вглядываясь новому знакомому в глаза. – Вирус ведь живет без носителя совсем недолго. Как далеко находится твой хозяин?
– Ты не доверяешь мне?
– Тебе в роли человека доверяю, но тебе в качестве слуги – нет.
– Да, пожалуй, я и сам себе тогда не доверяю, если ставить вопрос таким образом, – согласился Алево.
– Как давно ты уже служишь Оллрику? В памяти хотя бы остались чувства жизни до рабства?
Алево ответил не сразу.
– Когда Оллрик забрал меня, я был мальчишкой, – сказал он наконец, – служкой в старой, покосившейся церкви. Ничего плохого для тех лет. Ничего хорошего. У меня была самая обыкновенная тихая жизнь, которую я пытаюсь вести сейчас.
– Приспособленец! – скривилась Лана.
– Зато так проще. Особенно когда увидишь, в каких животных превращаются другие слуги… Исключений нет. Либо безумие, либо отчаяние. Одни мечтают о величии своих хозяев, другие хотят вернуть себе человечность. Ничего хорошего из всего этого не выходит, потому что ни один слуга не сможет стать древним и никто уже не будет человеком. Есть шанс лишь притворится ненадолго, что ты тот или другой, но не больше. Потом миражи рухнут, и нам придется признать невозможность перемен – мы слуги своих хозяев.
– Ну так давай пленим твоего хозяина и подарим тебе свободу, – начала раздражаться Лана, готовая надавить на бывшего служку, если придется, но он неожиданно согласился.
Страха не было. Алево просто решил, что пришло время в очередной раз принять судьбу. Хватит бегать. Хватит скрываться. Ветер перемен сбивает с ног, и глупо дышать смрадом прошлого, не пытаясь сделать вдох полной грудью.
Перед тем, как войти в дом своего хозяина, Алево достал нож и нанес себе несколько смертельных для человека ран, чтобы иметь возможность остаться в небольшом особняке и подать Лане и Эрбэнусу сигнал, когда Оллрик примет зараженную кровь. Так что, когда Алево переступил порог дома своего хозяина, за ним тянулся кровавый след. Оллрик заметил кровь, но счел вопрос о состоянии слуги лишним, ненужным. Харкая кровью, еле живой Алево принес из своей машины собранную кровь, установив колбы так, чтобы первой была кровь Ланы. Раны, которые нанес себе Алево, были настолько серьезными, что, закончив с разгрузкой, он упал у входа. Оллрик и не взглянул на своего слугу.
– Я побуду немного здесь? – спросил у него позволения Алево. – Пока не вернутся силы.
Оллрик кивнул.
– И не забудь убрать за собой, – сказал он, заметив кровавые следы, оставленные Алево.
Затем Оллрик ушел. Алево не двигался. Оставленная хозяином кровь древнего находилась на кухне, которой никто не пользовался в этом доме. На четвереньках Алево добрался до кухни, но кровь принимать не стал, решив, что силы пригодятся ему, когда придет Эрбэнус. Главное – не отключиться, не прозевать момент, когда Оллрик примет зараженную вирусом кровь Ланы. Слабость древнего не продлится долго. Потом в этом доме разверзнется ад, который будет старее человеческого мира.
Алево настроился на связь со своим хозяином. Мысли Оллрика были холодными, завывая морозными ветрами тысячелетней пустоты, бесцельности. Но где-то там был и голод. Алево чувствовал его, чувствовал, как он проникает и в него, подчиняет. Откупорив колбу, слуга выпил часть оставленной ему хозяином крови. В этот момент в другой части дома Оллрик тоже приступил к трапезе. Голод усилился. Сначала голод. Затем появился гнев. Оллрик винил своего слугу за недосмотр – в предательство древний не верил до тех пор, пока не почувствовал Эрбэнуса на пороге своего дома.
– Предатель! – зарычал Оллрик.
Если бы не вирус, то он забрал бы жизнь Алево в первую очередь. Но сил хватало лишь на гнев. Тени оживали в вечерних сумерках. Тени древнего, которых не боялся Эрбэнус. Да и тени были робкими, такими же беспомощными, как их хозяин. Они бросались на Эрбэнуса как голодные, тощие, обессиленные псы. Но дитя Наследия не обращал на них внимания. Он подошел к распластавшемуся на полу Оллрику. Волнения не было – ожидание было слишком долгим, чтобы волноваться. Да и не так Эрбэнус представлял себе этот момент. Он ждал битвы, сражения, готовился к эпохальному противостоянию, а тут было лишь жалкое, распластавшееся на полу существо. Эрбэнус поднял шипящего в гневе древнего и отнес в свою машину. Слуга Оллрика находился в доме, но до него Эрбэнусу не было дела. Если Алево попытается защитить своего хозяина, то он убьет его, а так его придется отпустить, сдержав данное Лане слово.
– Все в порядке? – спросила она, когда Эрбэнус вернулся в машину.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
